Магомед-Шапи Сулейманов: «Краснодар» был и остается для меня родным клубом»

В

последние недели ликуют многие выпускники академии «Краснодара», которые разбрелись по всему свету, от Франции, где Матвей Сафонов выигрывает с «ПСЖ» 4 турнира, и среди них Лигу чемпионов, до США и Алжира, где выступают соответственно Магомед-Шапи Сулейманов и Иван Игнатьев. И десятки тех, кто остался в России. Их судьбы сложились по-разному, по-разному они и уходили из команды но не представляю, чтобы хоть кто-то из них не радовался ее первому золоту. И не был бы счастлив лично за Сергея Галицкого.

Один из них Магомед-Шапи Сулейманов, переехавший из родной Махачкалы в Краснодар в 12 лет. Первый игрок из академии «быков», который преодолел за них отметку в 100 официальных матчей. Он внес большой вклад особенно в европейскую историю молодой команды, начав еще 27 июля 2017 года с победного домашнего гола в компенсированное время датскому «Люнгбю». Этот мяч в 17 лет и 7 месяцев сделал его самым юным футболистом российских и советских клубов, который забил в еврокубках. Все произошло спустя всего 11 дней после его дебюта в РПЛ.

Дальше были гол со штрафного в плей-офф Лиги Европы немецкому «Байеру» и роскошный «выстрел» в дальнюю «девятку» в 1/8 финала турнира в ворота испанской «Валенсии», едва не выведший команду в четвертьфинал второго по значимости еврокубка; дубль в ворота португальского «Порту» в квалификации Лиги чемпионов, когда «быки» единственный раз прошли в групповую стадию, и гол опять же со штрафного испанской «Севилье» в группе ЛЧ, признанный лучшим во всем туре главного еврокубка. И всё это произошло до его 20-летия!

А потом внутри родного клуба у него что-то сломалось, и Шапи поехал по заграничным арендам: Турция, Израиль, Греция, где «Арис» за 1 миллион евро выкупил его из «Краснодара», а вскоре перепродал в 2 с половиной раза дороже в США, в «Спортинг Канзас-Сити». Там правый вингер пока в 18-ти матчах набрал 7 очков (2+5) по системе «гол плюс пас».

Перед вами большое интервью с Шапи. Корреспондент «СЭ» Игорь Рабинер поговорил с Сулеймановым о восприятии золота «Краснодара», времени, проведенном в клубе, и уходе из него, о Сергее Галицком и Мураде Мусаеве; о детской мечте побывать в Нью-Йорке и о кумире Хабибе Нурмагомедове, с которым ему однажды удалось хорошо пообщаться. О том, как решился поехать в МЛС и с ходу вышел играть против Лионеля Месси.

С одной стороны, в начале карьеры Шапи подавал больше надежд, чем пока реализовал, но, с другой, он абсолютно прав в том, что одно только количество впечатлений из разных стран, которые набрал за карьеру, это счастье. В футбольном мире бытует ироничная поговорка: «Есть что вспомнить нечего детям рассказать». Но это не случай Шапи. Один только матч против Месси чего стоит и полтора часа беседы с Хабибом. Пусть даже Лигу чемпионов ему, как бывшему партнеру по команде Матвею Сафонову, едва ли суждено уже выиграть.

Очень хотел, чтобы мой родной клуб выиграл этот трофей, сильно за него болел. Проснулся в 8 утра, чтобы посмотреть трансляцию матча с московским «Динамо». Думал, что дома «Краснодар» выиграет и не упустит такой шанс на золото, но все равно очень переживал. За президента клуба, за главного тренера, с которым работал в разных возрастах от детского до взрослого, за ребят, с которыми занимался в академии, за болельщиков, за город. Сколько людей хочется поздравить всех не перечислить, включая, например, школьных учителей при нашей академии. Они все это заслужили, а Сергей Николаевич Галицкий больше всех! И, несмотря на разницу во времени, старался смотреть максимум возможных матчей, если они только не начинались совсем рано. Зимой волновался на тот счет, что «Краснодар» совсем не усилился, думал, из-за этого будет тяжелее игроков у «Зенита» больше. Волновался и по поводу травм того же Джона Кордобу, если бы он сломался, заменить было бы тяжело. Хотя Федя Смолов тоже, считаю, хорошо справлялся, но он все же в этом сезоне играл чуть глубже, не на острие. Но команда выдержала. Знаю Сергея Николаевича, Мурада Олеговича, то, как они живут футболом. И очень счастлив за них! Галицкому надо просто ставить прижизненный памятник! Желаю ему всего самого доброго, что может быть на этом свете. И в первую очередь здоровья и долгих лет. Клуб выиграл чемпионство и чтобы это произошло еще много раз. Чтобы «Краснодар» побеждал каждый год. И чтобы сбылась его мечта, и 11 воспитанников академии могли выходить в стартовом составе первой команды! Не просто один раз появиться, а именно регулярно играть. А то, что у ребят из академии были ключевые роли в этом чемпионстве, добавляет радости.

Всегда вспоминаю ее только с теплом! Там тебе дают режим и настрой, что легко не будет нигде. Каждый день по 2 тренировки. Отдыха как такового особо нет. И это хорошая школа. Главные воспоминания это люди, с которыми у тебя сложились такие отношения, какие уже не сложатся, наверное, ни с кем. Как прыгали на батутах, плавали в бассейне, прикалывались в команде...

Да, и я очень-очень рад, что умею играть в шахматы и что такой урок у нас был. Это и, своего рода, разгрузка от более тяжелых предметов в плане учебы, и, в то же время, нагрузка. Ведь мы играли в быстрые шахматы, где надо мгновенно принимать решения. Думаю, это и в футболе помогает быстрее думать. Люблю играть в шахматы не на телефоне или компьютере, а на столе, по-настоящему. Когда взять в руку фигуру и сделать ход. Один раз даже играл против президента «Краснодара». Ты должен победить в классе, чтобы получить право сыграть с Галицким.

Президент клуба победил. Хотя и не скажу, что без шансов для меня.

Человек, которого не переубедишь. Не знаю, удавалось ли это кому-либо или нет. Но сколько же счастья он всем нам дал! Кто-то, наверное, думает, что мой самый счастливый момент в «Краснодаре» это гол «Валенсии». На самом деле нет. Никогда не забуду, как пришел из молодежной в первую команду, ощутил этот уровень футбола, смотрел на этих людей и просто хотел быть там, в основе. Я ценю каждый момент. Как мы с академией играли против сверстников из мадридского «Реала», когда собрался полный стадион, и мы, пацаны, глазам своим поверить не могли. Это запомнилось навсегда.

Нет, это Нурбий Хакунов (многолетний начальник команды и технический директор, сейчас заместитель гендиректора «Краснодара», прим. ред.), которому от меня вообще отдельный привет. Он предложил, и мне это показалось прикольным.

Потому что люди работают в коллективе и чувствуют, когда и что нужно. Купить игрока тоже надо уметь правильно. Взять того, кто именно точечно усилит, поскольку до конца сезона времени оставалось немного, и за 12 туров не так просто вписаться в команду и помочь ей. Плюс в «Краснодар» сейчас тяжело привезти футболистов и потому, что аэропорт не работает.

Да, когда вернулся из Турции. Мы ехали где-то часов 5 до Минвод, потом в Ставрополь и оттуда летишь часа 3 в Москву. И так всё время. Сравните с московскими клубами, у которых в принципе на 4 выезда меньше, а большинство остальных прямые и недолгие перелеты. Только в Краснодар и Ростов им добираться долго, но это 2 раза за сезон. А 2-м этим клубам на каждый выездной матч. И «Краснодар» взял золото, несмотря на такую дополнительную нагрузку, о чем нельзя забывать. Им в плане логистики было намного тяжелее, но они все равно стали чемпионами.

Конечно, мне хотелось бы стать чемпионом России. Но у каждого свой путь. Надеюсь, и я к этому приду.

Помню другие его слова что мою энергию надо правильно направлять. Так и есть. Для меня важно, чтобы тренер со мной говорил. Если он прямо скажет, как видит ситуацию на данный момент, и пусть даже это будет не очень приятно слышать, приму это вообще спокойно. А вот когда мне ничего не говорят, и я не понимаю, что происходит, это гораздо хуже. С тем же Мурадом Олеговичем всегда были хорошие отношения, и я понимал, чего он от меня хочет. Он говорил мне правду, иногда довольно нелицеприятную. Я слушал, переваривал и отвечал: «Олегович, вообще без проблем!» Причем, связь была двусторонняя я тоже всегда мог к нему подойти. Если видел, что забиваю, но не выхожу в стартовом составе, мог спросить его об этом. И он, опять же, честно отвечал, и я это принимал. Можете у него узнать, он подтвердит: я всегда к нему подходил: «Хочу играть, хочу играть!» Но Мусаев умел направлять мою энергию.

Когда он пришел в нашу команду, мне было 14. В 13 я попал в академию «Краснодара», а Мурад Олегович возглавил нас год спустя. Работал с нами год-полтора, потом перешел в другую команду академии, затем вернулся и после этого мы выиграли всё, что только можно было выиграть по юношам, а затем и в «молодежке». После чего возглавил первую команду.

Когда приехал из Израиля, мы играли с московским «Динамо» на Кубок России при Ивиче, с которым я прошел сборы. У меня вроде получилась хорошая игра, и президент похвалил. Вот тогда. По-моему, это был 2023 год.

Очень крутой мужик и крутой тренер! Он для меня мужчина с большой буквы. Я вообще не думал, что проведу еще хоть один матч за клуб, потому что были кое-какие непростые моменты. Но он мало того, что дал мне сыграть, так еще и в личном разговоре сказал: «Можешь остаться в «Краснодаре» и ничего не бойся, никакие подводные камни меня не волнуют». Но у меня уже были другие приоритеты.

Честно говоря, удивился. Закончили 1-ю часть чемпионата на 1-м месте, разгар сезона... Но я знаю внутреннюю кухню «Краснодара», видение клуба. Поэтому хоть и удивился, но воспринял спокойнее тех, кто ее не знает.

Поскольку в раздевалке в тот период не был, судить сложно. Знаю, что у президента есть свое видение, и ты ни в чем его не переубедишь. Спорить с ним можно, убедить нет. И он просто любит красивый футбол. Но результат у команды при Ивиче был, и игра вроде бы была неплохая. Да, может, не такая зрелищная, как привычно для «Краснодара», но команда шла на 1-м месте... Тяжелый вопрос. Не знаю, что там произошло внутри.

Да, и при этом в минувшем чемпионате стартовали с 3-х ничьих. Но не успели по этому поводу начаться какие-то разговоры и жалобы, как пошла долгая победная серия, которая и заложила основу под чемпионство. Надо давать людям время. Ни один топовый тренер не поставит игру сразу, для этого надо уметь терпеть, работать и ждать.

Да, и довольно часто. Когда я подписал контракт с «Канзас-Сити», он поздравил меня с переходом. Когда «Краснодар» выигрывает, я тоже его поздравляю. Говорю же клубу и людям, которые для меня много сделали, желаю только всего самого лучшего, очень за него болею. И именно Мураду Олеговичу хочу пожелать после этого золота выиграть еще много чемпионатов. Люди даже не представляют, сколько этот человек проводит за работой теорией и всем остальным.

Спортивный директор «Канзас-Сити» приехал смотреть на другого игрока греческого «Ариса», который сейчас тоже здесь, Ману Гарсию. В том же матче заметил и меня. Люди посмотрели, где я играл, пообщались с клубом, вышли на меня и моего агента. Потом поговорили и с главным тренером Питером Вермесом конечно, если бы он меня не хотел, я бы сюда не приехал. Помню, я ехал в гости к Федору Чалову в Салониках, и в это время мне позвонил спортивный директор. А когда уже был дома у Феди общался с тренером. Они были очень сильно заинтересованы в моем переходе, и я подумал, что это неплохой и необычный опыт.

Да. И даже дал мне номер Леши Миранчука, который тоже выступает в МЛС, спросить о чем-то, если потребуется. Федя рассказывал, как ему понравилось в Швейцарии, и после этого он хотел играть за границей. Про мое американское предложение он сказал: «Круто было бы попробовать!» А я после того разговора с Вермесом обсудил с семьей, понял, что никто не против, и решение для себя принял быстро. Потому что пришел к выводу: мне самому интересно. К тому же, в Греции были постоянные задержки зарплаты, которые тоже на это повлияли. Но в первую очередь было любопытство, как там, в другой части света. Тем более что через год тут чемпионат мира. У меня с детства была маленькая мечта. Как-то я посмотрел фильм «Один дома-2: Потерявшийся в Нью-Йорке» и очень захотел когда-нибудь побывать там, увидеть всё своими глазами, пройтись по Центральному парку. Даже действие «Человека-паука» тоже происходит в Нью-Йорке. Просто так попасть туда, играя в Европе, нелегко сделать визу, полететь через океан. А тут такая возможность! И это первое, о чем я подумал, когда получил это предложение.

Еще нет. Может, как будет время отдельно полечу. Во многих городах уже побывал Лос-Анджелесе, Хьюстоне, Майами, Остине… Везде прикольно. Хотя и встречаются порой всякие малоприятные персонажи, бомжи.

Увы. Мы с женой один раз гуляли по красивому парку, и уже было собирались туда, но дочка, которой в мае исполнилось 3 годика, захотела спать что тут сделаешь? Семья для меня главное. И в Канзас-Сити для семьи отлично, очень много мест, куда можно сходить.

Около 2-х недель. Перелет, правда, получился тяжелым. Первый рейс опоздал на стык в Чикаго, следующий должен был быть в 7 часов, а его перенесли на 11. За всё время полетов спал всего 4 часа. А потом одна тренировка и сразу в заявку на матч Кубка чемпионов КОНКАКАФ против Месси в жуткий холод, в какой я и в России никогда не играл. Может, даже и хорошо, что не выпустили. Надел на себя всё, что давали, подложил какое-то специальное одеяло... Зато через 3 дня уже вышел на замену в 1-м туре чемпионата в Остине, а через неделю в Майами против того же «Интер Майами» уже с первых минут.

Никогда в жизни не подумал бы, что когда-нибудь сыграю не то что час, а минуту против Месси и после матча сфотографируюсь с ним. А тут это произошло через несколько дней после прилета в США. Уже хотя бы ради одного этого стоило ехать! Для меня же это лучший футболист в истории. Еще когда перед первым матчем мы были в отеле в Канзас-Сити, и он прошел мимо, я подумал, что это какой-то сон, что происходит что-то невообразимое. Он же и единственный гол на канзасском морозе забил, и смотреть на его игру даже в таких условиях было фантастикой. Надеялся даже получить его футболку, написал своему бывшему одноклубнику по «Арису» Монтойе, который играл с Лео в «Барселоне». Взять майку, однако, не удалось, но и выход на поле против него, и фотография с ним тоже что-то невероятное.

Очень хорошие стадионы, вообще вся футбольная инфраструктура. Доброжелательные люди, которые во всем помогут, это стало для меня маленьким и приятным сюрпризом. Любой человек поздоровается, спросит, как дела.

В любом случае, лучше, когда человек ведет себя вежливо, чем наоборот, правда? Когда мы вылетаем из Канзас-Сити, на машине подъезжаем прямо к самолету на специальную парковку и тут же на борт без всяких формальностей. И так же, когда прилетел: только сошел с трапа и сразу в машину. Такого у меня еще в карьере никогда не было. Организация здесь на высоком уровне.

Для них в этом трансфере тоже, наверное, была какая-то выгода.

Я все эти суммы, если честно, не знаю, клубы обсуждали их между собой. Думаю, и «Арису» от этого было хорошо, и мне. Поэтому быстро пришли к общему решению, и я полетел в Штаты.

Все-таки, когда Хабиб закончил, у меня стало меньше интереса к этому. Раньше он был на другом уровне. Конечно, многие наши здесь дерутся, и если у меня будет возможность поехать на какие-то бои с их участием и поддержать ребят из Дагестана, которых я хорошо знаю, постараюсь сделать это.

Да. Как-то он был в Краснодаре на игре с ЦСКА. После матча я поехал в отель, где посидели с ним и его друзьями часа полтора. В разговоре я убедился, что он не только спортсмен, но и человек высокого полета. Удивило, как Хабиб прост в общении, как готов помочь. Мне было очень важно лично от него что-то узнать, услышать его советы. Общение с такими людьми, думаю, всегда идет на пользу.

Как и любой дагестанец. Первое дело у нас это борьба! Со смешанными единоборствами сейчас где-то 50 на 50. Но и футбол в Дагестане очень любят. В том числе и сам Хабиб, причем, очень сильно. Все бойцы, когда у них бывает время, играют в футбол.

Да, знаю. Как и то, что они проиграли последний Супербоул незадолго до моего приезда, а до того 2 раза чемпионами становились. И могли стать первой командой с 3-мя титулами подряд. Но это спорт... Вживую пока американский футбол никогда не видел. Сезон у них короткий, с сентября по февраль, и если получится сходить сделаю это. А кроме НФЛ мне хотелось бы попасть на НБА. Разок, может, на бейсбол. И, конечно, на НХЛ, где много наших ребят. Но в Канзас-Сити ни той, ни другой лиги нет только НФЛ.

Наоборот, очень интересно футбол-то на самом деле везде разный, со своими особенностями в каждой стране. Какая классная была атмосфера в турецком «Гиресунспоре» и уровень футбола в Лиге тоже! А какой шикарный опыт получил в израильском «Хапоэле» из Беэр-Шевы, с которым мы и за чемпионство боролись, и выступали в Лиге конференций, в решающем матче сыграли в гостях с испанским «Вильярреалом» 2:2 и не вышли в плей-офф только по дополнительным показателям! Там очень много фанатов на матчах, футбольная страна. И играть сейчас умеют везде. Политики же, сразу скажу, касаться не хочу. В Греции есть очень большие клубы, тот же «Олимпиакос», который победил в Лиге конференций, против него было очень интересно. При этом любая команда у любой может отобрать очки. И наш «Арис» большой клуб, отличные болельщики. Да, как и в Турции, у многих команд есть экономические проблемы но, когда выходишь на поле, об этом забываешь. Так до финала Кубка Греции и дошли. Когда всю карьеру проводишь в России знаешь футбол только с одной стороны. А тут узнаешь менталитет других стран, и везде он разный. Но мне попадались хорошие люди. И когда я только прилетел в Штаты, сразу почувствовал, что они тут очень гостеприимные и приветливые. Организация матчей в МЛС на высшем уровне, большие шоу и фейерверки перед играми, у каждой команды и их болельщиков свои ритуалы.

Знаю отдельные слова. Все-таки большинство футболистов во всех командах из разных стран, все разговаривают на английском. Так я его и выучил, хотя, уезжая в Турцию, мог сказать только то, как меня зовут.

Да. Еврокубки мотивация для многих футболистов. Я всегда их очень любил, испытывал особые эмоции. Может, поэтому и забил в них за «Краснодар» важные голы, в том числе в Лиге чемпионов и плей-офф Лиги Европы. Играл во всех 3-х еврокубках, и чуть-чуть тяжело было думать, что дома сейчас нет возможности в них выступать. Это тоже стало одной из причин моих решений. В Америке сейчас еврокубков нет, но есть другие соревнования, и начал я в Штатах с Кубка чемпионов КОНКАКАФ, тоже международного турнира. Пусть и играли мы против другой американской команды «Интера Майами» с Месси, Суаресом и другими. Но по поводу поиска мотивации у каждого человека свое мнение. Вот Игорь Акинфеев говорил, что футболисту не надо искать мотивацию: у тебя есть работа, ты должен выходить на нее и отдаваться по полной. Это верно, но у каждого человека своя индивидуальность, и кому-то намного легче, когда он знает, что у него есть еврокубки, а кому-то без разницы. Я отношусь к первой категории.

Знали. И во время презентации на стадионе их показали, и когда в соцсетях объявляли о моем переходе.

В России я не играл уже давно, и сравнения мне сейчас делать сложно. Думаю, что с тех пор уровень РПЛ упал и еврокубков нет, и многие сильные легионеры уехали. Качественных европейцев к нам сейчас почти невозможно вытащить, а тогда их были десятки.

Саня Кокорин необычная личность. У него на всё есть свое мнение, которое он может высказывать в любой форме. Понятно, что уровень Лиги упал, и во времена еврокубков он был намного выше. А, с другой стороны, что делать, если ситуация такая, какая она есть? Рано или поздно наш футбол вернется к хорошим временам. По-другому просто не может быть. Другое дело, сколько на это потребуется. Еще ведь и в таблице коэффициентов придется начинать снизу. Но ведь англичане когда-то прошли через то же самое, и посмотрите, где они сейчас. После возвращения, думаю, лет 5 придется подниматься заново туда, где были. Вопрос в том, вернут ли нас. Все-таки у Европы сложнее отношение к России, чем сейчас у тех же США, она настроена чуть по-другому.

Да, конечно. Никогда не знаешь, что с тобой произойдет даже через год. Никогда даже представить себе не мог, что проведу часть карьеры в Америке. В любом случае в какой-то момент вернуться домой и еще там поиграть хотелось бы.

Нет, никаких контактов не было. Но на тот момент, когда «Динамо» вышло в премьер-лигу, я варианты из России и не рассматривал, честно говоря. Все-таки европейский футбол, даже в не самых топовых странах, сейчас отличается от российского. И интенсивность там такая, что нам приходится совсем непросто. У нас тоже были хорошие скорости, и я полностью согласен с Федором Смоловым и Валерием Карпиным, чей разговор как-то смотрел, что темп в Европе и у нас все-таки разный.

Да.

Федя большой молодец, желаю ему только удачи и знаю, что он футболист очень хорошего уровня. Уверен, у него всё будет хорошо. Они с Магой Оздоевым в хорошем клубе, участвующем в еврокубках, где высокая конкуренция. И, считаю, это сделает их сильнее. А насчет Чалова у них на одну позицию 4 нападающих, которых постоянно варьируют, никто не играет 90 минут, и это не дает им почувствовать уверенность. А для нападающих она очень важна.

Виню себя. Потом у меня быстро приходит понимание того, что был не прав и не стоило этого делать. В Израиле не я начал, но получил удар в затылок и, не глядя, дал ответную оплеуху и, как потом оказалось, не тому, кто бил. Там я понимал, что дисквалификация будет в любом случае. А вот в Греции я вообще никого не трогал! Это произошло после финала Кубка, и на судью-француженку полкоманды одновременно кричали одно и то же. Я никогда в жизни женщину не трогал, даже близко с ней не говорил, но почему-то именно меня выбрали и дали 5 матчей дисквалификации. Она приехала и уехала, нас «прибила» красными карточками, после гола сразу финальный свисток дала. Там было много моментов для обсуждения. Ей всё отлично, а мы финал проиграли. Вообще не понял, за что меня отстранили на 5 матчей. Честно говоря, не до конца понял и решение федерации назначить на финал Кубка в такой горячей стране и с такими болельщиками, как в Греции, женщину-рефери из другой страны. Для меня это бред. Потому что на нее легче надавить и повлиять. Допустим, она не собиралась давать желтую карточку нашему футболисту, которая стала бы 2-й, но соперники из «Панатинаикоса» к ней подбежали, начали требовать, и через минуту она ее достала.

Все дерби и более-менее важные матчи. Видимо, там считают, что местные арбитры подвержены всяким делам. Но футбол такая вещь, в которой при более или менее спорных эпизодах одна команда всегда будет недовольна.

Везде плюс-минус одинаковые. Каждый судит так, как умеет. Просто в том же Израиле более жесткие правила в плане дисквалификаций. Еле коснешься соперника могут влепить несколько матчей.

Когда Олегович (Мусаев, прим. ред.) в первый раз ушел, наверное, меня это чуть-чуть надломило. Пришел Виктор Гончаренко, при котором я выходил на поле мало. Вроде у нас были нормальные отношения, разговаривали достаточно открыто. Но я хотел играть.

Виктор Михайлович мне об этом не говорил. Но закрывалось «трансферное окно», и в конце августа по мне возникло предложение. Сначала клубы разговаривали между собой, и «Краснодар» не собирался меня отпускать, но потом тональность поменялась: «Если хочешь...» И я решил, что лучше поеду играть. Всё произошло быстро. Возможно, надо было остаться, кто знает. Но опять же когда вернулся из Турции, то никуда не хотел уходить, вообще никуда. На предложение из Израиля месяц говорил людям «нет».

Да. Главный тренер, который со мной разговаривал, убеждал поехать, уже после признался: «Я не верил, что ты приедешь». Но в «Краснодаре» произошло то, что до сих пор не могу понять. Вроде у меня были в клубе со всеми очень хорошие отношения. Просто кто-то, видимо, воду мутил, но кто до сих пор понять не могу. Потому что отношение ко мне поменялось очень резко. Только что я ни слова не говорил об уходе, но когда обсудил с тренером Александром Сторожуком кое-какие моменты, меня сразу начали «чехлить». Как-то прилетаем с выезда, и утром мне сообщают: «Скажи там, если что мы готовы тебя отпустить». Я этого не понял. Мне кажется, разойтись можно было более спокойно, по-человечески. Опять-таки, я со всеми руководителями клуба вроде на связи. И до сих пор не понимаю, кто, кому и что говорил обо мне. Я приехал с таким настроем в «Краснодар» после Турции, у меня было столько желания и мотивации показать, что вернулся домой и хочу играть дома, в родной команде! Но, видимо, кому-то этого не хотелось.

Наверняка можно подумать об одном в то время был главный тренер, который говорил одно, а делал другое. Может, он рассказывал руководителям какие-то вещи, которых на самом деле не было. Шли разговоры про какие-то заговоры, которые мы с Ильзатом Ахметовым хотим устроить. Какие заговоры?! Для чего они мне нужны? Я только приехал обратно, мне надо на поле всё доказывать, в состав попадать. Какого тренера и куда я могу привести?! Всё, что мне было нужно, это чистая, здоровая конкуренция. Больше ни у кого ничего не просил. Но справа в атаке ставили купленных недавно за границей центральных полузащитников, которые никогда в жизни не играли на фланге. Выпускали молодых, которые вообще считаное количество раз за первую команду вышли... Во всем этом для меня есть большой вопрос. Надеюсь, когда-то получу на него ответ.

Да, когда я вернулся из Израиля. Вся команда жила в новом корпусе, а я один в старом. Этого тоже не понимал. Можно было мне какую-то комнату выделить до того момента, пока не уйду. Отношения уже сложились такие, что у меня хотели забрать мой 93-й номер и отдать его игроку из «молодежки». Хорошо, хоть этого не сделали. Повторяю не знаю, что и как там происходило. Но считаю, что по отношению к своему воспитаннику, который, думаю, внес какую-то лепту в историю «Краснодара», это чуть несправедливо. Могли разойтись просто по-человечески.

Он тренер, взрослый человек. Я так воспитан, что не могу говорить какие-то вещи, слишком много себе позволять, потому что уважение к старшему должно быть. Но он перешел грань, позволив себе одно высказывание, которое возмутило, например, моего отца. Человек должен понимать, что определенные вещи надо говорить более корректно, иметь уважение. И если он готов, то, когда прилечу в Россию, могу лично сказать не через прессу, а в лицо. Не надо озвучивать журналистам то, что не можешь или не хочешь сказать в глаза. У него есть мой номер, и, когда я буду дома, он может мне сообщить, где находится, и я сам туда прилечу и поговорю с ним. Для меня всегда горькая правда была лучше сладкой лжи. Когда тренер говорит мне правду в глаза, я всегда пожму ему руку, и мы разойдемся в отличных отношениях. Но когда какие-то вещи произносятся за спиной, а в лицо совсем другое, для меня это совсем другая история.

Нет. Уже когда я был в 2-х последних арендах, все равно в голове прикидывал, что могу уйти из клуба. Это нормально, это часть футбола. Но я по-прежнему очень сильно люблю и город, и команду. И желаю им всего-всего наилучшего.

Из сегодняшней команды часто переписываюсь только с Эдиком Сперцяном. Из тех, кто был при мне, с Ваней Игнатьевым, Даниилом Уткиным, иногда с Мотей Сафоновым хотя не могу сказать, что с ним часто. Зимой общался с Юрой Газинским, Сашей Мартыновичем. Очень-очень крутые ребята, и спасибо большое им. Когда я только пришел в первую команду «Краснодара», они помогали. В ответ на любую просьбу делали всё, что могли. Очень хорошие, настоящие мужики!

Очень рад за него. Извините меня, уехать из Краснодара в Париж, в очень большой клуб, один из фаворитов и, как теперь оказалось, победитель Лиги чемпионов, выучить с нуля французский и давать на нем интервью... Он отличный вратарь и умный парень.

Не слышал, чтобы он знал на нем хоть что-то до того, как уехал. То, как он адаптировался и сыграл, это большой плюс и для него, и для российского футбола, потому что на таком уровне будут знать, что у нас есть хорошие игроки. Единственное, желаю ему, чтобы он чаще выходил на поле. Понятно, тяжело конкурировать с Доннаруммой. Но я знаю, что Мотя крутой вратарь, который может навязать эту конкуренцию.

Может! Для этого ему, наверное, надо игру ногами чуть-чуть подтянуть. Потому что в европейском футболе сейчас на этом акцент. Тем более когда в команде испанский тренер. При этом у Доннаруммы игра ногами тоже не сильная сторона. Так что у Сафонова есть все шансы!

Я тоже не думал. Но у него были и хорошие матчи, и крутые сэйвы, и отраженные пенальти. Думаю, наставник «ПСЖ» Луис Энрике видит, что у него есть 2 очень хороших вратаря.

Если честно, я ему еще 2 года назад говорил, что надо уезжать. Но это мое видение, не могу Эдику его навязать. Он тоже, думаю, хочет поиграть в Европе но вопрос в том, что это предложение должно устраивать и клуб, который многое в него вложил. Сперцян может выступать на высоком уровне, у него всё для этого есть. Главное этот шаг сделать, но этот вопрос уже не в моей компетенции.

Сам был чуть этому удивлен. У него хорошо шло в Армении, но из Алжира, видимо, сделали лучшее предложение. Плюс там немецкий тренер, который у него был в московском «Локомотиве». И атмосфера там очень футбольная он показывал мне местных болельщиков. Наверное, он хотел ее почувствовать все-таки в Ереване, наверное, такого нет.

Видите, как жизнь складывается. Поверьте, я знаю Ваню Игнатьева. И уверен, что он не слабее тех нападающих, которые сейчас в РПЛ. Со стопроцентной уверенностью могу об этом говорить. Просто ему психологически было чуть-чуть тяжело. У парня нелегкая судьба, рано потерял родителей. Не было отца, который мог бы его правильно направлять, потом умерла мать, и это не может не сказаться на человеке. А в его футбольных навыках вообще не сомневаюсь. Как он может открываться, бить с обеих ног, какая у него скорость! Если всё это использовать по максимуму, Ваня мог бы и сейчас играть даже в топ-клубах России.

Нет. Удивляюсь даже, откуда взялась такая информация. Мы жили втроем с Эдиком и Ваней в хорошей 2-комнатной квартире, которую нам дал клуб после выпуска из академии. «Краснодар» создавал максимальные условия для футболистов, которые мог, жаловаться вообще было не на что. У нас была прекрасная жизнь! Дальше уже у кого-то девушка появилась начали разъезжаться. В основную команду приходишь семью туда не позовешь, где вы втроем живете. После этого уже стали жить раздельно. Но о том времени вспоминаю с удовольствием.

Возможно, когда-нибудь вернусь. Никогда не знаешь, как судьба повернется, разве мог я предположить еще год назад, что буду играть в Америке? Тот же Мурад Олегович, допустим, после «Краснодара» работал в Азербайджане, потом вернулся и показывает отличные результаты. Всегда говорил и говорю: это мой клуб, который меня воспитал и которому я всегда буду благодарен. Ты очень любишь свою семью, родителей, но и с ними у тебя иногда могут возникать конфликты. Но проходит время, и вы их решаете, правда? То, как я уходил, оставило внутри меня небольшой осадок, не скрою. Для меня до сих пор вопрос, что я сделал не так и что там на самом деле произошло. Надеюсь, когда-то это узнаю. Просто для себя. Не в том смысле, что я о чем-то жалею. Потому что, когда вернулся из Турции, планы у меня были вообще другие.

Доволен тем, что успел многое увидеть и понять на своем опыте, а не по чужим рассказам. Сейчас я один из немногих российских футболистов, которые выступают за границей, а уж поиграть в США совсем мало кому удалось. Да, знаю, что, когда я был в «Краснодаре», шли разговоры с клубами из ведущих европейских чемпионатов. Но у нашего клуба была своя позиция, на которую он имел право. Проходи переговоры в чуть другом ключе мог бы туда уехать.

Не хочу конкретизировать. И жаловаться тоже не буду, считаю это неправильным. На все воля Божья. Значит, так было лучше для меня. Может, где-то глубоко внутри твои амбиции и говорят, что хотелось бы попробовать себя на другом уровне, но как суждено так и происходит. Всё, что ни делается, к лучшему. Во многих странах у меня теперь есть друзья, которым я всегда могу позвонить, и они будут рады меня слышать и видеть. Так что, считаю, всё отлично.

Футбольное. После карьеры хочу жить у себя дома, люблю свою страну. Но сейчас, пока есть возможность поиграть в разных странах, на разных континентах, надо ею пользоваться. Сюда, в Америку, приезжают звезды уровня Месси, в следующем году здесь чемпионат мира. Интересно посмотреть такую Лигу изнутри. Думаю, когда закончу играть, мне будет что вспомнить. И буду знать, что я счастливый человек, потому что у меня была такая возможность, и я ее не упустил.