.: Футбол. Тет-а-тет

Роман Ленгиел: «Не перешел в «Краснодар» из любви к «Кубани»

З
а четыре сезона в Краснодаре чех Роман Ленгиел стал одним из самых популярных футболистов «Кубани» в ее новейшей истории. Придя в команду в 2005-м из раменского «Сатурна», этот центральный защитник почти сразу забронировал за собой место в основе и полюбился болельщикам желто-зеленых за приветливость и открытость. С тех пор Ленгиел цементировал оборону команды и в 2008-м был признан экспертами лучшим защитником первого дивизиона. Но, увы и ах, пришедшему в конце того года новому руководству футболист оказался не нужен, и Роман вынужден был скрепя сердце перебраться в Ростов. Однако, несмотря ни на что, болельщики не изменили своего отношения к чешскому легионеру: в берега Дона Ленгиела провожало три десятка поклонников, а два года назад желто-зеленый «десант» навестил своего кумира в его родном городе Ческе-Будеевице, где тот выступает за местное «Динамо» и растит сына. Как раз о жизни на родине после возвращения, самых любопытных моментах карьеры и, конечно, четырех незабываемых сезонах в «Кубани» футболист и поведал в задушевной беседе корреспонденту «Независимой спортивной газеты».
ДРУЗЬЯ, ХОККЕЙ, СРЕДНЕВЕКОВЬЕ
фото: Валерий Крачунов
- Роман, начать хочу с комплимента: уже по первому телефонному разговору понял, что у вас неплохой уровень русского языка. И это несмотря на 5 лет отсутствия постоянной практики!
- Рад, что вас не разочаровал (улыбается). На самом деле, не растерять навык мне помогают друзья из России, с которыми выхожу на связь каждую неделю. Уже как два года обещаю им приехать в Краснодар, но пока просто нет возможности: зимой много времени отнимают сборы, а затем начинается сезон с его непрерывным тренировочным процессом. О чем говорить, если даже моя семья, жена Мартина и 4-летний сын Алекс, видят меня не столь часто, как им хотелось бы. Но мечту побывать вновь в Краснодаре и повидаться с лучшими друзьями, каких в Чехии у меня нет, я по-прежнему лелею в душе. А как только приеду, сразу пойдем с ребятами в ресторан «Мадьяр», что на улице Красных Партизан, и попьем пивка.
- О том, чтобы повесить бутсы на гвоздь, еще не размышляли?
- Честно сказать, уже подумываю о завершении карьеры. Здоровья мне хватит еще минимум на пару лет, но психологически чувствую, что пресытился футболом. К тому же, «Динамо» из Ческе-Будеевице, в котором я начинал карьеру, за 2 тура до финиша досрочно покинуло синот-лигу (высший дивизион Чехии, - прим.М.Г.). Играть же в первой лиге мне неинтересно, так что грядущим летом, когда в клубе сменится хозяин, определюсь с ближайшим будущим - либо останусь в «Динамо» спортивным директором, либо буду думать над другими вариантами.
- В одном из интервью вы упоминали, что не прочь в перспективе стать тренером. Этот тот самый «другой вариант»?
- Именно. Правда, здесь много сложностей. В Чехии существуют три категории тренерских лицензий - «В», «А» и «PRO». На данный момент у меня есть лицензия «В», а чтобы получить следующую категорию, нужно пройти полноценное обучение и отправиться на месячный сбор с другими начинающими тренерами. Пока на это времени у меня нет. К тому же, лицензия категории «A» оформляется в течение года, а мне тем временем нужно будет на что-то содержать семью. Поэтому я очень надеюсь на должность спортивного директора в «Динамо».
- Правда, что вашему возвращению в родной клуб летом 2010-го поспособствовал культовый для чешского футбола человек - Карел Поборски?
- Поборски действительно причастен к моему переходу, но при этом у меня с ним непростые отношения. Когда я вернулся, Карел отвечал в клубе почти за всё, включая финансы, и много чего здесь натворил. Поэтому я признаю в нем одного из лучших футболистов Чехии, который завоевал со сборной серебро чемпионата Европы-1996 и бронзу Евро-2004, но как человека я его не слишком уважаю.
- Тем не менее, вы вернулись домой спустя 11 лет футбольных скитаний. Насколько сильно изменился город за столь большой отрезок времени?
- Конечно, его облик изменился, но не сильно. Когда я каждые полгода приезжал в Ческе-Будеевице из России, то заставал центральную площадь в неизменном виде: все тот же фонтан Самсона посреди, рядом ратуша, собор Святого Микулаша и знаменитая Черная башня, возведенная еще в Средневековье. А вот если я сейчас приеду в Краснодар, то наверняка не узнаю набережную Кубани: еще 10 лет назад там ничего не было, зато нынче, по словам друзей, сплошь дома, дома, дома… Бесспорно, Чехия не может сравниться с Россией по темпам роста городов - у нас все гораздо скромнее.
- А насколько сопоставим нынче уровень чешского и российского футбола?
- Раньше у нас футбольные клубы были более профессиональными, чем у вас, но в новом столетии ситуация изменилась. В российском футболе сейчас крутятся большие деньги, и с бюджетами тех же ЦСКА и «Зенита» у нас могут тягаться лишь «Виктория» из Пльзени и пражская «Спарта». Собственно, именно поэтому в нашей стране футбол все больше уступает первое место по популярности хоккею, куда вкладываются немалые средства. В том же Ческе-Будеевице матчи хоккейного «Мотора» нередко собирают аншлаги, а старенький 7-тысячный футбольный стадион «Стршелецкий остров» даже на играх с топ-клубами не заполняется под завязку.
- С 1 по 17 мая в Чехии как раз проходил чемпионат мира по хоккею. В стране царил небывалый ажиотаж?
- Все только о чемпионате мира и говорили, а результаты матчей сообщали чуть ли не из каждого утюга. Жаль, конечно, что на стадион я так и не попал: до Праги и Остравы, где проходили игры, от Ческе-Будеевице ехать 150 и 400 километров соответственно, а после утренних тренировок садиться за руль совсем неохота. Зато по ТВ посмотрел много игр, и во многом это заслуга мужа моей сестры Станислава Ясечки - в недавнем прошлом хоккеиста, становившегося в составе сборной Словакии серебряным призером чемпионата мира-2000 в Санкт-Петербурге. С ним мы можем обсуждать матчи бесконечно (смеется).
ПРАГА, СИДНЕЙ И ЗАГНАННАЯ ЛОШАДЬ
- Перед вами стояла в детстве проблема выбора - футбол либо хоккей?
- Я выбирал между футболом и теннисом. Но в моем детстве теннисные ракетки и прочая необходимая экипировка стоили дорого, и семья не могла позволить себе такие покупки. В итоге в 6 лет я попал в детскую команду местного футбольного «Локомотива», а через 3 года оказался в «Динамо», называвшееся тогда в честь города «Ческе-Будеевице». Там из меня сразу сделали опорного хава, поскольку уже тогда я был выше всех в команде (рост Ленгиела 191 сантиметр, - прим.М.Г.). А еще чуть позже, лет в 16, меня опустили в центр защиты, и с тех пор на другой позиции себя не мыслю.
- На кого из игроков своего амплуа равнялись в юности? Или следовали принципу «не создавай себе кумира»?
- Моим любимым футболистом был не защитник, а как раз опорный хав - немец Лотар Маттеус. С самого детства я болею за итальянский «Интер», но особенно остро моя любовь к «нерадзурри» проявилась после чемпионского сезона-1988/89, в котором Маттеус выглядел великолепно. В этом футболисте мне нравилась его универсальность: он не только здорово разрушал чужие атаки, но и сам регулярно ходил вперед и немало забивал. Я тоже не чувствую себя чистым разрушителем - если нужно, могу по ситуации подключиться к атаке либо наградить партнера точным пасом.
- И что же, успеваете возвращаться назад после таких подключений?
- Природой мне изначально не дано большой скорости, поэтому прежде чем покинуть свою зону, я внимательно оцениваю ситуацию на поле - не привезу ли в случае потери мяча контратаку? Но даже если теряю мяч, никогда не атакую соперника сразу, а за счет грамотно выбранной позиции стараюсь преградить ему путь к воротам и сыграть на перехвате. В итоге за всю свою карьеру я не совершил ни одного грубого фола, карающегося красной карточкой. А единственное мое удаление сложилось из суммы двух «горчичников», один из которых схлопотал за разговоры.
- В 20 лет ваш талант по достоинству оценил самый титулованный клуб Чехии - пражская «Спарта». Не боялись после первой лиги сразу переходить в стан гранда?
- Мне хотелось почувствовать, каково это - выступать за самую популярную команду страны. И частично моя мечта осуществилась: в «Спарте» я стал двукратным чемпионом Чехии и был заявлен на Лигу чемпионов, где нам в соперники два года подряд выпадали лучшие клубы Европы. Так, в моем дебютном сезоне-1999/2000 мы оказались в одной группе с «Барселоной» с Гвардиолой, Луишем Фигу и Ривалдо в составе и Луи ван Галом во главе. И пусть в гостях мы «сгорели» 0:5, но я никогда не забуду, как 65 тысяч зрителей на «Ноу Камп» неистово поддерживали хозяев - аж мурашки по коже пробегали. А в следующем сезоне соперники вовсе были как на подбор: «Бавария», московский «Спартак», «Фейеноорд», мадридский «Реал»…
- Тем не менее, в Лиге чемпионов вы так и не дебютировали?
- В то время оборону «Спарты» составляли сплошь футболисты сборной Чехии, поэтому мне, 20-летнему парню, было изначально уготовано место на скамейке. Собственно, и к двум лежащим дома золотым медалям чемпионата я имею минимальное отношение - те победы добывали другие люди. Но период в «Спарте» все равно занимает в моей карьере особое место. Именно тогда я прочувствовал непередаваемую атмосферу Лиги чемпионов и стал регулярно вызываться в молодежную сборную страны, вместе с которой в 2000-м дошел до финала чемпионата Европы для парней в возрасте до 21 года.
- Если не ошибаюсь, в финале чехи тогда уступили итальянцам с Пирло, Буффоном и Гаттузо в составе?
- Да, причем по ходу поединка мы вели 1:0, но два гола Андреа Пирло в концовке перевернули встречу с ног на голову. Противостоять Андреа было нереально трудно: даже проанализировав его игру перед матчем, я не мог предугадать, что он сделает в следующий момент. К тому же, Пирло небольшого роста, а против таких футболистов мне с моим ростом всегда было тяжело. В России, например, самой неудобной для меня была троица Аршавин-Кержаков-Данни - очень техничные и маневренные ребята, с которыми приходилось изрядно попотеть.
- Насколько я знаю, вам довелось противостоять и экс-игроку «Анжи» Самюэлю ЭтоО?
- Это было в сентябре 2000-го на Олимпиаде в Сиднее, куда я поехал в составе сборной. Летом того года лидеры нашей национальной команды Росицки, Хайнц и Уйфалуши перебрались из чешской лиги в чемпионат Германии и не рискнули уезжать осенью на турнир в Австралию, так что мы поехали туда в сильно ослабленном составе. Начали с ничьей в группе против США, но затем потерпели кошмарное поражение от Кувейта и к последнему туру оказались у пропасти - либо обыгрываем мощный Камерун, либо вылетаем. Вот тогда я сошелся лицом к лицу с ЭтоО. Самюэль с первых минут действовал очень активно, постоянно совершал рывки и много перемещался, так что к концу матча я чувствовал себя загнанной лошадью. Тем не менее, он в той встрече не забил, в чем есть и моя заслуга. Но победить мы все равно не сумели - ничья 1:1 отправила нас домой, а камерунцы в итоге завоевали золотые медали.
- Если оставить за скобками неудачное выступление сборной, какие впечатления остались у вас от сиднейской Олимпиады?
- Беда в том, что футбольный турнир стартовал почти за 3 недели до начала Игр. То есть команды, не добравшиеся до стадии плей-офф, не увидели ничего - ни церемонию открытия, ни момент зажжения олимпийского огня, ни сами соревнования. Поэтому на родину мы ехали совсем подавленные: мало того, что провально выступили, так еще и не прочувствовали атмосферу самого грандиозного спортивного события четырехлетия. А единственным радостным пятном на том турнире лично для меня стал гол Кувейту: уже не помню точно, как забил, но вышло красиво. Вот этим фактом я действительно горжусь - все-таки далеко не каждому футболисту доводилось забивать на Олимпиаде.
ЗАДУМЧИВЫЙ РОМАНЦЕВ И ИНОПЛАНЕТЯНЕ
- Из Сиднея в Прагу вернулись уже немного другим игроком, более уверенным в себе?
- Обратно я приехал уже футболистом олимпийской сборной и надеялся на большее количество игрового времени. Но в сезоне-2000/01 четверка защитников Грыгера-Лабант-Новотны-Хюбшман выглядела здорово, поэтому, когда в межсезонье по мою душу поступило предложение от другого чешского клуба «Теплице», долго не раздумывал. И впоследствии ни разу не пожалел о переходе: в новой команде я сразу стал игроком основы, выиграл с ней в 2003-м Кубок Чехии и осенью того же года принял участие в розыгрыше Кубка УЕФА, где мы изрядно пошумели. Только представьте - не известная до того в Европе команда выбила из турнира голландский «Фейеноорд» и чуть было не прошла в 1/16 финала шотландский «Селтик»! Наши успехи настолько взбудоражили футбольные круги, что к зиме у всех ведущих игроков команды было по нескольку хороших предложений. В том числе и у меня.
- Неужели предложение от раменского «Сатурна» зимой 2003-го было настолько хорошим, что вы рискнули отправиться в загадочную Россию?
- У меня еще было предложение от команды второй немецкой бундеслиги, но, чего греха таить, большую роль в моем переезде в Россию сыграл финансовый вопрос: таких денег, какие мне сулили в «Сатурне», в Германии я бы не заработал ни в жизнь. К тому же, во мне был заинтересован лично тренер раменчан Олег Романцев, приметивший меня на матче в Роттердаме против «Фейеноорда». А поскольку мне в память глубоко врезался романцевский «Спартак» начала 2000-х, с которым «Спарта» «бодалась» в Лиге чемпионов, над предложением «Сатурна» почти не думал.
- К тому моменту в России уже играло много ваших соотечественников. Поддерживали с ними связь?
- Одновременно со мной в «Сатурн» перешел вратарь Антонин Кински, с которым мы быстро сдружились. К тому же, Раменское находится всего в 50 километрах от Москвы, и каждый понедельник мы с Кински посещали знаменитый столичный ресторан «Чешский дом». В этот же ресторан частенько наведывался и тогда еще выступавший за ЦСКА Иржи Ярошик, а если в Москву приезжал казанский «Рубин», то компанию нам составляли Иржи Новотны и Томаш Чижек. Вместе мы чувствовали себя одной семьей, и такие встречи в «Чешском доме» очень помогли мне в первый год в России.
- А кто стал вашим первым другом из россиян?
- Почти сразу я начал тесно общаться с Виктором Онопко - на мой взгляд, лучшим центральным российским защитником двух последних десятилетий. А еще адаптироваться к российским реалиям мне помог Андрей Канчельскис, игры которого за «Манчестер Юнайтед» в середине 90-х я смотрел еще ребенком по телевизору. Когда после ухода Романцева его сменщик Тарханов посадил меня глубоко в запас, Андрей Антанасович меня всячески поддерживал: «Рома, ты лучший, не вешай нос!» Трудно передать, как я благодарен ему за поддержку.
- Уход Романцева из «Сатурна» в феврале 2004-го свалился на команду, будто снег на голову?
- Я так и не понял причину его ухода. Для меня как европейца было непривычно, что за 3 недели совместной работы Романцев улыбнулся всего пару-тройку раз и часто ходил задумчивый, но я сразу осознал: Олег Иванович - человек, опережающий время. В середине 2000-х многие тренеры, в том числе европейские, на предсезонных сборах во главу угла ставили беговую работу, а Романцев делал акцент на работу с мячом. Поэтому от каждого занятия мы получали нереальный кайф: ведь гораздо интереснее играть, чем бесцельно бегать. Так что логических объяснений ухода Романцева нет - футболисты его любили и слушались. Другое дело, что в самом клубе на тот момент не все было прозрачно, и как раз это могло стать главной причиной его ухода.
- Вы напрямую столкнулись с проявлениями «непрозрачности» в клубе, раз говорите об этом открыто?
- При Тарханове я сел глубоко в запас, и однажды мне пригрозили: «Не играешь - не будешь получать зарплату». Я был в шоке! Летом попросился в аренду. Мне сказали, что мной интересуется «Кубань», в том году выступавшая в элите, и нужно срочно лететь в Краснодар. До того я слышать не слышал об этом городе, но куда деваться - полетел. Приехал на базу «Четук» к главному тренеру команды Софербию Ешугову, который сразу меня огорошил: «Ты кто?» - «Роман Ленгиел, центральный защитник». - «Хм… Не слышал о таком». Когда я сказал ему, что пришел в «Кубань» в аренду, Ешугов посмотрел на меня как на инопланетянина, после чего я понял - в «Сатурне» меня держат за дурака.
- Получается, вы не пришлись ко двору ни тем, ни другим?
- В Краснодаре на меня явно не рассчитывали, а в Раменском моему возвращению сильно удивились: «Ты же должен быть в «Кубани»?!» Но ехать обратно в Краснодар я отказался, после чего оставшиеся до конца сезона месяцы мариновался в дубле «Сатурна». По счастью, этот кошмар длился недолго - зимой «Кубань» возглавил Йожеф Хованец, в 2000-м возглавлявший сборную Чехии и хорошо знавший мои способности. Собственно, во многом благодаря ему я и оказался вновь на Кубани. Правда, руководители «Сатурна» сразу не согласились меня продать и снова отдали в аренду - теперь уже годичную.
«ОРЕШКИ» РИКАРДО И «ПИЛЮЛИ» ЯКОВЕНКО
- Когда к вам пришло понимание, что по истечении срока аренды останетесь в «Кубани»?
- Первые полгода чувствовал себя в команде инородным телом. Те же Любомир Кантонистов, Виталий Калешин и Андрей Топчу поначалу относились ко мне с нескрываемым скепсисом: мол, если бы не тренер-чех, меня бы здесь никто не держал. Ситуацию усугублял и тот факт, что первые 5 туров чемпионата-2005 я не играл, а в следующих 4-х выходил на пару минут в концовке. Тогда в голове регулярно мелькала мысль: «Господи, зачем я сюда приехал?» Но, как говорят в России, не было бы счастья, да несчастье помогло. Перед домашним матчем с «Химками» (11-й тур, - прим.М.Г.) кто-то из центральных защитников травмировался, и я вышел на поле с первых минут - в итоге мы одолели текущего лидера чемпионата со счетом 2:1, после чего место в основе я уже никому не уступал.
- Перед апрельской встречей с «Химками» желто-зеленые шли в таблице десятыми, а к середине июля вышли на чистое первое место. В чем был секрет турнирного спурта?
- К июлю команда и главный тренер достигли взаимопонимания, тогда как поначалу многие решения Хованеца вызывали у русских ребят недоумение. Например, они долго не могли взять в толк, как после побед наставник может пригласить подопечных в ресторан и выпить с ними пива - для них это было в диковинку. Но когда к началу августа наша беспроигрышная серия достигла 10-ти матчей, стало окончательно понятно, что пан Йозеф ведет коллектив по правильному пути. Я уверен, мы бы смогли вернуться в премьер-лигу уже в 2005-м, не воспрепятствуй тому околофутбольные факторы.
- Вы намекаете на скандал вокруг матча в Нальчике, в котором «Кубани» было засчитано техническое поражение?
- Октябрь был для нас вообще богатым на скандалы. Сначала в Махачкале фанаты местного «Динамо» бросали в нас чем попало с трибун, что принесло хозяевам плоды - они победили 3:2. Слава Богу, вскоре назначили переигровку в Москве, где мы взяли реванш с минимальным счетом. Но перед выездом в столицу должны были играть в Нальчике, где, как нам сказали, шла война. Оттого на командном совете было решено не рисковать собственными жизнями и не ехать - ведь футбол не совместим с боевыми действиями. Каково же было наше удивление, когда РФС засчитал нам поражение! А ведь возьми мы тогда 3 очка, и вполне могли финишировать вторыми.
- Однажды вы назвали российский первый дивизион самым сложным турниром в мире. Главная причина - большие расстояния?
- Да. Сейчас в первой лиге отказались от спаренных домашних и выездных матчей, но раньше это была головная боль. Если играть через три дня на четвертый в родных стенах не составляло проблем, то недельный маршрут Краснодар-Хабаровск-Владивосток-Краснодар будто отнимал частицу здоровья. К тому же, мой организм никак не мог привыкнуть к сумасшедшим температурным перепадам. Не забуду, как после домашнего матча с брянским «Динамо» в октябре 2006-го мы с Рикардо купались в открытом бассейне у него дома, а через несколько дней прилетели на игру в Хабаровск, где было плюс 2…
- Теплолюбивый бразилец Рикардо часто жаловался на снег и морозы?
- Почти не жаловался - он позитивный парень и на все старается смотреть с юмором. Жаль только, ему не хватало твердости в характере - иначе он бы добился в футболе значительно большего. На его финты в премьер-лиге покупался даже Сергей Игнашевич, с левой ноги он забивал сумасшедшие по красоте и силе голы, но при всем при том талант парня сгубили… печеные «орешки» со сгущенкой. Страсть к сладкому Рикардо никак не мог побороть, оттого получил в команде прозвище «шоколадный заяц», испытывал проблемы с лишним весом и так до конца и не реализовал свой потенциал.
- Кто в «Кубани» был антиподом Рикардо в плане твердости характера?
- Безусловно, Виталик Калешин. Это трудяга, каких я больше не видел, и боец до мозга костей, что позволяет ему даже в 34 года показывать отличную игру за «Краснодар». Уверен, талант Калешина мог по-настоящему раскрыться еще до перехода в «Рубин» в 2009-м, но Виталику мешали многочисленные травмы, из-за которых он выбывал порой на полгода. Я бы после таких травм уже завязал с футболом, а Виталик то и дело возвращался и сейчас демонстрирует великолепный футбол.
- Кстати, о травмах. В интервью нашей газете Андрей Топчу отметил, что стал часто «ломаться» после периода работы в 2006-м с Павлом Яковенко. За собой такого не замечали?
- Тьфу-тьфу, серьезные травмы обходят меня стороной, но то, что сказал Андрей - это правда. Помню случай, как однажды, когда Яковенко только пришел в команду, Виталик Калешин после тренировки решил выпить банку пива - Хованец это не запрещал. Но не успел он открыть банку, как в раздевалку зашел тренер по режиму Пушанко. И что вы думаете? Калешина хотели выгнать из команды! По счастью, в дело вмешался гендиректор клуба Максим Ремчуков, и конфликт закончился 10 долларами штрафа. Но факт есть факт: футболистам не разрешалось расслабиться после жутких нагрузок. Нагрузки же были поистине жуткими: в 6.00 первая тренировка, в 10.00 - вторая, в 15.00 - третья и вечером, вдобавок ко всему, фитнес и бассейн. А сборы Яковенко мне до сих пор снятся в кошмарах: две недели мы делали одно и то же, затем прилетали в Краснодар на пару дней, после чего вновь возвращались в ад…
- Таблетки, которые помощники Яковенко раздавали игрокам во время обеда, стали притчей во языцех. Вы знали, что это за препараты?
- Понятия не имел - нам только говорили, что они безвредны. Но если это так, думал я, то почему нам не говорят названия препаратов? Многие ребята безропотно принимали эти «пилюли», а я боялся за свое здоровье - прятал их и затем выкидывал. Однажды это увидел Пушанко… На следующий день меня вызвал к себе главный тренер: «Сколько тебе лет? 27? По мне, так ты уже стар - если не будешь принимать таблетки, не будешь играть». Я был в шоке, но пришлось послушаться. В итоге вопреки словам Яковенко о моей «старости» я сыграл в чемпионате-2006 41 матч и провел, на мой взгляд, свой лучший сезон в карьере.
- Несмотря на противоречивость личных качеств Павла Яковенко, эффективность его методики не поддается сомнениям?
- Та «Кубань», считаю, вышла бы в премьер-лигу и без Яковенко - просто тогда у нас подобрался великолепный состав. Особенно хорошо смотрелась оборона: Виталик Калешин был бесспорно лучшим правым защитником первой лиги, слева сверкал Ренат Янбаев, обходился без травм Саша Орехов, а Андрей Дикань как никогда был надежен в «рамке». Форварды в том сезоне тоже поймали кураж - Шамиль Асильдаров и Роберт Зебелян были настолько грозной силой, что лишь в 5-ти матчах сезона из 44-х мы уходили с поля без гола. Зато в других поединках «Кубань» устраивала настоящую голевую феерию: только представьте, мы дважды побеждали 7:0, а еще по разу - 6:0 и 5:0! Потому и болельщики заполняли трибуны стадиона «Кубань» до отказа - на нас действительно приятно было смотреть.
РУССКАЯ КУХНЯ И «КОМАНДА МЕЧТЫ»
- Кто был лидером той команды как на поле, так и за его пределами?
- Безусловно, Андрей Топчу. После того, как в конце 2005-го из команды ушел мой хороший друг и классный футболист Любомир Кантонистов, именно Топчу перехватил у него своеобразную «эстафетную палочку» лидерства. За счет потрясающего чувства юмора Андрей умел создать благоприятную обстановку в коллективе: так, они вместе с Виталиком называли меня не иначе как «чех», но обижаться я и не думал - это изначально обыгрывалось в юморном стиле. В результате всего за 2 года мы с Топчу и Калешиным стали лучшими друзьями и до сих пор поддерживаем связь. А в 2011-м, когда Виталик в «Рубине» получил травму и оперировался в Мюнхене, на обратном пути он заехал ко мне в гости - очень тепло посидели, вспомнили лучшие моменты и даже навернули по тарелке борща (смеется).
- Русская кухня все-таки пришлась вам по вкусу?
- Борщ со сметаной - это фантастика! Варить его мою жену научила супруга Андрея Диканя, и она же показала Мартине, как готовить еще одно замечательное русское блюдо - окрошку. В пиве, конечно, вашей стране с Чехией не сравниться, а вот по вареным ракам, которых я однажды попробовал в ресторане у еще одного моего друга Стаса Лысенко, до сих пор скучаю (улыбается). Но к чему я в России так и не привык, так это к большому количеству майонеза в пище. Когда Хованец однажды увидел, как русские ребята во время обеда на базе добавили в суп майонез, он чуть с ума не сошел: «Это же вредно, как можно?!» Сосиски и яичницу по утрам в Европе тоже никто не ест, но в России без них невозможно представить себе обычный завтрак.
- По количеству потребляемой пищи русские тоже дадут чехам фору?
- Отвечу вам на конкретном примере. Окончание триумфального сезона-2006 мы отмечали в «Мадьяре», и по случаю нашего выхода в премьер-лигу руководство решило не экономить на банкете: для команды был арендован огромный зал. Когда я лишь краем глаза взглянул на обилие еды на двух десятках столов, то спросил у Топчу: «Андрюха, тут что, кто-то рядом свадьбу отмечает?» За 7 лет жизни в России я понял, что русские люди если и делают что-то, то с большим размахом и от всей души. Например, не забуду, как в одном из краснодарских ресторанов официант как-то раз отказался брать с меня деньги - оказалось, владелец заведения большой фанат «Кубани» и решил сделать мне подарок!
- Разве в Чехии подобное отношение к футболистам в диковинку?
- У нас к спортсменам относятся с какой-то странной ревностью: мол, он получает огромные деньги и при этом валяет дурака. Люди не понимают, что мы зарабатываем себе на старость, рискуя при этом собственным здоровьем. А вот в Краснодаре на улице ко мне могли подойти и просто пожелать удачи, ничего не требуя взамен. Например, я был приятно удивлен, когда 2 года назад друзья из фанатского движения «Кубани» позвонили и сказали, что хотят приехать ко мне в гости. Через день после их приезда «Динамо» играло в гостях с прямым конкурентом за выход в синот-лигу, и я достал ребятам лучшие билеты на матч - признаться, они болели громче поклонников хозяев (смеется). А еще парни привезли сыну Алексу форму «Кубани», и теперь он с ней не расстается.
- Жаль только, отец Алекса в желто-зеленой футболке больше на поле не появится…
- Знаете, у меня есть мечта - собрать ребят, с которыми вместе выступали за «Кубань», и провести в Краснодаре своего рода «Матч звезд». Я просто уверен, эта игра соберет полные трибуны, а деньги от проданных билетов можно будет направить в детский дом на благое дело. Кого бы я позвал из игроков? Уф, тяжело выбрать… Прежде всего, местных ребят: Сашу Орехова, Костю Зуева, Андрея Ушенина, Виталика Калешина, Андрея Топчу. Из вратарей пригласил бы Сашу Филимонова и, конечно же, Дикашу (Андрей Дикань, -прим.М.Г.). Хочется, чтобы приехал и Ивайло Петков - лучший в моей карьере партнер по комнате, с которым мы прекрасно ладили, хоть и общались на смеси чешского и болгарского. А без нашего модника Любы Кантонистова вообще не обойтись (улыбается).
- А кого отрядили бы в атаку и на края полузащиты?
- В нападение в компанию к Асильдарову и Зебеляну добавил бы Сашу Данишевского - своеобразного, но, безусловно, талантливого парня, поражавшего своей безумной скоростью. Что касается флангов, то здесь вне конкуренции Рикардо и Алан Касаев - этакий осетинский Рибери, помимо классной техники обладающий убийственным ударом с обеих ног. Кстати, пусть в моей «команде» хватает центрхавов, но без Олега Иванова средняя линия потеряет в красках. С именем Олега у меня связан самый яркий матч «Кубани» на моем веку - поединок с «Крыльями Советов» в Самаре в 2007-м. Ведь именно дубль Иванова вкупе с голом Рикардо позволил нам за оставшиеся до конца встречи полчаса не только отыграться с 0:2, но и вырвать победу.
- Возглавлявший тогда «Кубань» Леонид Назаренко недавно признался, что после победы в Самаре стал грезить о еврокубках. Команде это действительно было по силам?
- В 2007-м у нас подобрался поистине амбициозный коллектив, готовый решать поставленные задачи. К тому же, уход Яковенко словно сбросил с нас внутренние оковы - будто стало легче дышать. В итоге в родных стенах мы на равных боролись с «Зенитом», ЦСКА, «Спартаком» и «Локомотивом», бюджеты которых в разы превышали наш, а «Москву» вовсе дома разгромили - 4:1. Но, к сожалению, тогда в клубе происходили процессы, мешавшие его дальнейшему развитию. После того, как «Кубань» покинули ее гендиректор Максим Ремчуков и его заместитель Дмитрий Слаута, внутри начались многочисленные кадровые перестановки, напрямую повлиявшие на команду и не позволившие ей сохранить прописку в элите.
- В 2008-м кадровая чехарда достигла апогея, и за сезон в команде сменились 3 наставника. В этих перестановках был резон?
- Приход в начале года Александра Тарханова лично я считаю ошибкой. И не потому, что тот фактически убрал меня из «Сатурна» - просто он не умеет заинтересовать игроков. Тарханов, безусловно, был хорошим футболистом, но тренировочный процесс у него чрезвычайно скучный: одно и то же, одно и то же… По монотонности занятий, думаю, он даже переплюнул Яковенко. А вот со сменившим Тарханова в начале апреля Сергеем Александровичем Павловым у нас были идеальные отношения - этот тренер высоко ценил мои умения и по-особому ко мне относился. Но зато другим ребятам, в частности, Ивайло Петкову, методика Павлова с попыткой сочетать кнут и пряник пришлась не по душе, оттого Сергей Саныч покинул команду уже к началу второго круга.
РОСТОВСКИЕ ШАРЖИ
И КУБАНСКИЕ БАННЕРЫ
- 10 августа «Кубань» возглавил Олег Протасов. С ним у вас не сложилось столь же теплых отношений, как с Павловым?
- Я работал с Протасовым не только в «Кубани», но и в «Ростове» в 2010-м, и в обоих случаях играл мало. Конечно, сидеть на скамейке, когда тебе за 30, малоприятно, но я уважаю Олега Валерьевича как специалиста и не держу на него зла. Ведь от тренера требуют, прежде всего, результата, и он его добивался - вывел «Кубань» в премьер-лигу и поднял «Ростов» с 14-го места в 2009-м на 9-ю строчку в следующем сезоне. К тому же, когда я подходил к Протасову по тому или иному вопросу, он всегда готов был пообщаться, то есть по чисто человеческим характеристикам он мне очень симпатичен.
- В «Ростове» вы провели полтора года. Успели приобрести в команде таких же друзей, как в «Кубани»?
- Там я сдружился с двумя форвардами - Димой Акимовым и Игорем Лебеденко. Игорь мне вообще был как брат - сразу взял под свое крыло, помогал освоиться, познакомил с ребятами. И именно он уговаривал меня летом 2010-го остаться в команде. На тот момент клуб 4 месяца не платил мне зарплату, а Мартина уже носила под сердцем Алекса - деньги нужны были как воздух. И когда я собирался улетать обратно в Чехию, Игорь подошел ко мне и сказал: «Рома, может, не поедешь? Мы с ребятами скинемся тебе на зарплату, на пару месяцев хватит…» Это несмотря на то, что ему самому клуб не все выплатил! Мне кажется, эта фраза - лучшая характеристика Лебеденко как человека.
- Ростовские болельщики, насколько я знаю, вас любили не меньше кубанских?
- Я чувствовал хорошее отношение их ко мне и старался отвечать взаимностью. Особенно мне запомнились шаржи, которые рисовали на меня местные фанаты - очень забавные, парочку я даже привез с собой в Чехию. Но все-таки мое сердце принадлежит Краснодару и «Кубани», а не городу на Дону. Никогда не забуду, как в мае 2009-го мы приехали сюда с «Ростовом» на матч премьер-лиги, и кубанские болельщики вывесили на «Южной трибуне» баннер: «Рома, мы тебя никогда не забудем…» Мы сыграли тогда 0:0, но этот матч занимает очень важное место в моей игроцкой карьере.
- У вас дома есть «желто-зеленый уголок», где вы храните все, что напоминает вам о «Кубани»?
- Это сложно назвать уголком - подарки, которые мне в свое время вручили краснодарские поклонники, занимают полкомнаты! Здесь и «сердечки» от девушек-болельщиц, и приз лучшему футболисту команды-2007 по версии фанатов, и приз лучшему защитнику первой-лиги-2008 в составе «Кубани»… Но все центральное место в моей коллекции занимает майка с надписью «Я видел гол Ленгиела» (смеется). Ее мне подарили фанаты после того, как в июле-2008-го я забил новороссийскому «Черноморцу» на Кубок России в овертайме и вывел команду в следующую стадию. Причем вышло очень красиво: после углового защитники вынесли мяч в район 11-метровой отметки, откуда я с правой ноги вогнал его в ближнюю «девятку». Пожалуй, этот гол вполне сравнится по красоте с моим голом Кувейту на Олимпиаде.
- А какое место по важности в вашей жизни занимает момент, когда в декабре 2008-го болельщики со слезами на глазах провожали вас в Ростов?
- Этот момент я бы не стал ни с чем сравнивать. Самолет улетал в 4 утра, и, к моему дикому удивлению, в зале ожидания собралось около трех десятков человек - все с шарфами и плакатами «Рома, не уезжай!»… Признаться, удержаться от слез тогда было очень трудно. Когда люди готовы ночью ехать через весь город, только чтобы проводить тебя в путь-дорогу - поверьте, это дорогого стоит. На мой взгляд, такие моменты ценнее, чем кубки и медали.
- Был ли у вас реальный шанс все-таки остаться в Краснодаре?
- Еще по окончании сезона-2006 мы с Максимом Ремчуковым обдумывали вариант с пролонгацией контракта вплоть до 2010-го. Но вскоре Максим покинул свой пост, а новым руководителям уже было не до этого. Правда, у меня имелся еще один вариант остаться на Кубани - меня звали в «Краснодар». В 2009-м «горожане» вышли в первый дивизион и искали укрепление в защитную линию, а Виталик Калешин и Любомир Кантонистов уже тогда дружили с Сергеем Николаевичем Галицким - как раз они меня с ним и познакомили. Галицкий сказал, что нужно будет пройти просмотр, но к тому моменту мне уже поступило конкретное предложение из Ростова, причем из премьер-лиги. К тому же, я опасался, что болельщики «Кубани» воспримут мой переход в стан соседей как предательство, поэтому из любви к клубу и болельщикам я отказался от данной затеи.
- По возвращении в Чехию вам удается следить за российским чемпионатом и краснодарскими командами в частности?
- Увы, в Чехии нет российских спортивных каналов, оттого смотреть матчи не получается - в основном узнаю результаты матчей кубанских команд по интернету. В «Краснодаре» особенно слежу за выступлениями Диканя и Калешина, а в «Кубани» выделил бы Ивелина Попова - являющийся его агентом Ивайло Петков рассказывал много хорошего об этом парне. К тому же, знаю, что «Краснодар» сейчас стремится в еврокубки, а «Кубань» 21 мая сыграет в финале Кубка России - еще лет 5 назад я бы не смог себе представить такое даже в мечтах. Поэтому хочу пожелать желто-зеленым удачи в решающей битве, а болельщиков призываю обязательно поехать на стадион и поболеть за команду - поверьте, ваша поддержка для ребят очень важна. Уж я-то знаю (теплая улыбка)…
Максим Герасин


Поделиться ссылкой на статью в социальных сетях: