Дмитрий Барсук: «Мне по душе песок, «классика» и снег»

К

убанец Дмитрий Барсук в пляжном волейболе первопроходец. Первым из российских мастеров этого вида спорта он в паре с Игорем Колодинским пробился в финал чемпионата мира. Затем этот дуэт стал победителем Мирового этапа. И та виктория стала первой для нашей страны! Кроме того, Барсук с разными партнерами с переменным успехом участвовал в 2-х Олимпиадах. А еще, его рекорд 7 золотых медалей чемпионата России пока не превзойден!

О своем непростом пути в большой спорт, победах и разочарованиях, а также о продолжении служения любимому делу после завершения игровой карьеры Дмитрий Барсук поведал в своем увлекательном интервью корреспонденту «Независимой спортивной газеты».

Откровенно говоря, отношение близких к спо рту было никаким (смеется). Не знаю, в кого я пошел, но у нас в семье никто этим делом не занимался. Мама Тамара Михайловна по профессии штукатур-маляр. Отец Николай Федорович крановщик. Оба далеки от спорта. Особенно в 90-е годы: не до спорта было, все выживали как могли. А с начала 90-х пошло второе десятилетие моей жизни. Это ж мрак какой-то… Мы были предоставлены сами себе. Родители днем на работе, вечером на шабашках. А у меня с самого детства: спорт это мое! В то время по телевизору у нас в Армавире показывали только 2 канала. И как только на экране появляется любой спорт, целая война была. Мне спорт подавай, а остальные всё что угодно, только не это! А так как я в семье младший, брат Андрей был старше меня на 5 лет, то часто приходилось оставаться без любимого зрелища. Брат, к слову, в детстве пробовал себя в разных спортивных дисциплинах, но нигде не закреплялся. 2 месяца походит в секцию какую-нибудь и уходит…

Нет, конечно. Хорошо, планшетов еще тогда не было. Однако я с детства видел себя в спорте, горел прямо этим, хотя поначалу был маленького роста. В шеренге на уроках физкультуры стоял одним из последних (улыбается). В школе, как все, бегал сломя голову на переменах. В теннис играли. В школе стоял теннисный стол. После школы футбол до темна. И не только. Играли во всё подряд. Я пытался на футбол записаться. С тренером, который приходил на школьные соревнования, договорились. Мне и другу он сказал: «Приходите на просмотр в ДЮСШ». Мы пришли, а тренер нет. Забыл, наверное, про нас. Потом я попал на детский турнир по настольному теннису. Выиграл его, и меня взяли в секцию. 2 года я теннисом занимался. А потом пошел на волейбол.

Моим первым тренером стал Валентин Дмитриевич Игнатьев. Замечательный человек! Он приехал к нам в Армавир, по-моему, из станицы Северской. И стал набирать ребят в детскую волейбольную школу. Ходил по учебным заведениям на уроки физкультуры, подбирал подходящих ребят 1980-1981 годов рождения. В феврале нас собрал, а в мае уже были первые отборочные соревнования. Тяжелое тогда было в стране время, но он старался нас везде возить. Занимал деньги, ходил выбивать транспорт… Такой, знаете, фанат своего дела был. На выездах мы ночевали в спортзалах. А однажды у его знакомых в однокомнатной квартире всей командой остановились. А я, как пошел на волейбол, так в росте стал прибавлять (улыбается). За 2 года на 25 сантиметров вырос. Дед у меня, говорят, был высокий. Наверное, в деда я пошел. 10 и 11-й классы я учился в Ростовском училище олимпийского резерва. И там уже всё определилось. Стало понятно, что хочу этим заниматься всю жизнь.

Приехали как-то из Армавира со своей командой сыграть против училища. Сначала мы им проиграли. А через год приехали и обыграли. И нас двоих из Армавира взяли в Ростовское училище. В первый год мы еще нормально там работали. Тренировались регулярно. А дальше всё хуже и хуже становилось. Тренеру 8 месяцев не платили зарплату. Он приходил с утра, кидал нам мячик мол, играйте, и уходил деньги на жизнь зарабатывать. Тяжелое, еще раз скажу, было это время 90-е… Нам потом уже доходило, каково это было жить без зарплаты. После училища меня хотели в профессиональную команду ростовский СКА взять. Она тогда в «вышке» «Б» выступала. Но Краснодарская академия физкультуры собирала волейбольную команду. И я уехал. Поступил в эту Академию, как тому ни противился СКА.

Там я 5 с половиной лет учился. Сначала полгода на заочном отделении, потом перевелся на дневное, а заканчивал снова на заочном. Играл за институтскую команду в «классике», и заодно начал профессионально заниматься с Владимиром Васильевичем Костюковым пляжным волейболом, по 2 раза в день (ныне Владимир Костюков доктор педагогических наук, профессор, заведующий кафедрой теории и методики спортивных игр Кубанского университета физкультуры, спорта и туризма, прим. В.М.)

Я очень многим обязан в своей спортивной карьере Владимиру Васильевичу. Звал его уважительно Васильичем. Мы выступали с ним в чемпионате России в 2000-м, стали 2-ми. Ездили и за границу. Там в полуфинал попадали, 4-ми становились. Потом выиграли даже турнир уровня «сателлит» в Бахрейне. У нас стиль игры был такой: Васильич принимал, а я старался забить «на сразу» до земли. Я был ростом 193 сантиметра, а он где-то 175. Высоко прыгать Васильичу уже тяжеловато было. Но руки у него длинные, цеплял мячи и высокие, и уходящие. Он максимально рисковал на агрессивной подаче, чтобы можно было очки взять. Потому что если Васильич доставал в защите, ему трудно было добить с моей передачи. Ну а я молодой, здоровый был. На двоих хватало (улыбается).

В Краснодаре поначалу не было профессиональной команды по классическому волейболу. Потом, уже к концу моей учебы в институте, появилось «ГУВД-Динамо» команда первой российской лиги, в ней я играл на позиции доигровщика. Первый год нас тренировал Родион Родионович Родионов. Потом уже в «вышках» «А» и «Б» Игорь Владимирович Абдрахманов. А перед выходом в суперлигу команду возглавил Юрий Николаевич Маричев, но мне с ним поработать, к сожалению, не удалось. Из игроков, ставших известными, пересекся с Сашей Гуцалюком, он пришел во второй мой год. Его и либеро Димку Кириченко 10-классниками, совсем молодыми пацанами, взяли в команду, и вот мы их подтаскивали. Гуцалюк вечно недовольный чем-то был, такой бука. Создавалось впечатление, что его обижали всю жизнь (улыбается). А потом стал 5-кратным победителем Лиги чемпионов. И ни разу, представьте, за сборную не сыграл. Зато всегда оказывался в нужном клубе (улыбается). У нас тогда в высшей лиге «А» хорошая команда была. Влад Жлоба, Миша Щербаков… Банду собрали. Затем ребята долго еще играли в разных клубах.

Да, я смотрел недавно в новокуйбышевской «Нове» зажигает. Просто красавец! Рост для блокера 197 сантиметров господи, вообще маленький. Но чуйка у него есть на блоке и скорость. Гуцалюк тоже такой был, но не супербыстрый. Зато перенос рук через сетку какой! Он еще не успевал прыгнуть, а руки уже заносил на ту сторону. Очень быстро заносил и успевал перекрывать направления. Мы в «ГУВД-Динамо» когда «двусторонки» проводили, очень неприятно было против него играть.

В то время в Краснодаре вообще была странная политика. Местным мне, Жлобе и Щербакову платили по минимуму. А тем, кого приглашали, давали большие зарплаты. А мы всё время в составе тащили эту команду с низов. И когда Щербаков уходил в «Кузбасс» в 2008-м, я уехал на «пляж», приезжаю, а Миши нет. Я говорю: кошмар, вы что, человек лучший блокирующий в «вышке» «А», а вы отдаете его конкуренту за просто так. Да он и в суперлиге попрет сейчас! Вместо него вы берете игрока в 2 раза слабее, но даете ему в 2 раза большую зарплату. А ведь он просил: «Дайте мне зарплату на 5 тысяч больше, и квартиру мне снимите, и я никуда не уйду». А платили ему тысяч 60, по-моему. Но Мишке сказали: «Ты много хочешь». Ну, нам всем говорили, что мы много хотим. Он приехал в «Кузбасс», и ему сразу 400 тысяч дали. Вот он там на долгие годы и остался (Щербаков выступал за «Кузбасс» в общей сложности 14 лет; в сезонах 2014/15 и 2015/16 становился лучшим блокирующим чемпионата России, чемпион страны-2019, победитель всемирной Универсиады-2011, прим. В.М.)

Да по той же! У меня была зарплата 8 тысяч, на которую моей семье, а я в ту пору был уже человеком женатым, невозможно было прожить. Тогда, в 2009-м, снять квартиру стоило 8 тысяч рублей. А меня звали в Одинцово на зарплату в 15 раз большую 120 тысяч. И министр спорта края Людмила Чернова стала меня упрекать: «Мы тебе больше 8-ми дать не можем. Ты же местный, а такой меркантильный. Мы тебя тут кормим, у нас свои помидоры…» Господи, какие помидоры? У меня уже ребенок маленький, а вы мне помидоры?! И тогда она стала на меня орать: «Чтоб я тебя больше не видела в Краснодарском крае. Мы всё для тебя! А ты..» Я приносил стране медали в пляжном волейболе на чемпионатах России, на Мировом туре, чемпионатах мира и Европы. Край на это практически ничего не тратил. Ну и после этого услышать: «Чтобы я тебя больше не видела»… Я повернулся и ушел в одинцовскую «Искру». И много лет играл за нее в пляжном волейболе. Потом несколько месяцев поиграл там и в «классике». Еще был короткий опыт выступления в «классике» за «Сахалин» и «Грозный».

Да, меня после института сразу устроили в милицию. Потому что должны были в армию забрать, и ростовский СКА очень горел желанием меня видеть в своих рядах. Тем более, после того, как я от них «соскочил» в институт. Тогда чуть до судов дело не дошло. Но меня наш генерал Бойко Николай Иванович, один из основателей «ГУВД-Динамо», отстоял. Дали лейтенантскую должность в милиции, и я начал службу с младшего лейтенанта. В итоге у меня 11 лет стажа в милиции, которые я провел в «ГУВД-Динамо». До капитана дослужился. На Олимпиаду поехал, сказали: «Привезешь медаль майора дадим!» Но не дотянул до майора (улыбается)… В сентябре встречались с Николаем Ивановичем в Анапе. Главный энтузиаст волейбола в краснодарской милиции до сих пор играет за ветеранов. Всё прыгает еще, молодец!

Было просто большое желание попасть на Олимпиаду. Я понимал, что в «классике» мне не светит. Мечта поехать на Олимпиаду и определила мой выбор. А так, не могу сказать, что мне больше нравится: «классика» или «пляж»? Мне и «снег» нравится. Я играл на неофициальном чемпионате мира в Аргентине по волейболу на снегу, мы там 4-ми стали. Турнир неофициальный, а на допинг проверяли. Летали туда двумя командами: женской и мужской.

Такое не забывается. Но я помню не только их, а всех, с кем становился в пару. С Алексеем Тарантиным чемпионами Европы по юниорам были. С ним же и первое мое золото России в 2001-м добыли. Второе в 2004-м с Ромой Аркаевым. Потом 3 победы с Игорем Колодинским в 2006-м, 2008-м и 2009-м. Ну а 6-е и 7-е золото взяли в 2010-м с Александром Самойловым и в 2013-м с Ярославом Кошкарёвым. Помимо этого, на чемпионатах страны с Денисом Тененбаумом, Максом Худяковым и Кошкарёвым были 2-ми, с Аркаевым два раза 3-ми. Бронза чемпионата России-2014 была добыта с Юрой Богатовым мой завершающий российский пьедестал. Был еще опыт игры в паре с Дмитрием Карасевым, Алексеем Ютвалиным, Константином Семеновым, не говоря уже о Никите Лямине, партнере по Олимпиаде-2016 в Рио.

В 2005-м Геннадия Яковлевича Шипулина поставили руководить пляжным волейболом России, я так понимаю, чтобы отодвинуть его от «классики». И он всех своих молодых белгородцев засунул в «пляж». В то время пошла тенденция разделения в паре блокирующего и защитника. Игроки блока и атаки стали высокого роста. А мы с Аркаевым были среднего по меркам Мировых туров, годящегося для защитников. И я понимал, что 2 защитника далеко не пройдут. Мы с ним на Мировых турах выше 7-го места не поднимались. А Колодинский уже года 2 в «пляже» скакал и среди молодых белгородцев был одним из самых перспективных. У него оказалась подходящая структура игры. Прыжок с места, с шага, такая пляжная техника прыжка. Ну и сильнейшая подача. За нее Игоря прозвали Базукой. Съездили мы на сборы всей толпой. Потом Шипулин пришел, а я уже много чего знал из тонкостей пляжного волейбола. Спрашивает меня: «Что надо, чтобы показывать результат?» Отвечаю: хорошего напарника, хорошего тренера и адекватную зарплату. Поставили меня в пару с Колодинским. Я дал Шипулину телефон итальянского тренера Марко Солюстри, который в то время считался одним из лучших в мире. Геннадий Яковлевич с ним очень быстро договорился, и отправил нас с Колодинским в Италию на сборы.

Солюстри сумасшедший тренер! Фанат своего дела до мозга костей. Мы с Игорем у него работали, как лошади. Тренировались в режиме «6 на 1», по 2 тренировки в день. Один только выходной был по воскресеньям. Жили под Римом, возле моря. И вот в воскресенье он нам: «Ну что, может, любительский турнирчик сгоняем?» Мы ему: «Марко, ё-моё, какой любительский турнир? Пахали 6 дней и в единственный выходной еще турнирчик сгонять?!» Смеется: «Да ладно, чего вы так, это же отдых, повеселиться». Ну, в общем, такой он был: «Волейбол, волейбол, и ничего кроме волейбола!» В Италии плюсом был хороший спарринг для нас. Солюстри был тренером одновременно и австрийской пары Допплер-Гартмайер. Вот мы с ними 2 года вместе тренировались. Сильная пара, чемпионами Европы в 2007-м стали. Мы тащили друг друга вверх. Втянулись. Много работы, постоянный спарринг на максимуме. И это дало свои плоды. Мы работали с Солюстри 2 полных сезона в 2007 и 2008 годах. Начинали между 30-40-ми в мировом рейтинге, а закончили 3-ми.

Никто не ожидал от нас такого выхлопа! Мы сразу начали приносить медали на этапах Мирового тура. Обычно эти турниры мало чем отличается от финала чемпионата мира. Весь сезон, как робот, ты переезжаешь из страны в страну. Играешь, переезжаешь, играешь. В первый сезон мы стали 4-ми в Китае, потом, 9-ми, 2 раза 3-ми. Потом играли в Марселе, во Франции. Жарко было, очень сильный турнир, как сейчас помню, 9 игр. Из них 6 мы выигрываем по 2:1 в жару. В воскресенье вечером заканчиваем, а во вторник, в швейцарском Гштаде, стартует чемпионат мира-2007. Впереди перелет в Швейцарию, а Гштад в горах, до него еще 3-4 часа на машине ехать по серпантину. Ночью после финала из Марселя вылетели на самолете. В Женеве нас встречала машина. Ночью водила заблудился, мы приехали в Гштад только утром. А во вторник играть. На вечерней тренировке в понедельник я понимаю, что сил просто нет. В 9-ти марсельских играх я так намахался, что плечо в жутком состоянии руку поднять не могу! Хорошо, тогда чемпионат мира проходил в течение 10-ти дней. Начинали в группе по графику: игра день отдыха игра. Как на Олимпиаде, примерно. Получается, по рейтингу мы 1-е в группе стоим, чехи последние, и мы… проигрываем чехам в 1-й день. Из-за плеча я просто до песка добить не мог. Не бил, а так, ляпал по мячу. Хорошо, за день отдыха успел восстановиться. Выиграли у итальянцев, потом у эстонцев и вышли в плей-офф с 1-го места. Ну а дальше, как обычно, нам «везет». Играем уже «на вылет», а получаем себе вместо слабой команды из другой группы сильных американцев. У них там своя закрутка произошла. Прошли этих американцев, следующие тоже американцы. Их выбили и снова нам, третьи уже, американцы! И только в полуфинале попадаются австралийцы. Обыграли мы их и вышли в финал. А там нас ждали 4-е американцы: Дальхаузер и Роджерс!.. Я пришел, говорю: «Колодян, я уже всё!» У меня полное опустошение. Столько игр за 2 недели!.. Сел, говорю: «Не знаю, как будем играть. Попробуем, но тяжело…» Потом пересматривал эту игру. Я понял, что выгорел эмоционально, не физически. Полная апатия… Ну, 2-ми на чемпионате мира стали, впервые в истории российского пляжного волейбола и… поехали дальше играть (улыбается). Значимость серебра на чемпионате мира мы уже потом поняли. Когда приехали домой, в край, там пошли поздравления, какие-то награды.

Клагенфурт это отдельная история. Этот турнир стоит особняком. Если клагенфуртские фото посмотреть, то в хорошую погоду там стадион на 7 тысяч битком. За трибунами толпы людей стоят в надежде попасть на турнир. А на наших друзей-австрийцев, с которыми мы тренировались у Солюстри, в Клагенфурте молилась вся Австрия. Репортеры, банкеты, подиумы все ждут победы только от них. В Австрии пляжный волейбол очень популярен. В стране много сильных пар, спонсоров. Стадион стоит на берегу озера, а рядом большая территория для кемпинга. Многие приезжают на турнир на машинах с палатками, забивают этот кемпинг. И вот идешь к стадиону прямо забито людьми! Народ там веселился знатно. Мы попали на Допплера-Гартмайера в четвертьфинале. Обыграли австрийцев наших. Обидно им было, но это спорт. В финале мы попали на американцев Уильямса и Метцегера. Первая партия тяжелая была, на балансе мы выиграли. А во второй всё время вели и взяли ее надежно 21:15. Потом с Игорем сыграли еще в нескольких турнирах, пока я в Италии не получил травму. Упал, порвал плечо. Еще тройку турниров отыграли, из группы выходили, однако проигрывали. Меня отправили лечиться, а Колодинский стал в пару с Кошкарёвым.

Марко Солюстри говорил нам, что первая в жизни Олимпиада она для пристрелки. А на следующей будем бороться за медали. Но Марко не знал, что у нас в стране должно быть всё быстро: «Медали и сразу! Нет медали свободен!» Олимпиада уникальный турнир. Ее нельзя сравнивать ни с Мировым туром, ни с чемпионатом мира. Там, во-первых, расписание игр другое, матчи проходят через день. Во-вторых, психологическое давление огромное. Журналисты, зрители, сам форум всё это очень сильно давит. Ну и реально, когда попали на Олимпиаду в Пекин, условно говоря, зубы стучали. Нервное напряжение очень сильное было. Когда я играл на второй своей Олимпиаде, там всё было уже намного проще. А после Пекина, где мы стали 9-ми, Шипулина и Солюстри убрали. Пошли разговоры, что я уже старый и меня надо списывать. Пару надо разбивать. Да, два мяча в Пекине я, конечно, не забил (вздыхает), ну вот так получилось…

После Шипулина к руководству пляжным волейболом пришел Андрей Владимирович Горбенко. Зарплату нам урезали. У нас все стали равны. У Горбенко была политика: все должны получать одинаково что молодые, что старшие. Мы все большая семья! Непонятно, как это в спорте может быть большая семья, если мы соперники на площадке. 3-я пара мирового рейтинга и 50-я должны получать одинаковую зарплату? Это неправильно по самой сути спорта. Чем выше ты поднимаешься, тем больше должен зарабатывать. Это аксиома. Если молодые будут получать, как и «старые», они просто не будут работать. Это мое видение жизни. Медали и финансы большой стимул для профессионального спортсмена. После таких перемен мы с Колодинским ушли в «классику». Почти сезон играли в «ГУВД-Динамо». А в пляжной сборной России главным назначили американца Дейна Селжника. В феврале мне и Колодинскому федерация волейбола предложила вернуться, иначе дисквалифицируют. Пришлось подчиниться. Обидно было, мы шли 2-ми в «вышке» «А». Команда была собрана под выход в суперлигу, и тут 2-х игроков выдергивают из состава… После этого «ГУВД-Динамо» 6 матчей подряд проиграло и стало только 4-м в чемпионате. А мы с Колодинским виноватыми оказались…

О-о-о! Дейн фантазер знатный! Он больше шоумен, чем тренер. Заявил: «Дайте мне 30 человек мальчиков и девочек, и у вас будет 4 олимпийские медали». Мы-то его видели, знали, предупреждали, что он шоумен, но нас никто не послушал. Только когда все команды стали падать, входить в пике, его убрали. Через год-полтора, по-моему.

Нирка появился в сборной при американце. Вторым тренером был. А после увольнения Селжника стал главным. У Вячеслава Владимировича замечательное качество. Он не так много играл в «пляж», но в тренерском деле быстро всё схватывал и умело объяснял не только игрокам, но и руководству.

Когда я поломался, Игорь поиграл немного с Кошкарёвым. Зарплаты были небольшие, и он решил сосредоточиться на «классике». Абсолютно другие деньги, другие условия. «Классика» есть «классика». Колодян играл в хороших командах суперлиги. А с 2023 года Игорь выступает в турецком чемпионате. Раза три в году созваниваемся. Обязательно поздравляем друг друга с днем рождения.

Перед Лондоном изменили систему отбора на игры. Надо было попасть уже не в 22 лучшие команды мира, а в 12. Плюс выиграть Кубок мира. Меня тогда из сборной убрали. Я играл за Новосибирск годик или два с тренером Бобровым. В сборную попадали на Олимпиаду Семенов с Кошкарёвым. В самом конце предолимпийского цикла Кошкарёв получил травму, и из наших мужчин никого на Олимпиаде нет. Вячеслав Нирка обратился ко мне: надо помочь. Для поездки на Олимпиаду нужно было выиграть Кубок мира. Я согласился, но при условии, что меня возьмут на Олимпиаду. Из 4-х игроков, участников 2-х команд Кубка мира меня с Богатовым и Семенова с Прокопьевым, нужно было выбрать 2-х для участия в Олимпиаде. Мы выиграли Кубок мира, но… меня не взяли. Поехали Семенов с Прокопьевым. Они стали на Олимпиаде 9-ми.

Меня вернули в сборную. На Европейские игры в Баку я, если честно, вообще случайно попал. Кошкарёв должен был с Прокопьевым ехать. Но Прокопьев по какой-то причине не смог. Сделали замену, и поехал я. Заскочил, как говорится, в последний вагон. По-моему, после Баку Кошкарёв закончил карьеру. А Никита Лямин пришел из «классики». Он играл в суперлиге в «классике» первого темпа за Нижний Новгород. А в отпуске Никита всегда поигрывал в «пляж». На чемпионате России его заметили и взяли в сборную. И мы с ним стали в пару, хорошо смотрелись. А на последнем сборе перед сезоном-2015 Никита порвал плечо. Лямину сделали операцию и сезон он пропустил. Тот сезон без него мы как раз катались с Кошкарёвым, а Семенов с Красильниковым играли. Никита вернулся в декабре 2015-го. Семенов с Красильниковым попадали на Олимпиаду в Рио по очкам, они в топе были, а я с Ляминым и Ярзуткин со Стояновским играли Кубок мира, отбор за 2-ю путевку на Олимпиаду. Мы выиграли Кубок и 2-ю пару на Олимпиаду выбирали из нашей четверки. Взяли меня с Ляминым.

По-хорошему, мы с Ляминым не должны были туда ехать. По уровню нашей игры, я понимал, что медали мы не завоюем. Говорил: надо отправлять молодых Стояновского и Ярзуткина для получения ими олимпийского опыта. Но было принято такое решение. Меня в Рио приятно удивил Никита. Первые Олимпийские игры для него, но он молодец, очень хорошо сыграл. По сравнению со мной на пекинской Олимпиаде, Лямин намного лучше выглядел. Потом в группе нам попались ребята, которые тоже впервые попали на Олимпиаду. Поляки, которых мы с Ляминым ни разу не обыгрывали, а в Рио обыграли. Немцев, с которыми на равных играли, на Олимпиаде обыграли. А за выход в пятерку одолели местных бразильцев: Педро и Эвандро, выросших на пляже Копакабана. Для них это поражение стало настоящей трагедией. Педро после игры плакал. Ведь они считались в нашем матче явными фаворитами. Но нервы есть нервы. Дома играть тяжело. А в четвертьфинале мы проиграли итальянцам. Теперь уже нам было очень обидно. Хорошо играли, но в конце третьей партии Николаша (Паоло Николаи, прим. В.М.) вышел, 2 эйса подал и попал в стык между нами, да еще и в «ленточку». Без шансов… Чуть-чуть не хватило… Но 5-е место, тоже место, выше, чем в Пекине получилось.

Сразу после Олимпиады Вячеслав Нирка нас собрал и сказал, что в моих услугах сборная больше не нуждается. Будут омолаживать состав. Над Ляминым еще подумает, а со мной попрощался. Что ж… Зато честно.

Знаете, к 33-м годам я уже настолько наигрался, что перестал получать удовольствие. Я должен кайфовать от игры, а когда она превращается в тяжелый труд это не мое. Но впереди маячили Олимпийские игры, пришлось терпеть. А после Рио-2016 я спокойно закончил карьеру игрока и без проблем перешел на тренерскую работу. Так с тех пор и живу (улыбается).

Такого предложения не было. Меня пригласили в Липецк. Начал работать с молодыми игроками, года 3 там трудился. Потом перешел в Обнинск.

Во-первых, там был фанат пляжного волейбола Ярзуткин Василий Васильевич. На нем всё и держалось. Он был крупным бизнесменом, имел определенные преференции от правительства Калужской области, от мэрии города. Ярзуткин пробил строительство крытого пляжного зала. В Обнинске появилась возможность круглый год заниматься «пляжем». Во-вторых, там открыли интернат, в котором дети получали среднее образование и учились пляжному волейболу. Отсюда и результаты. Такого нигде в России тогда не было. В Обнинске собирали лучших молодых игроков и планомерно с ними работали. Вот и весь секрет.

Было приятно, что заметили как тренера. Но куда важнее для меня медали и титулы моих ребят, и прогресс будущих чемпионов. Игорь Величко и Дмитрий Веретюк в ту пору первая пара Обнинска. Максим Сиволап в тот год восстановился после травмы и играл с разными партнерами. Мы тогда завоевали бронзу Спартакиады сильнейших, 1-е место на этапе чемпионата России в Кемерово, 3 вторых и 7 третьих позиций в чемпионате страны. Подтягивались к ведущим Дмитрий Цветков и Кирилл Ельников.

Мне очень повезло с тренерами. Что Владимир Костюков был фанатом пляжного волейбола, что Марко Солюстри. И потом, все говорят, что я хорошо впитываю информацию, ненужное отбрасываю, а ценное оставляю. Я стараюсь во время игр контролировать себя. И думать, искать варианты, нащупывать слабые места у соперника, мыслить, как их использовать. Анализировать, в общем, всё до мелочей. Сейчас тренер во время матчей находится радом со спортсменами (раньше сидел на трибуне, прим. В.М.), и может повернуть игру в любой момент, если что-то не складывается. Перерыв взять, подсказать, что нужно поменять. Плюс тренер должен быть психологом. Должен понимать, как он может повлиять на спортсменов, чтобы те не тонули в своих эмоциях.

Пока не смогут, потому что нашу пару разбили. Мы перешли в другой клуб. Из Обнинска практически все ушли. Сиволап с Величко перебрались в клуб «Проснег». Я с Веретюком и Архиповым собирался уйти в «Динамо» Ленобласть, Сосновый Бор. Но, как понимаю, на Веретюка надавили, и он остался в последний момент в Обнинске, хотя уже всё было решено с переходом. Обидно, конечно. Мы хорошую работу в Обнинске проделали. Со всех турниров приезжали с медалью, а то и двумя. Веретюк и Архипов уже подтянулись к Лешукову-Стояновскому. Часто играли на равных. Немного мешала психология. Думал, перейдем в Ленобласть, наймем психолога и решим проблему. Но не срослось. Неприятно получилось. Эта молодая пара 100 процентов должна была прибавить. И ее разбить? Очень странная политика, конечно. Теперь у меня в «Динамо» из Ленобласти пара Архипов-Иванов.

Да, кубаноид (улыбается). В прошлом году он играл за питерский «Зенит» с Эвертом. На этот год контракта у Василия не было. Мы его пригласили, он согласился.

Я так понимаю, Вячеслав Нирка вмешался. Сказал Веретюку, что в сборной будет 3 пары: Стояновский-Лешуков, Рейсон-Красильников, и вы третьи с Сабаевым. Ты, мол, должен остаться в Обнинске и играть с Сабаевым. Тогда я вижу тебя в сборной. Сужу со слов Веретюка: «Против Федерации волейбола не хочу идти. Я остаюсь». Хотя непонятно, где там против федерации? Конечно, кинул он нас двоих знатно. Ну, посмотрим, что из этого выйдет.

Эстонца Риво Весика я поздравлял в этом году с «днюхой». Общался с ним очень хорошо. Мы дружим всё равно. Украинцев не знаю, стоит ли называть. С кем-то общаюсь, с кем-то нет. Многие понимают, что это политика. Я считал, что мы не можем воевать с украинцами. А потом помните, в феврале 2022-го был чемпионат Европы по мини-футболу, и Россия играла полуфинал с Украиной, когда еще не началась СВО (4 февраля 2022 года, прим. В.М.). И когда украинские болельщики, нацисты эти, начали кричать нашей команде: «Мы вас русских будем резать!»… Я потом спрашиваю украинца: «Колек, ну что вы молчите? Это ж ваши украинцы там. Мы вроде братья, а вы нас резать собираетесь и орете об этом на весь мир…» Получается, они там тоже ни на что не могут повлиять. На одно надеюсь, что Владимир Владимирович, наш Президент, прав, что не подпускает НАТО к Украине. И он больше нас знает. Поэтому так надо было.

Предательства. Когда люди ради денег могут кинуть своих друзей. Корысть не приемлю.

Простота. Уважаю людей, которые уверены в себе, ставят цель и идут до конца, не боясь никаких препятствий. Умение прощать. Все мы небезгрешны. Меня сколько раз кидали. У меня Настя, моя супруга, она добрый человек такой, говорит мне: «Ну прости ты их. Всяко же бывает в жизни». Не держать в себе злость, не копить ее важное качество.

Познакомились в пляжном волейболе, на песке. Она тоже играла в сборной, на Олимпиаду-2012 в Лондон ездила. Вот уже 15 лет мы вместе.

Так она и не уходила из него! Только в декретный отпуск два раза. Настя играет зимой и летом. В снежный волейбол и в пляжный. Сила воли у нее сумасшедшая. В декретном отпуске вес набирала, конечно, но заставляла себя худеть. Дамочка с характером (улыбается).

Честно сказать, по сравнению с моим первым браком, живем в семейной идиллии. За 15 лет лишь один раз поругались. Умеем уступать друг другу. Понимаем друг друга, потому что с одной ниши, можно сказать, вышли из спорта. Каждый понимает, для чего работает. Плюс еще, очень много времени проводим в разъездах, и не успеваем надоесть друг другу.

Ну, наверное, так. Я там практически жил за границей, как раз в пору работы с Солюстри. Месяц там, 3 дня дома, и так почти 2 года. Плюс еще молодой. В голове только спорт, а уже ребенок родился. Ей тяжело было, Ольге. Тогда она начала меня пилить (улыбается). Ну и не срослось у нас.

В последний год практически уже нет.

Старший Максим, он от первого моего брака пробовал себя в детстве в волейболе, баскетболе, в хоккее. Но в Краснодаре с этим сложно было. Большие пробки, расстояния. Тяжело возить. Да и не горел он этим. В конце концов, сказал: я не спортсмен, я гуманитарий, буду учиться. Парень не дурак. Два языка знает немецкий и английский. И очень хорошо историю. Видит цель в жизни. Учится. Тут вопросов нет. Отличник, можно сказать, молодец! Весной заканчивает колледж. После, наверное, армия. Потом собирается в сельхоз поступать. Дочь Катя средняя, получается. Похоже, будет высокая, длинноногая, длиннорукая. В 11 лет 42-й размер обуви. Но левша, а они все странные (улыбается). Ходила на волейбол, на гимнастику и на плавание. Сейчас увлеклась акробатикой. Дай Бог. Подмосковный Серпухов, где обитает сейчас наша семья, город небольшой, можно возить куда угодно. По характеру Катя спокойная, размеренная. А вот младший наш, Илюша, у того шило в одном месте, живчик такой! Ему 5 лет, а уже не раз раны зашивали. Вечно летает где-то. Отправили на футбол. Хорошо, футбол прямо при садике. 2 раза в неделю к ним приходит тренер, занимается. И на волейбол недавно пошли. Илюша ходит с удовольствием, особенно когда из садика на волейбол пораньше забирают. Вот он боец по характеру. Есть надежда, что в спорте себя найдет.

Раньше ездил 2 раза в год: весной и осенью. А теперь только осенью во время отпуска. У нас многолетняя традиция: осенью из Армавира мы отправляемся на рыбалку в Астрахань. С друзьями и братом, пока он был жив, вчетвером, брали с собой лодку и вперед! А до и после рыбалки я дома. Чаще встречаться, к сожалению, не получается у меня огромный загруз по работе постоянные сборы, тренировки, переезды, соревнования... Раньше, бывало, мама приезжала к нам пару раз, когда помоложе была. А сейчас ей уже тяжело.

Мои родители жили в Великой Лепетихе, что в Херсонской области, которая была оккупирована фашистами в годы Великой Отечественной войны (оккупация продолжалась 2 с половиной года с середины сентября 1941 года до середины марта 1944-го, прим. В.М.). По рассказам мамы знаю, что мой дедушка Федор Кононович Барсук во время оккупации был партизаном в Херсонских плавнях, в дельте Днепра. Был ранен в руку. А еще, там же в плавнях, родилась младшая сестра моего отца. Так что, в нашей семье всегда помнят своего героя, приближавшего день Великой Победы.

Вот сейчас начал руками что-то делать. Всю жизнь спортом занимался, руки росли не из того места (смеется), а сейчас в дом переехали. Ну и там стараюсь что-то по дереву вырезать, выпиливать. Кашпо делаю. Баню соорудил сам. Люблю играть в бильярд. Тоже хобби.

О мире во всем мире. Хочется, конечно, чтобы мои спортсмены дали результат. Дети чтобы росли здоровыми и успешными. Старший не пошел по спортивной линии, может быть, другие пойдут. Хочется, чтобы дети все-таки продолжили наши с Настей традиции. Все же мы с ней много поиграли, вся жизнь в спорте.