иконка 6+
Независимая спортивная газета - логотип
RSS-канал

Сайт обновлен 12.07.2019
.: На ГЛАВНУЮ :.
.: №32 от 16.08.05



 
.: Люди и судьбы
Евгений Семак-Кучеренко: голкипер атакующего плана
В краснодарских гандбольных командах мастеров всегда были отличные голкиперы. Самый знаменитый - Андрей Лавров, трехкратный олимпийский чемпион. Есть золотая олимпийская медаль у Игоря Чумака. Но у них, наиболее ярких и титулованных, были замечательные предшественники: Владимир Кабанов, Виталий Крохин, Игорь Пануров, Анатолий Скрипник, Владимир Пьянков, Виктор Шпонько, Евгений Семак… Это их талантом и мастерством создавалась знаменитая ныне кубанская вратарская школа.
Евгений Семак, больше известный в гандбольном мире как Кучеренко, человек популярный. Он восьмикратный чемпион России, двукратный чемпион ВЦСПС и ЦС «Буревестник», отыграл девять сезонов за СКИФ. Этот факт уже сам по себе говорит о многом. Его партнерами в разные годы были олимпийский чемпион Валерий Гассий, серебряный призер олимпийских игр Владимир Репьев, а также незаурядные мастера Юрий Безуглов, Владимир Морозов, Иван Левин, Евгений Трефилов, Анатолий Скоробогатов, Юрий Житников, Сергей Покуркин, Сергей Строкун, Владимир Кушнир, Александр Степаненко…
Он защищал ворота краснодарской команды вместе с Анатолием Скрипником, при нем заиграли Андрей Лавров и Игорь Чумак. В конце 70-х - начале 80-х Кучеренко по праву считался одним из лучших гандбольных голкиперов Союза. Ростом он не вышел и на фоне многих своих коллег из других команд внешне, что называется, не смотрелся. Но едва начиналась игра, как все забывали о Давиде и Голиафе. Великолепная реакция, тонкий расчет и отчаянная храбрость делали Кучеренко заметной фигурой на площадке. Он доставал мячи в верхних и нижних углах, блестяще отражал пенальти, смело, и, что не менее важно, полезно играл на перехватах. Стоило чуть зазеваться нападающим соперника, как мяч становился добычей вратаря СКИФа, и он удобным пасом начинал атаку своей команды, а нередко действовал и как заправский полусредний, линейный или угловой игрок.
…Передо мной один из февральских номеров «Советского спорта» за 1984 год. В нем - отчеты об очередных матчах мужского гандбольного чемпионата страны. Вот крайне любопытная цитата: «Шестью очками пополнил в Минске свой актив краснодарский СКИФ. В принципиальной встрече южане уверенно обыграли одного из главных своих конкурентов за место в шестерке - команду МАИ. Лестные слова следует адресовать, прежде всего, вратарю победителей Кучеренко. И не только за образцовое исполнение своих прямых обязанностей стража ворот. Евгений обнаружил также незаурядные способности гандбольного форварда. Сначала при довольно скользком счете (21:19) он, к изумлению зрителей, подключился к атаке и эффектным сольным проходом заработал право на 7-метровый. А чуть позже броском от своих ворот поразил оставленные без присмотра чужие, расставив тем самым все точки над «i».
«Читал» игру, как книгу
- Евгений, и как часто вы устраивали «осаду» ворот соперников?
- Не в каждом матче, конечно (улыбается), но довольно регулярно. Помню, в Тбилиси играем с тем же МАИ. Ваня Левин бежит в отрыв, Валя Сычев, вратарь «маевцев», авантюрно бросается на перехват, я это заметил и отправил мяч… в пустые ворота москвичей.
- Похоже, это было у вас хорошо отлаженной операцией?
- Понимаете, меня всегда раздражает, когда говорят: «вратарь стоит» или «вратарь хорошо отстоял». Не стоит, а играет. Он такой же игрок, как и все остальные шесть в поле. Игра непредсказуема, и голкипер должен быть готов не только к отражению атаки, но и при случае убежать в отрыв, точной передачей затеять комбинацию своей команды. Я старался действовать именно таким образом. Ни на мгновение не терял концентрации и нитей игры, мысленно всегда находился в гуще событий. Поэтому и забрасывал мячи в ворота соперников, зарабатывал пенальти, отдавал голевые пасы. И это мне доставляло не меньше удовольствия, чем отраженные мячи.
- И все же, как ни крути, главное для голкипера - отбивать, а не забивать, верно?
- Так это же аксиома. Говорю о том только, что вратарь должен активно участвовать в игре, а не стоять, как мумия, в ожидании бросков. Свои рейды, сольные проходы к воротам я совершал не в ущерб делу - на пользу. Вообще, от первого паса вратаря в гандболе очень многое зависит. К сожалению, этим умением сегодня обладают немногие…
- Можно сказать, вы вратарь нестандартный…
- Я не сторонник стандартной игры, это уж точно. Всегда стремился действовать по ситуации. Я, если угодно, читал игру, как интересную книгу. Возможно, поэтому мне, не обладавшему особыми атлетическими данными, удалось не только так долго продержаться в большом гандболе, но и не затеряться среди своих коллег. А в мое время было много отличных вратарей!
- Гандбол - ваша первая любовь?
- Да, это и в самом деле была любовь с первого взгляда. Я учился в 60-й школе, в которой тогда благодаря Корчагину существовал культ гандбола. Будучи первоклассником, увидел тренировки, которые проводил Юрий Николаевич. Незнакомая игра поразила: броски на любой вкус - в падении, в прыжке, с опоры; замысловатые комбинации - и все на высокой скорости; силовая борьба… В общем, захватило увиденное, проняло до самых глубин души (улыбается)…
Корольков приглашал в «Кубань»
- И вскоре, как водится, пришли на первую тренировку?
- Скоро только сказка сказывается… В гандбол меня не взяли. Так-то вот. Маленький, сказали, подрасти маленько. Что делать? Стал заниматься легкой атлетикой у Юрия Дундышана. Года два тренировался, не меньше. Бегал, прыгал, но вроде как прыгуном считался. И вот в один прекрасный день тренер отозвал меня в сторонку: «Знаешь, Женя, - говорит, - если тебе нравится, ты приходи, я не против. Только, поверь, в легкой атлетике у тебя ничего не получится - данных нет. А вот в спортивных играх - неплохие перспективы». Слова Дундышана оказались пророческими…
Я ушел в футбол, который любил, как и все мальчишки. Одно время тренировался в юношеской команде «Кубани» - у Иллариона Аврамова. Считаю, одного из лучших детских тренеров в Краснодарском крае. Работал под началом и Петра Титова, известного в прошлом вратаря краснодарских команд мастеров - «Нефтяника», «Спартака», «Кубани». Вратарские уроки Петра Сергеевича очень мне пригодились потом в гандболе. Титова я, вообще, вспоминаю часто и с благодарностью. Он - истинный профессионал и просто замечательный человек…
- И чего, интересно, добились в футболе?
- Выступал, ни много ни мало, за юношескую сборную Краснодарского края. Кстати, вместе с Софербием Ешуговым, Сергеем Григорьевым, Юрием Казьмиди… Ешугов тренирует теперь команды мастеров, «Кубань» возглавлял. Григорьев, на мой взгляд, очень талантливый специалист, много полезного сделал в юношеском футболе, а сейчас не без успеха работает с самобытным «Лотос-Лэндом». Казьмиди подавал большие надежды, но потом исчез с горизонта, и его имя сегодня мало, наверное, что говорит даже самым дотошным болельщикам…
- Вы играли в воротах?
- Да нет - в поле. Был полузащитником. Получалось весьма недурно, если однажды, когда уже защищал цвета СКИФа, знаменитый Виктор Георгиевич Корольков, работавший в то время с «Кубанью», сделал мне предложение. А получилось все неожиданно. СКИФ тогда тренировался на малой спортивной арене стадиона «Кубань». Отличный, кстати, спорткомплекс был. С трибунами, раздевалками… На той площадке чемпионаты СССР в высшей лиге проводились. МАИ, «Кунцево», ЦСКА, «Жальгирис», ЗАС, тбилисский «Буревестник», рижский «Целтниекс», ЗИИ - все сильнейшие команды Союза там играли. Накрыть бы тот комплекс - цены бы ему не было на многие десятки лет. Так нет - сломали… Однако вернемся к Королькову. Как-то Виктор Георгиевич предложил нам, гандболистам, сыграть с его подопечными в футбол. Не на большом поле, конечно. Теперь это называют мини-футболом, а в ту пору - «дыр-дыр». Состав у «Кубани», доложу, приличный был. Тот, что в высшую лигу выходил. Кто у нас играл? Юрий Безуглов, Валерий Гассий, Геннадий Кислянский, Сергей Приголовкин, Леонид Милиди… И, в общем, раскатали мы наших соперников, да. Не помню, с каким счетом, но забили едва ли не вдвое больше, чем игроки «Кубани». Думаю, они, уверенные в своем превосходстве, нас недооценили, а мы, отлично подготовленные физически, просто их перебегали. Естественно, состоялся матч-реванш (смеется), но уже на «Читуке», куда нас пригласили раздосадованные соперники, чье самолюбие оказалось сильно уязвлено. «Кубань», возглавляемая Александром Плошником, отыгралась с лихвой. Собственно, в этом ничего неожиданного-то и не было. Сюрпризом стала реакция Королькова: «Гассий, конечно, хорош, - сказал он, - но он - олимпийский чемпион и в «Кубань», понятно, не пойдет. А вот Кислянского и Кучеренко я бы хотел пригласить в команду постажироваться. А что, из них может выйти толк. Ну как, ребята?».
- А что, Гассий хорошо играл в футбол?
- Не то слово - великолепно! Валерка был технарем, отлично «поляну» видел. Поверьте, он мог стать в союзном футболе заметной фигурой. У нас в команде вообще все здорово играли. Те же Безуглов, Морозов, Милиди, если бы занялись серьезно футболом, кое-кого из игроков «Кубани», думаю, реально могли бы потеснить из состава…
- Тем не менее, вы отказались от лестного предложения футбольного мэтра…
- О гандболе я мечтал с семи лет, и к тому времени был уже игроком команды мастеров высшей лиги. Да, безумно люблю футбол и сейчас, как любят его миллионы людей, но это хобби, а гандбол - жизнь…
Евтушенко изменил мою судьбу за один день
- Помните и сегодня тех ребят, с которыми делали в гандболе свои первые шаги?
- Ну и вопрос?! Я же с ними потом играл в командах мастеров! В «Урожае», в СКИФе, за сборную России. Занимался в одной группе с Ваней Левиным, Игорем Домашенко, Сергеем Шумиленко, Владимиром Ланским, Толей Плаксиным… Тренировал нас Виталий Павлович Крохин. Представляете, как повезло: бывший вратарь легендарного «Буревестника» стал моим первым тренером! В том, что я состоялся как вратарь - его огромная заслуга. Самый знаменитый из того набора - Левин. Он был капитаном СКИФа, играл за сборную СССР, в составе которой завоевал серебряную медаль на турнире «Дружба-84», альтернативе Олимпиаде в Лос-Анджелесе. Наши тогда восточным немцам на их поле всего мяч проиграли - 17:18. Партнерами Ивана были звезды мирового гандбола: Михаил Ищенко, Юрий Кидяев, Сергей Кушнирюк, Александр Анпилогов, Юрий Шевцов, Александр Каршакевич… Домашенко тоже был заметным игроком в «Университете», входил в молодежную сборную страны. Шумиленко выступал за «Урожай», а после завершения карьеры игрока вот уже многие годы незаменимый в СКИФе человек. Игроки приходят и уходят, меняются тренеры, а Сергей неизменно остается на посту администратора команды, которая с его участием становилась чемпионом СССР, выиграла Кубок ЕГФ... Плаксин был, может, самым талантливым среди нас. Я всегда сравнивал Толю с Гассием. Не сомневаюсь, он достиг бы в гандболе больших высот, но родители хотели видеть своего сына юристом, и только. И Плаксин не просто стал юристом, а юристом талантливым…
- У вас наверняка сомнений не было: только институт физкультуры!
- Ошибаетесь. Я мечтал учиться в МГИМО. Однако обстоятельства сложились так, что пришлось резко поменять свои планы.
- Жалеете?
- А чего жалеть?! Видно, не судьба. Моя жизнь сложилась интересно. Есть что вспомнить.
- В различные сборные страны, знаю, вас активно привлекали…
- В составе юношеской сборной СССР стал победителем международного турнира «Дружба», проходившем в немецком Котбусе. В ту пору соревнования пользовались большой популярностью и, по существу, являлись юношеским первенством мира для многих видов спорта. У нас была удивительная команда во главе с потрясающим тренером - Спартаком Мироновичем, наставником минского СКА. Та команда спустя год практически в том же составе выиграла юниорский чемпионат мира-77. Владимир Белов, Сергей Кушнирюк, Вальдемар Новицкий, Олег Гагин, Вальдермар Садаунискас, Анатолий Галуза, Анатолий Саржевский, Валерий Богдан… От перечисления имен дух захватывает! Но меня в команде уже не было, хотя еще за три дня до вылета в Швецию я считался игроком основы, и билет в Стокгольм был взят на мое имя. Скажу больше, Спартак Миронович, который, по идее, должен был везти команду на чемпионат мира, верил именно в меня и Галузу, вратаря минского СКА. Но в последний момент ситуация резко изменилась. Анатолий Евтушенко, главный тренер национальной сборной СССР, решил внести коррективы в состав. Я стал одним из крайних… Миронович потом извинялся передо мной. Спартак Петрович, между прочим, тоже на чемпионат не поехал. Евтушенко сам возглавил юниорскую сборную, взяв себе в помощники Владимира Морозова, бывшего игрока «Кунцево», и Валентина Цапенко из Запорожья, известного в прошлом голкипера «Запорожалюминстроя». «Отцепили» и, на мой взгляд, несправедливо и Игоря Домошенко. В Швецию поехали ребята послабее его. Евтушенко был уверен, что с такими игроками, как Кушнирюк (он был олимпийским чемпионом), Белов, Репьев, Гагин, Новицкий, Садаунискас, Богдан, наша сборная все равно добьется успеха. При таких лидерах неважно, кто будет в запасе, тем более, что принципиальной разницы в мастерстве, в общем, не существовало. В таких случаях обычно берут своих, понимаете?..
- Чувствуется, душевная рана с течением времени не зарубцевалась…
- Да нет, просто не люблю особо вспоминать… Ну а если по самому строгому счету, чертовски обидно, когда твою золотую медаль носит кто-то другой. Плюс, думаю, сыграй я на том «золотом» чемпионате мира, моя судьба в гандболе могла бы сложиться по-другому…
Вместо медалей - вылет из «вышки»
- Как быстро вы попали в СКИФ после окончания СДЮШОР?
- Не сразу. Два года играл в «Урожае». Моими партнерами были Александр Панов, Валентин Шиян, вчерашние звезды «Буревестника», игроки высочайшего класса, а также Юрий Полулях, Александр Козка, Василий Тхорев, Нух Ешугов, восходящая звезда Владимир Репьев… А ворота я защищал попеременно с Виталием Крохиным, моим первым тренером. Виталий Павлович в свои 27 был в отличной форме, но не злоупотреблял заслуженными привилегиями. Я играл много, получая необходимую практику и приобретая игровой опыт. Это помогло мне раскрыть свои возможности, обратить на себя внимание Геннадия Иосифовича Барышева, главного тренера еще «Университета». Мне невероятно повезло, что мой путь в большом гандболе начался под руководством такого специалиста. Я немного знаю людей в отечественном гандболе, которые бы так тонко, как Барышев, чувствовали игру, разбирались во всех ее нюансах. Геннадий Иосифович умел все толково рассказать, разложить по полочкам. Тактически мы не уступали никому из соперников, равно как и в игре в защите. При Барыше
ве я, быть может, впервые по-настоящему осознал, насколько гандбол разнообразен, понял, что возможности игры поистине неисчерпаемы.
- Что, по-вашему, тогда представляла из себя краснодарская команда?
- Явно мощнее были только МАИ с Владимиром Максимовым, Юрием Климовым, Александром Кожуховым, Василием Ильиным, Виктором Махориным, Валентином Сычевым и Владимиром Кравцовым, и еще ЦСКА с Евгением Чернышевым, Николаем Томиным, Валентином Кулевым, Анатолием Драчевым, Марисом Гулбисом, Алексеем Жуком… Еще четыре команды - «Кунцево», ЗИИ, тбилисский «Буревестник» и «Университет» - обладали примерно одинаковыми возможностями. Судите сами, за «Университет», в который я пришел, выступали олимпийский чемпион Валерий Гассий, один из лучших линейных страны Владимир Репьев, незаурядный разыгрывающий Владимир Морозов, которого, убежден, недооценили тренеры сборной, Сергей Приголовкин, высококлассный полусредний Юрий Безуглов, игравший еще в «Буревестнике» вместе с Максимовым, Шияном, Пановым и Барышевым. Компанию ему составляли набирающие силу Владимир Николайчук и Евгений Трефилов - умелые, хорошего союзного уровня мастера, юный Толя Скоробогатов заявлял о себе... У нас были отличные крайние - Леонид Милиди и Геннадий Кислянский, в расцвете сил находился вратарь Анатолий Скрипник, в линии вместе с Репьевым действовали Сергей Покуркин и Валерий Волынщиков. Я пришел в пятую команду страны по итогам сезона-75. И мы, естественно, были уверены, что в следующем чемпионате сумеем побороться за медали. Однако финишировал «Университет» только седьмым, а в сезоне-77 вообще занял предпоследнее, 11-е место, и покинул высшую лигу…
- Для такого исхода, согласитесь, должно было случиться нечто неординарное, верно?
- Мы показывали игру, которая позволяла команде бороться за высокое место, в том числе и за медали. Но арбитры не любили краснодарскую команду. Наш тренер был противником всяких интриг и… не вписывался в общепринятые нормы. За бескомпромиссность и честность наставника команда расплачивалась очками. По обыкновению «Университет» судили лучшие арбитры и нас «прихватывали» о-о-очень тонко. Поверьте, представители гандбольной Фемиды искусно делали свою работу - так, что к ним даже трудно было предъявить претензии. Сейчас, к слову, арбитров такого уровня нет. И я это говорю, в некоторой степени, без иронии. Всегда ведь отыщутся «плюсы» и минусы»…
- Вы, впрочем, не задержались в первой лиге…
- Это было просто невозможно, настолько мы превосходили своих конкурентов. Возвратившись, СКИФ, так стала называться наша команда, с первой попытки занял восьмое место. Но мы победили «Гранитас», бронзового призера, «Кунцево», сыграли вничью с МАИ… Чемпионат-80 СКИФ начал мощно, без видимых усилий попал в финальную шестерку. Наша команда блестяще защищалась. Стержнем обороны являлись Владимир Репьев, Сергей Покуркин, Евгений Трефилов и Анатолий Скоробогатов. Репьев в ту пору вообще был одним сильнейших защитников страны. Умный, грамотный, жесткий. Убежден, Евтушенко ошибся, не поставив Володю на финальный матч против ГДР на московской Олимпиаде… В нападении ударную силу составляли Гассий и Безуглов. Казалось, что лишь чудо помешает завоевать СКИФу бронзовые медали. И это чудо случилось. Мы оказались только шестыми…
- Ваш взгляд на ту ситуацию спустя более 20-ти лет?
- Давайте это назовем психологическим шоком. Перед двумя финальными турами неожиданно сменился главный тренер. Вместо Виталия Сорокина пришел Валентин Шиян. Такие операции никогда не проходят безболезненно.
- А если бы Сорокин остался?
- СКИФ наверняка выиграл бы медали. Но приход Шияна способствовал рождению нового СКИФа, который стал впоследствии двукратным чемпионом СССР и трижды выигрывал бронзовые медали. Впрочем, все это уже было без меня. Я ушел из команды в 84-м по собственной воле.
- Как говорится, наигрались?
- Для меня такая формулировка просто невозможна. Дело в другом. Меня не взяли в сборную России, что, полагаю, было вопиющей несправедливостью, потому что в тот момент я показывал сильную игру. В общем, обиделся, психанул и - хлопнул дверью. Потом понял, что погорячился, но обратного хода уже не было. Я - человек гордый.
- И куда же отправились?
- Четыре года трудился в Теучежском филиале «Автоваза» - заместителем директора.
- А как же гандбол? Неужели оказались невостребованным?
- Это больно бы ударило по моему самолюбию. Столько лет отыграть на высшем уровне и не быть востребованным?! Мне ведь только 27 исполнилось, сил было невпроворот. К счастью, в моих услугах еще нуждались. Звали в киевский и минский СКА, в Ленинград, в Астрахань…
- И что же?
- Отказался. Считал, что должен играть только в родном Краснодаре… Горжусь тем, что перед Олимпиадой-88 в Сеуле я по просьбе Андрея Лаврова приезжал в Краснодар для совместных тренировок. То были счастливые дни…
С «Гуммерсбахом» провел зведный матч…
- В итоге, целых четыре года выпали из вашей карьеры. Не обидно?
- Обидно, да ведь из обид дома не построишь. В 88-м году Владимир Гладченко, тренер астраханского «Динамо», пригласил меня помочь ему в работе с вратарями молодежной сборной Союза, которую он тренировал. Я согласился. Кстати, в той сборной было два краснодарца - Николай Водянский и Роман Фитилев, потом успешно выступавшие за СКИФ. Однажды в тренировочном матче я в силу обстоятельств занял место в воротах, сыграв за второй состав. Гладченко хмыкнул: «Женя, с такой игрой стыдно на пенсию уходить…» На этот раз я не выдержал и, посоветовавшись с Шияном, в 31 год стал игроком астраханского «Динамо», серебряного призера чемпионата СССР. То была просто сумасшедшая команда, вышедшая на первые роли в Союзе вместе с минским СКА и СКИФом. В «Динамо» тогда играли Василий Кудинов, Дмитрий Карлов, Олег Киселев, Андрей Тюменцев, Вячеслав Атавин!.. Игра у меня пошла, одно время я имел даже второй показатель в чемпионате после Андрея Лаврова.
- В 1990 году динамовцы стали чемпионами страны…
- Это было весной, когда я уже ушел из команды. Решение принял самоястоятельно, как и в 1984-м, когда уходил из СКИФа. И о времени, проведенном в «Динамо», вспоминаю с удовольствием.
- Какой матч в составе астраханской команды особенно запомнился?
- В рамках Кубка кубков против немецкого «Гуммерсбаха». Первую встречу мы проводили в Москве, потому что в Астрахани не было зала, соответствовавшего уровню турнира. Немцы, у которых здорово отыграл вратарь Андриас Тиль, на то время считались одними из сильнейших в мире. Они добились весьма убедительного перевеса. Но для нас еще не все было потеряно. В гостях мы сразу попали под шквал атак «Гуммерсбаха» и после первых семи минут, казалось, безнадежно проигрывали - 2:7. Я рвался на площадку, но в команде существовало правило: вратари играют по очереди. У Сергея Попова игра не клеилась… Я все же получил шанс, вышел на площадку страшно разозленным и сыграл на редкость удачно. Несколько раз выручал команду в катастрофических ситуациях. А на последней минуте перехватил мяч, совершил сольный проход до девятиметровой линии, сыграл с Тюменцевым в пас и заработал семиметровый! Возможно, это был один из лучших матчей в моей карьере. Мы вырвали победу в той встрече с перевесом в один мяч, но, к сожалению, для общего успеха ее не хватило. После матча Андриас Тиль пожал мне руку: «Это был твой день, парень, ты блестяще сделал свою работу», - он не скрывал своего восхищения. Согласитесь, услышать такое от мировой звезды приятно…
Вратарям нужна школа…
- Евгений, что помогало вам отражать неберущиеся мячи?
- Какие-такие? Нет, что вы, неберущихся, уверяю, не бывает. Просто надо изучать психологию нападающих, их стиль и манеру игры. Как правило, в боевой обстановке они редко себе изменяют. У меня было досье на каждого игрока. Я с вероятностью до 75 процентов знал, куда бросят или когда станут атаковать Махорин или Белов, Жук или Чернышев, Тюменцев или Атавин… Против Владимира Максимова и Александра Анпилогова мы играли и вовсе специальную защиту…
- Любопытно, против кого вам было особенно трудно играть?
- Пожалуй, против Виктора Плахотина из Запорожья, Валентина Кулева и Анатолия Драчева из ЦСКА. Они лучше других использовали мои слабости. Ну и против Максимова, конечно. Он был бесстрашным, самым хитрым и искуссным…
- А какие вратари произвели на вас наибольшее впечатление?
- Из зарубежных мастеров - румын Корнел Пену, югослав Абаз Арсланагич и немец Виланд Шмидт. В Союзе было немало замечательных голкиперов, среди которых, безусловно, выделяется олимпийский чемпион Михаил Ищенко из киевского СКА. А всех превзошел поистине гениальный краснодарец Андрей Лавров. 16 лет он входил в число сильнейших вратарей планеты, выиграл три золотые олимпийские медали, стал двукратным чемпионом мира, чемпионом Европы. Такого история мирового гандбола еще не знала. Но дело не столько в удивительном долголетии и титулах Лаврова, сколько в его уникальном мастерстве. Феноменально одаренный от природы, обладающий потрясающей реакцией, редким даром просчитывать варианты в игре, а также недюжинным характером и неповторимыми бойцовскими качествами, Андрей воплотил мечту многих поколений об идеале гандбольного вратаря в реальность. Лавров не просто играл - творил. Трудно сказать, когда вновь появится вратарь такого уровня.
- Что главное для вратаря?
- Все: реакция, самоотверженность, расчетливость, хладнокровие… И еще, вратарям обязательно нужна школа. Никакой талант не спасет, если нет школы. Молодые голкиперы, должны как минимум до 20 лет заниматься со специалистами. И вообще, я считаю, тренеры по вратарям необходимы в каждой команде мастеров. В России сейчас есть талантливые голкиперы, но пока они не стали мастерами высокого класса. У многих из них как раз нет школы. Отсюда и резкие перепады в игре.
- Кто из тренеров оказал наибольшее влияние на вас как игрока и человека?
- Таковых - трое. Виталий Крохин, Геннадий Барышев и Валентин Шиян. Валентин Михайлович не только талантливо руководил игрой, но и заботился о спортсменах. Все лучшее игрокам - его принцип. А еще назову Эдуарда Саливона. Нет, он не был моим тренером. Но он, замечательный мотогонщик, был моим учителем физкультуры. И я очень признателен ему за ту систему взглядов на жизнь, багодаря которой мне кое-чего удалось добиться в большом спорте.
- Можете вспомнить какой-нибудь неординарный случай из своей многолетней карьеры?
- О-о-о! На эту тему можно рассказать немало баек (смеется). Ну вот, например. Играем в Каунасе против МАИ, как раз в день рождения Владимира Максимова, капитана столичной команды - 14 октября. За пять минут до конца ведем четыре мяча. И тут Юра Безуглов, пробегая мимо Максимова, с ехидцей бросил: «С днем рождения, Владимир Салманович!» Что дальше? Мчались мы в очередную атаку вшестером, а возвращались в защиту уже впятером. Пришлось нашему бомбардиру немного передохнуть. Максимов всегда играл в защите жестко, не щадя ни себя, ни соперника, а тут особый случай…
- Тема, обойти которую невозможно: ваша фамилия - предмет для особого разговора…
- Понимаю. Был Семаком, потом стал Кучеренко (улыбается)… Жизнь так сложилась. Но сегодня я - Семак. Был такой атаман на Кубани, один из основателей станицы Пашковской. У меня - казачьи корни.
- Парочка вопросов из контекста сегодняшнего дня. Чем занимаетесь нынче, на что живете?
- Работаю заместителем директора одной солидной фирмы. Времени свободного нет, но я стараюсь быть в курсе всех гандбольных событий…
- Ностальгии не испытываете?
- Вы хотите спросить: есть ли у меня желание работать в гандболе, так? Мне кажется, уж такое теперь время, никого это не интересует. А жаль. Мне, полагаю, было бы, что рассказать своим коллегам-вратарям…
Виктор Доброскокин