.: Футбол. Тет-а-тет
Владимир Обедзинский: «Свой первый гол Плошник забил с моей передачи»
4
мая отпраздновал свой 65-летний юбилей замечательный в прошлом правый полузащитник и нападающий Владимир Обедзинский, в широких футбольных кругах известный, прежде всего, как бывший игрок ворошиловградской «Зари», ростовского СКА и краснодарской «Кубани». Именно с его передачи забил свой первый официальный гол за «Кубань» и поныне остающийся лучшим бомбардиром желто-зеленых Александр Плошник. Кроме того, около 20-ти лет своей футбольной жизни Обедзинский посвятил менявшим название командам из родной станицы Павловской: в 1969-м выступал за «Колос», в 1988-2000 годах был играющим тренером «Кооператора» и снова «Колоса», а затем тренировал детей в Павловской ДЮСШ. В настоящее время Владимир Евгеньевич находится на больничном, перенес операцию на суставах, но готов вернуться к тренерскому ремеслу, если позволит здоровье.
В эксклюзивном интервью корреспонденту «Независимой спортивной газеты» Владимир Обедзинский рассказал о своем неуемном футбольном азарте, о кредо легендарного специалиста Германа Зонина, о заграничных поездках, об аварийной посадке самолета с «Зарей», о курсе молодого бойца в СКА, о том, почему в свой первый день в «Кубани» он плакал горючими слезами, о писавшем стихи клубном водителе желто-зеленых Петре Анисимове и многом, многом другом интересном.
фото: ok.ru
- Владимир Евгеньевич, давайте перенесемся во времени где-то на полвека назад. Каким было ваше футбольное детство?
- Родился я в станице Новопетровская, чуть позже переехал с родителями в районный центр - Павловскую. Отец был фельдшером, мать - преподавателем русского языка, их из-за занятости на работе практически целый день не было дома, и они полностью мне доверяли. Как и все мальчишки, в теплое время года гонял мяч на пустыре, а зимой ходил на реку Сосыка играть в хоккей на льду. Дома несколько раз разбивал мячом окна. Однажды отец после такого «происшествия» сгоряча порезал мне мяч, но на другой день поехал в Ростов-на-Дону и купил там новый (улыбается).
- В футбольной школе занимались?
- Занимался. Но в Павловской была не специализированная детская футбольная школа, а общеспортивная. Сначала ходил туда - в секцию легкой атлетики, но знакомые пацаны настойчиво перетягивали меня на футбол, ведь во дворе с мячом я был лучший. Потом из-за меня даже подрались тренер по легкой атлетике Владимир Иванович Зантман и тренер по футболу Анатолий Иосифович Патиоха, но кончилось дело все-таки тем, что я стал ходить на футбол (смеется).
- То есть уже тогда за вас была развернута нешуточная борьба!
- Как видите!.. День и ночь я стал пропадать на павловском стадионе «Урожай». Помню, в тетрадях по алгебре и геометрии были слипшиеся страницы, потому что я их вообще не открывал. Получал оценку за четверть - и всё. В 9-м классе меня брали играть «подставкой» за 10-классников, а когда учился в 10-м классе, было это в 1969 году, меня взяли в павловский «Колос», выступавший тогда в классе «Б», на ставку около 140 рублей в месяц (для сравнения: у инженера в то время оклад был порядка 120 рублей). Тренировали в ту пору команду Антонин Николаевич Сочнев, в прошлом прославленный игрок московского «Торпедо», и Леонид Алексеевич Тарасенко, местный воспитанник, ранее выступавший за «Кубань».
- Помните свой дебютный матч за «Колос»?
- Конечно! Это была домашняя встреча с «Кордом» из Балаково, и меня выпустили на замену в конце матча, минут на 15-20. Играли при фонарном освещении, так классно пахла трава - и у меня как зашумело в голове от страсти!.. В том поединке я успел, представьте, не только дебютировать, но и забить свой первый гол - с передачи центрального защитника Вити Гуйды, которого потом, кстати, приглашали в московское «Торпедо», но так никуда он и не уехал. Так вот, забил я в падении, там был сумасшедший стык, и мне чуть башку не оторвали, но главное - что мяч все же оказался в воротах (смеется).
- Да, запоминающийся дебют, что уж говорить…
- В своих первых матчах за «Колос» я, правый нападающий, носился по полю, как пуля, как камикадзе, лез вперед и ничего не боялся. Опытные игроки мною восхищались, говорили: «Ну, молодой, скоро тебя здесь мы не увидим! Пойдешь на повышение…»
- И оказались правы?
- Да, как в воду глядели. В том же году «Колос», к сожалению, перестали спонсировать, команду расформировали. Где-то в октябре за мной приехал тренер молодежной сборной РСФСР Сафаров, и я отправился с «молодежкой» на сбор в Славянск-на-Кубани. Далее участвовал в турнире сборных союзных республик на Украине, на котором мы заняли первое место. Помню, ударом метров с 30-ти забил там в первом же матче. А потом меня хорошенько так «освежили»: полез в штрафную, а там мне как засадили ногой вместо мяча по лицу. Удар был столь страшной силы, что у меня губа на ниточке висела, зашивали. Но мог и без губы играть - вот такое было желание!
- Вскоре вы оказались в «Авангарде» из города Ровеньки, все верно?
- Верно. Был у меня еще вариант - с командой класса «Б» из Славянска-на-Кубани, но оказался в Ровеньках - это шахтерский город в 60-ти километрах от Ворошиловграда (ныне Ворошиловград называется Луганском, - прим.Д.А.). Тренером «Авангарда» был Гюндуз Асадуллаевич Джафаров, бывший голкипер, которому даже с 3-х метров невозможно было забить - он гасил все удары. Я провел с «Авангардом» сбор в крымском городе Саки, потом играл сезон в западноукраинской зоне второй лиги чемпионата СССР. Соперниками были команды из Луцка, Ровно, Ужгорода, Львова - из тех мест, где во время Великой Отечественной войны наши героические разведчики действовали в тылу врага. В Западной Украине бросалась в глаза красивая архитектура, не то, что было в ту пору в Павловской - караул. Это сейчас в Павловской стало красиво, а тогда…
- Как у вас в «Авангарде» складывались дела с игровой практикой?
- Играл много, прибавлял с каждым матчем. Но в один день сломал ключицу и уехал восстанавливаться в Павловскую. Потом вернулся в Ровеньки, два дня потренировался, и тут приезжает на товарищеский матч с «Авангардом» основной состав ворошиловградской «Зари», команды высшей союзной лиги - видно, за денежки ее пригласили, «на халявку». Для меня та встреча была очень принципиальной, ведь я с отцом болел только за киевское «Динамо» (улыбается). Джафаров выпустил меня во втором тайме - и я, отдохнувший, буквально летал по полю!
- Не тогда ли «Заря» переманила вас к себе?
- Именно тогда. На следующий день после товарищеского матча подъезжает 21-я марка «Волги», Гюндуз Асадуллаевич вызывает меня и говорит: «Ну что, сынок, собирайся». Я пакую сумочку, прыг в машину - и привозят меня в Ворошиловград. Сначала взяли в дубль «Зари», поселили в общежитии, как и всех приезжих. Я жил в одной комнате с форвардом Юрой Елисеевым, в соседней комнате обосновались полузащитник Юрий Васенин и защитник Володя Абрамов, а в третьей квартировали вратарь Гена Лисенчук и Анатолий Лисаковский - центральный нападающий, бывший одессит, такой приблатненный был парень, потом, к великому сожалению, его убили… Завтрак и ужин у нас были за свои деньги, а обедали мы в ворошиловградской обкомовской столовой. О спиртном никто даже и не думал - это было просто исключено. Вы знаете, а о том, что вообще существуют наркотики, я не знал до 30-ти лет, пока не поехал играть в Узбекистан!
- Попав в «Зарю», вы сразу почувствовали, что оказались в команде высшей лиги?
- А то! Захожу первый раз в раздевалку и вижу там Йожефа Сабо, бывшего игрока киевского «Динамо» и сборной СССР, это был мой кумир, которого до этого я видел только по телевизору. Увидел его и буквально врос в землю, как будто передо мною предстал какой-то небожитель. Иду дальше - на полраздевалки большой макет футбольного поля, как бильярдный стол, и на нем большие, сантиметров по 20, фигуры футболистов - никогда раньше такого не видел!
- Чем еще вам запомнилась фигура Сабо?
- Он такие приколы рассказывал про Федю Медвидя, полузащитника киевского «Динамо» и сборной СССР, что мы просто умирали со смеху! В общаге «Динамо» над ним все время подтрунивали - по-украински он балакал, а по-русски не говорил. И вызывают Медвидя в сборную СССР на гостевой товарищеский матч с Шотландией. Партнеры по «Динамо» говорят ему: «Если тебя выхватит камера на скамейке запасных, то ты помаши нам ручками, играть же ты все равно не будешь». А в итоге Медвидь играл и даже забил гол - с середины поля как дал в «девятку»! И ночью звонок в киевскую общагу: «Ты Смык (так называли Левченко)?» - «Смык». - «Ты бачил?!» И кладет Медвидь трубку. Представляете: в то время нашел возможность позвонить из другой страны!
- Как охарактеризуете тогдашнего наставника «Зари» Германа Зонина?
- Легендарное кредо Германа Семеновича до сих пор помню дословно: «Только на базе хорошо организованной обороны можно успешно атаковать». Этот лозунг актуален и по сей день, его придерживается и добивается с ним успехов Курбан Бекиевич Бердыев в «Ростове». А Зонин сделал в 1972-м «Зарю» чемпионом СССР, однако меня тогда в команде уже не было. «Заря» была командой-мечтой, за нее выступали центральный защитник Миша Фоменко, который с киевским «Динамо» потом брал Кубок Кубков в 1975-м, а недавно тренировал сборную Украины, защитник Александр Журавлев, бывший капитаном, хавбек Виктор Кузнецов, защитник Владимир Малыгин, игравший ранее за «Коммунарец» из Коммунарска… Зонин говорил: «Мир не знает, что такое «Коммунарец», а Эйсебио знают все, и этот мальчик из «Коммунарца» «скушал» Эйсебио в матче 1972 года Португалия - СССР так, что того оба тайма и видно не было на поле».
- Как у вас пошли в «Заре» футбольные дела?
- Первый мой выезд был в Баку к «Нефтчи», и меня поставили за дубль. Я забиваю гол, и на огромном табло Республиканского стадиона высвечивается моя фамилия - поверить не мог, мне казалось, что это все во сне происходит! Приезжал в Ворошиловград ЦСКА, за дубль армейцев тогда играли возрастные Альберт Шестернев, капитан сборной СССР, и Дмитрий Багрич. И Багрич, левый защитник, говорит мне во время игры: «Ты чего здесь носишься мимо меня, угля обожрался, что ли? Иди на другой край и там бегай!» Если «Авангард» во второй лиге играл два матча в неделю, то «Заря» - один, и энергия из меня просто ключом била! С каждым матчем я выступал все лучше и лучше, с моих подач Елисеев забивал по 3-4 гола, разрывали защиту соперника. Саша Ткаченко, вратарь, подходил ко мне и говорил: «Если будешь продолжать в том же духе, скоро будешь играть за основу».
- И когда же вы заиграли за основу?
- В декабре 1970-го Зонин повез основу «Зари» в заграничную поездку в столицу Эфиопии Аддис-Абебу, из молодых взяли меня и Юру Елисеева. Провели там несколько матчей с местными командами, в первой встрече я вышел на 20 минут, в остальных играл в основе. Потом прилетели в Шереметьево, ехали на автобусе гостиницу (самолет из Москвы в Ворошиловград был на следующий день), и по дороге у Зонина брал интервью корреспондент. Никогда не забуду, как Герман Семенович сказал: «У нас состоялось хорошее событие: наш молодой форвард Обедзинский стал игроком основного состава». Я поверить не мог в это тогда - парил на небесах, понимаете?!
- Чем вам еще запомнилась Эфиопия?
- Перед поездкой туда нам сделали 10 или 11 прививок - от лихорадки, от малярии, да от чего только ни делали! В Эфиопии я первый раз в жизни увидел шведский стол, баранов, крутящихся на вертеле. Первый раз в жизни попробовал «Кока-колу» и «Оранж», в Советском Союзе ведь кроме лимонада ничего такого больше не было. «Кока-кола» понравилась, готов был пить ее день и ночь (смеется). Украинцы в команде не ели бананы, все мне отдавали - и у меня весь номер в гостинице был в огромных королевских бананах!
- Колоритно!
- В перерывах матчей мы дышали кислородом из баллонов, которые привозили из советского посольства, играли же на высокогорье. Когда автобус возил нас по Аддис-Абебе, везде видели сплошные «кварталы красных фонарей»: стоят в простынях девушки, глазами заманивают. КГБшники (тогда же их прикрепляли ко всем командам в заграничные поездки, чтобы никто никуда не удрал) нам сказали: «Смотрите, здесь стопроцентный сифилис. Только с кем-нибудь в контакт войдете - и останетесь без носа, без ушей, без рта». Так мы на путан и не смотрели - нам бы в магазин быстрей! Однако денег нам долго не выдавали - только в последний день 150 долларов дали. Но что купишь за 150 баксов?! Я купил только туфли, бутсы и куртку замшевую.
- Через год тоже ездили с «Зарей» в экзотические места?
- Да, в Бирму, сборную которой раньше тренировал Зонин, и в Непал. Не полетел Сабо, его заменил знаменитый нападающий Владимир Онищенко, который забил в финале Кубка Кубков 1975 года за киевское «Динамо» в ворота венгерского «Ференцвароша», а недавно был помощником Михаила Фоменко в сборной Украины. Запомнилось, как в Непале самолет садился между двумя горами - страшно было! В Непале ходили на экскурсии в буддийские храмы любви, где было много разных фигур из Камасутры. Из этой поездки привез водонепроницаемые часы «Orient», а больше ни на что денег не хватило - гроши нам выдавали, елки-палки!
- Владимир Евгеньевич, слышал, еще примерно в то время вы ездили с молодежной сборной СССР на сбор в Швейцарию…
- Да, меня туда пригласил тренер Борис Павлович Набоков. Швейцария - это как сказка. Нас кормили там мясом питона (похоже на осетрину), супом из черепахи (как уха), лобстерами, кальмарами - все с изысками. Первый раз съел тогда йогурт, такой вкусный, и не знал, что он так называется, думал: кефир - не кефир, молоко - не молоко. В магазинах было много чего, купил себе «адидасовский» костюм и бутсы «Герд Мюллер хет-трик» за 60 марок, это казалось для меня пределом мечтаний.
- Кто был с вами в молодежной сборной?
- Атакующий полузащитник Давид Кипиани из тбилисского «Динамо», обладавший просто-таки ювелирной техникой, вратарь Вячеслав Чанов и защитник Володя Пьяных из донецкого «Шахтера», защитник Александр Мирзоян из бакинского «Нефтчи», впоследствии много и успешно поигравший в московском «Спартаке»… Да вся команда состояла из незауряднейших личностей!..
- Вы присутствовали с «Зарей» на борту самолета Ан-10, когда он совершал аварийную посадку в Москве?
- Да, было дело… Летели тогда на игру с московским «Спартаком». Не выпускалось шасси, еще и гроза была. Полтора часа вырабатывали топливо, всех ужасно мутило. Такое ощущение, что находишься в бочке и падаешь вниз и сейчас окончательно упадешь. Потом пошли на «пузо» садиться, и шасси все же вышли. После этого случая, признаюсь, я стал бояться летать. Смерть была очень близко, не дай Бог такое испытать кому-нибудь…
- А как вы оказались в 1972-м в ростовском СКА?
- Там так дело было. Вернулся в Павловскую после поездки в Бирму и Непал, приходит ко мне участковый милиционер и говорит: «Срочно прибыть в военкомат, вас забирают в армию». Хотели забрать в киевский СКА, где была команда первой лиги. А у меня был телефон тренера ростовского СКА Олега Павловича Копаева, с которым я познакомился, когда играл против армейцев за «Зарю». Так вот, звоню я ночью Копаеву, он отвечает: «Приезжай срочно в Ростов-на-Дону, мы оплачиваем тебе такси». Я беру такси и еду. Приезжаю на базу СКА - Копаев уже ждет меня там. На следующий день переодели меня в военную форму, в течение месяца на стадионе СКА проходил курс молодого бойца. Зашили карманы, чтобы руки в брюки не ходил, выдали сапоги, начали учить ходить строевым шагом, разбирать-собирать автомат Калашникова, заставляли бегать кросс в амуниции. Хронически ужасно хотелось спать. Можете себе представить - только прилетел из Непала и Бирмы и уже через неделю хожу в военной форме в Ростове-на-Дону! Такая тоска накрывала… И как раз в 1972-м «Заря» становится чемпионом СССР. Каждую ее игру смотрел по телевизору и ревел, блин. Армия столько перечеркнула в моей жизни… Там мясорубка, армия ломала всех. Жека Бузникин, проведший славные футбольные годы в «Кубани», служил в военной форме в сапогах - полагаю, что в команду СКА его не отдал начальник спортроты.
- А вы как раз оказались в команде, так?
- После присяги заходит в казарму подполковник: «Рота, подъем! Встать смирно! Александров, Иванов, Лозин, Обедзинский - на выход со мной!» Забрали нас четверых в команду, выдали костюмы, поселили на базе, я жил в комнате с известным нападающим «Кубани» Валерой Кондратенко, который дослуживал последний год. На второй год пребывания в СКА я играл на первенстве Вооруженных Сил, заняли первое место. Наш тренер сказал: «Наши Вооруженные Силы сильнее всех в мире, а поскольку СКА занял первое место, значит, СКА - чемпион мира».
- Какой самый запоминающийся матч за СКА вы провели в чемпионате СССР?
- В 1973-м против киевского «Динамо» на выезде. Думал, меня за дубль поставят, но за день до игры Леха Еськов подходит и говорит: «Ну что, молодой, готовься: будешь в основе играть, Чуркин заболел». Малышом я смотрел «Динамо» по телевизору, а тут увидел в реальности его знаменитую раздевалку! А как вышел на обалденную после дождя поляну - в ушах шумит, голова кругом идет! Бились, сражались, основное время закончили 1:1 - сначала Олег Блохин нам в ближний угол засадил, а в самом конце основного времени Коля Иванов счет сравнял. А тогда как раз был единственный экспериментальный сезон, в котором при ничьей в основное и дополнительное время назначалась серия пенальти. И по пенальти мы победили! Вернулись в Ростов-на-Дону просто богатырями, болельщики нас стоя приветствовали! Через неделю играем дома с ЦСКА и сдуваемся, 1:3 проигрываем, елки-палки, так обидно! Весь запас сил на киевское «Динамо» ушел.
- Кто еще из известных футболистов выступал тогда за СКА?
- Виктор Гетманов, Евгений Храбростин, Леша Назаренко… Там в ту пору было много классных игроков.
- Читал, что перед попаданием в «Кубань» вы едва не оказались в ленинградском «Зените». Расскажите, что за история там была?
- И не едва, а оказался. Слушайте. В 1973 году в мае-месяце поехал со СКА в Ленинград на матч с «Зенитом», который тогда тренировал пришедший из «Зари» Герман Семенович Зонин. Я забил 2 гола, мы выиграли, а вечером в гостиницу приходит администратор «Зенита» и говорит: «Пиши заявление». Отвечаю: «У меня же только в ноябре служба заканчивается». - «Ничего страшного». Ну, я написал заявление, конечно, рад был без памяти, хотя, признаться, боялся не выдержать конкуренции, уж очень сильные футболисты в «Зените» тогда играли - Павел Садырин, Анатолий Зинченко, Владимир Казаченок, Виктор Трембач из Краснодара…
- Что было дальше?
- В ноябре я закончил служить, приехал в Павловскую. Уже тогда выходила на меня «Кубань», готовившаяся к первой лиге в следующем сезоне, но я отказался в нее переходить, сославшись на договоренность с «Зенитом». Вскоре приходит мне телеграмма: «Вы приглашены в команду высшей лиги «Зенит». Полетел в Ленинград, меня встретили в аэропорту Пулково, покатали на машине, показали город. Предоставили мне в Ленинграде однокомнатную квартиру, а на деньги, скопленные мною за время игры в «Заре», я купил туда мебель, телевизор. Новый год встретил у Виктора Трембача - у него была двухкомнатная квартира с высоченными потолками в центре Питера, возле Смольного. Сфотографировался тогда с маленьким «трембачонком» - с сыном Виктора Сережкой, который впоследствии, в 90-х, играл за мою команду в Павловской.
- Ну а как же в «Кубань» все-таки попали?
- В январе уезжаю с «Зенитом» на сбор в Эшеры, это села рядом с Сухуми. А «Кубань» проводила сбор в Адлере и все-таки «додолбила» меня (улыбается). Зонин меня отпускает, но говорит: «Парень, потом всю жизнь жалеть будешь». Поехал я из Эшер в Адлер на поезде, и первый день в «Кубани» плакал большими слезами.
- Почему?
- Потому что первая и высшая лига тогда были как небо и земля. Если бы можно было вернуть время назад, то остался бы в «Зените». В «вышке» были такие классные выезды, все солидно, в Москву бы 5 раз за сезон ездил - к «Торпедо», «Локомотиву», «Динамо», «Спартаку» и ЦСКА. Еще с «Зарей» останавливались в столице в гостинице «Россия», которую в новейшие российские времена зачем-то разрушили, но тогда в ней были обалденные номера с видом на Красную площадь - просто класс! А выезды по первой лиге в Кемерово, в Пермь - а, бог ты мой! В сараях с тараканами сидели! Прилетел с «Кубанью» в Ашхабад - на солнце 60 градусов жары, как будто в парную попали, а в туалетах воды нигде нет…
- Да уж, не позавидуешь. Ну а в Краснодаре-то условия нормальные предоставили?
- Неплохие. «Кубань» только вышла в первую лигу, своей базы у нее не было. Шикарный «Четук», который сейчас в распоряжении «Краснодара», тогда только начинали строить. В качестве базы у нас был двухэтажный дом возле сельхозинститута, тренироваться ездили на стадион «Кубань». Потом мне дали квартиру в строящемся районе на улице Яна Полуяна, в этом же районе жили и Калешин, Бузникин, Плошник, Казаков.
- Что можете поведать о тренерах, под руководством которых вы выступали за «Кубань»?
- Матвеев поменял мою позицию - из правого нападающего сделал правым полузащитником. Он запомнился тем, что никогда не делал разбор игры. Прошел матч - и всё, перед следующей встречей называет состав на нее - и всё. Как в коллективах физкультуры. Следующий тренер «Кубани» - Дзасохов - так переживал, что уходил в раздевалку на 20 минут раньше окончания матча. А Гуреев - интриган и сплетник. Вывозил нас на такие сборы… В долине Сукко он нас так загонял, что мы потом еле ноги передвигали. Кстати, там же, в Сукко, на этой проклятой кочке на этом долбаном поле злополучно сломал ногу мой большой друг Женя Бузникин.
- Блестящий футболист был, верно?
- А то! У него рост всего 160 сантиметров, а выпрыгивал он выше всех! Еще когда я был в СКА, тренер Борис Евгеньевич Яковлев говорил на установке: «Вы знаете, Кондратенко у нас был и Бузникин был, а сейчас они под аплодисменты играют в «Кубани». Женя просто невероятно любит футбол, но, к сожалению, ему не удалось полностью реализовать свой потенциал в молодые годы. Однако Бог наградил его сыном Максимом, который продолжил великое отцовское футбольное дело, играл на самом высоком уровне, в том числе и за сборную России.
- Что можете рассказать про Александра Плошника?
- Саша Плошник - как самонаводящаяся ракета, как настоящий рыцарь, как Илья Муромец! Просто потрясающий был форвард! Сейчас бы за ним выстроилась огромная очередь из европейских клубов. Хочу выделить футболистов из того состава «Кубани», которые соответствовали бы нынешнему футболу на «пять с плюсом»: это, конечно же, Плошник, Игорь Калешин со своей филигранной техникой, один из лучших защитников СССР Владимир Суренков - он прекрасно страховал партнеров и обладал страшным ударом, забивал штрафные с любых позиций! Володя Казаков за 90 минут ни одного мяча не терял, не делал ни одного неточного паса. Тренер молодежной сборной Сафаров говорил, что у Казакова божественная техника, называл его «шедевренком», не зря ведь его взяли на 1970 год в московский «Спартак».
- Плошник действительно, как рассказывают, забил свой первый официальный гол за «Кубань» с вашей передачи?
- Да, все верно. Хочу рассказать по порядку. В 1976-м приходит в «Кубань» новый парень - Плошник. Мы бежим тест Купера, он обгоняет всех на три круга, и, знаете, так легко - здоровье у него было просто отменное! Взяли его на сбор в болгарский Бургас, там был товарищеский матч по дождю с командой из Польши, первый тайм проигрываем 0:1. Саню выпускают после перерыва, он получает пас, на нем висят два защитника, но Плошник все равно дотаскивает мяч до штрафной и забивает гол - настоящий таран! Потом я подаю угловой - и он забивает второй, головой. Начинается официальный сезон, Плошник выходит на второй тайм против «Нистру» из Кишинева, я прохожу по флангу, выворачиваю подачу на ближнюю штангу - Саша выскакивает и бьет в дальнюю «девятку»! С этой игры Плошник стал игроком основы. Мне было очень легко с ним взаимодействовать: просто подаешь не глядя, а он сам мяч находит. Так же было у меня, к слову, и с Юрой Елисеевым в «Заре». Футбол заключается в красоте, а красота - в голах. Вот Плошник - это человек, который решал все вопросы в штрафной. Таких изумрудов, как он, можно по пальцам пересчитать - Виктор Понедельник, Олег Копаев, Юрка Елисеев… Кстати, хочу особо отметить и подчеркнуть, что многие известные игроки «Кубани» выросли на периферии: я из Павловского района, Плошник - из Крымского, двоюродные братья Олег и Павел Кущ - из Ленинградского, Женя Бузникин - из Тихорецкого, Владимир Казаков, царство ему небесное, - из Славянского, Сергей Андрейченко - из Кущевского, Володя Суренков - из Крымска, Витя Корецкий - из Сочи, Володя Лагойда - из Новороссийска… Представляете, какая футбольная жизнь тогда кипела в районах края!
- Владимир Евгеньевич, а какие матчи за «Кубань» вам особенно запомнились?
- Встреча с «Динамо» в Минске в 1974-м, сыграли 1:1. В 76-м я реализовал дома пенальти в ворота ташкентского «Пахтакора», но это нам не помогло - мы проиграли 1:4, по голу в том числе нам забили Михаил Ан и Владимир Федоров. Потом команда «Пахтакор» разбилась, как вы знаете, в авиакатастрофе… Земля пухом ребятам…
- Что еще интересного можете рассказать про «Кубань»?
- Петр Иванович Анисимов, знаменитый водитель нашего клубного автобуса, в 50 лет начал писать стихи. Помню, написал про меня с Бузникиным такие строки: «Бузя, Безя мяч гоняли, но голов не забивали!» Про поездку на сборы: «Сажусь я в свой красивый «ВАЗ» - и мчусь на Северный Кавказ». Про разлуку с женой: «Горы Северный Кавказ разделяют, Валя, нас». Такой водитель шухарной был! Однажды ему пургенчик подсыпали в сметану - вот такие казусы творили (смеется)!
- Как вы оказались в 1978-м году в новороссийском «Цементе»?
- «Кубань» упала во вторую лигу, у меня начались травмы паховых связок, я пропустил 1977 год. Потом меня, Корецкого, Кедруса и Бузникина забрали в «Цемент», под руководством сочинского тренера Васильева заняли 7-е место. Далее поиграл год в «Судостроителе» из Николаева. Затем Паша Кущ пригласил меня в легендарную команду «Садовод» из Тимашевска, с которой я занял первое место во Всесоюзном турнире «Золотой колос».
- Под занавес карьеры, насколько знаю, вы отправились в «Сохибкор» из Халкабада…
- Верно, на 5 лет. Тот период, скажу откровенно, был одним из лучших для меня, в Узбекистане чувствовал себя очень хорошо. Бытовые условия были нормальные, жили на базе в 20-ти километрах от Ташкента. Еда отменная: шашлыки с бараниной и курдючным жиром, дамляма, плов. В Узбекистан тогда ехали за большими деньгами многие бывшие игроки ростовского СКА, и, если бы я знал о тамошних высоких зарплатах, то уехал бы туда раньше.
- Летом сильно жарко в Узбекистане?
- Ну а вы как думаете?! Жара страшная была, играть начинали в 8 вечера. Солнце как восходит утром - и так до самого вечера в зените стоит. Правда, там климат сухой, и зной переносится легче, чем в Краснодарском крае.
- Что было дальше?
- Когда вернулся в край, поработал с Володей Казаковым в краснодарском ЦОПе - Центре олимпийской подготовки. Затем Павел Николаевич Кущ взял меня и Володю Фофанова в свою тимашевскую ДЮСШ, хотел создать молодежную команду на базе спортшколы. А в 1989-м меня пригласили работать в Павловскую. Вызывает, как сейчас помню, Владимир Семенович Юрченко, первый секретарь Павловского райкома КПСС, и говорит: «Володя, давай к нам. Команда у нас есть, но надо бы привлечь побольше зрителей». Недолго думая, я согласился и пошел играющим тренером в любительский павловский «Кооператор», привлек в команду Плошника, Бузникина, Половинко, Шитикова, молодых Тенгиза Гатикоева и Мурата Гомлешко, а еще там играли местные Вадим Гуйда, Сергей Холодов, Владимир Шершнев…
- В новой роли Владимир Обедзинский продолжал забивать голы?
- Ну а как без этого?! (Смеется). Помню, играли с основным соперником - «Химиком» из Северной Осетии, до конца оставалось минут 20-25, а счет 1:1, мы никак не можем забить победный мяч. И вот я переодеваюсь, выхожу на замену, Женя Бузникин вырезает мне длинную диагональ на угол штрафной, я принимаю мяч на грудь и слету бью в ближнюю «девятку»!
- Это в каком турнире было?
- В КФК. «Кооператор» стал чемпионом Северного Кавказа, но в финальном турнире лучших любительских команд России в Мытищах призовое место не заняли. Могли и профессиональный статус получить, но руководство сказало: «Не надо нам вторую лигу, мы не потянем». Потом команда поменяла название на «Колос» и трижды становилась бронзовым призером чемпионата Кубани, в 1996-м завоевала Кубок края. Очень много зрителей тогда ходило на стадион «Урожай»: забивали трибуны, стояли в проходах, это было что-то неописуемое, Павловская гудела футболом! А потом пошла инфляция, начали меняться игроки, и через некоторое время всё заглохло. Хорошо, что сейчас в Павловской вновь «закручивается» хорошая команда - «Кубань Холдинг» возрождает славные традиции местного футбола в высшей лиге чемпионата края.
- Когда вы перестали тренировать «Колос»?
- В 2000-м. Тренерская работа - это такие нервы, такой электрический стул, что не дай Бог! Играли один раз с «Колосом» в Гудермесе и еле уехали оттуда. Наш автобус чуть не перевернули, на нас с ножами выходили, реально убить могли!
- Потом работали детским тренером?
- Да, в Павловской ДЮСШ с 2000 года. Валерий Петрович Смагин, известный в прошлом арбитр, предлагал мне работу в ФШМ, но я не согласился. В настоящее время 6 месяцев нахожусь на больничном, недавно мне сделали операцию - эндопротезирование двух тазобедренных суставов. Раньше они у меня страшно болели, я даже ходить не мог. Дай Бог врачам новой клиники в Краснодаре, где меня оперировали, счастья и здоровья, чтобы они процветали. Планирую ли возвращаться к работе? Если здоровье будет позволять, то вернусь.
- Владимир Евгеньевич, чем помимо футбола еще живете, какие у вас хобби?
- Охота, рыбалка. Но без футбола, конечно, не могу: постоянно снится, что где-то в аэропорту, где-то играю, где-то на сборах… Эх, было время!..
- Сравните уровень нынешнего российского футбола и советского?
- По сравнению с советским уровень российского футболе так себе. Он ничуть не поднялся. Ничуть! Увеличились только пиар и зарплаты. Вы же видите игру нашей сборной? Это вообще караул! Невозможно смотреть. Я смотрю и ругаюсь так, что жена уходит в другую комнату. Меня крайне удивляет, как такой маститый тренер, как Луческу, может ставить в состав «Зенита» нашего прославленного форварда Кокорина? Да он же не тянет! Такое ощущение, что раньше Кокорин вообще нигде не играл. Такие деньги платят по контрактам - не знаю, для кого это придумали. Позаключают контракты и сидят себе на скамейке запасных и в ус не дуют, тот же Быстров в «Краснодаре». Получают миллионы, а мы играли за гроши, за 100-200 рублей.
- ФК «Кубань» не забывает о вас как о своем ветеране?
- «Кубань» поздравляла меня с 60-летним юбилеем, в перерыве матча с московским «Динамо» подарила мне ЖК-телевизор последнего поколения. Раньше сотрудник пресс-службы клуба Игорь Гайдашев передавал мне в начале сезона абонемент на домашние матчи «Кубани», однако сейчас такого нет. Но лично я на ФНЛ все равно бы не ездил. Вообще, я думаю, что скоро всеми своими делами на благо краевого футбола Сергей Николаевич Галицкий полностью затмит «Кубань», все болельщики и ветераны футбола перейдут на сторону «Краснодара». Через вашу газету хочу поблагодарить Сергея Николаевича за всё, что он делает для Краснодарского края. Хотелось бы только обратиться к нему с просьбой, чтобы он выдал нам пластиковые карточки, которые в настоящее время заменили абонементы, на новый стадион «Краснодара». Верю, что он обязательно это сделает, для него это пустяк. Может быть, сейчас у него просто не хватает на это времени или никто не обращается к нему с такой просьбой, гордые все ребята. Но говорю вам, что бывшим футболистам «Кубани», поддерживающим «Краснодар» и чтущим работу Галицкого, хочется от Сергея Николаевича внимания. Вообще, перед входом на новый стадион «Краснодара» Галицкому при жизни надо поставить памятник. Мне кажется, что этот стадион - лучший в мире, а по-другому считают завистники. Все остальные арены по сравнению с новой краснодарской - просто сироты. Как прекрасно она выглядит с вертолета в темное время суток!.. Очень, очень жаль, что на самом красивом стадионе в мире не пройдут матчи чемпионата мира-2018.
Давид Арутюнов

Поделиться ссылкой на статью в социальных сетях: