.: Легкая атлетика. В фокусе внимания
Александр Синицын: «В Токио побывал как «индиец»!»
Н
а Олимпийских играх в Токио, как известно, выступала только десятка российских легкоатлетов. «Пробрался» в японскую столицу и краснодарский тренер по метаниям Александр Синицын. Причем, в составе делегации… сборной Индии.
По возвращении в Краснодар с ним побеседовал корреспондент «Независимой спортивной газеты». Мы встретились на стадионе «Динамо». Там, кстати говоря, возобновились работы по реконструкции, метатели переезжают и должны вернуться после завершения строительной деятельности. Так что в беседе мы коснулись не только олимпийской темы.
Токийские трудности
- Александр Владимирович, расскажите, как вы попали на Олимпиаду?
- Меня повезла в Токио дискоболка Сима Пуниа. Это индианка, которая уже 5 лет тренировалась у меня на «Динамо» - между утренними и вечерними тренировками основной группы. Сам-то ехать не планировал, но она захотела, чтобы я присутствовал как тренер, и уговорила меня. Понимал, что будет тяжелая поездка…
- Почему?
- Чтобы поехать туда, нам надо было сдать ПЦР-тест. Однако не в Краснодаре, а в Ессентуках. Дело в том, что японцы аккредитовали государственную лабораторию в Москве, а филиал находится из близлежащих к нам городов только в Ессентуках. В Краснодаре - только частные клиники. Мы созвонились, прислали свои билеты, нам высчитали время, чтобы пройти тесты за 96 и 72 часа до прибытия в Токио. Жили в Ессентуках 3 дня - надо ж и тренироваться не забывать. Там был в свое время прекрасный стадион «Спартак». Сейчас во что его превратили… Это ужас! В центре поля для метаний лежат горы тротуарной плитки. Откуда ее стащили? Стойки разные на поле стоят, а сам сектор узкий. Если нормальный сектор составляет 35 градусов, то здесь надо было попасть в 15. Мы как-то приспособились. Но представьте, перед Олимпиадой как надо мозги сворачивать, чтобы попасть снарядом в маленький кусочек сектора, а потом еще между столбами и плиткой. Диск же можно легко разбить о стойку или плитку, и потому голова напряжена. Жалко-то диски, они дорогие, по 300 долларов стоят. Ходили также в фитнес-зал, там имитировали движение… Словом, делали что могли. Я понимаю, что в Токио это сказалось. Прилетели в Японию, провели 2 тренировки на месте. Попытались наладить правильную ориентацию в секторе. Времени, конечно, не хватало.
- Как дело было в секторе?
- Сима заняла в квалификации 16-е место, а в финал проходило 12 атлетов. Дело в том, что Сима 2 попытки из 3-х «забаранила». Она опытная спортсменка, но очень хотела удачно выступить, даже чрезмерно. Сима - многолетний лидер сборной своей страны в диске. А тут еще появилась другая индианка - Каур. 25 лет, 190 ростом, 128 килограммов, и у нее 66 метров было в карьере. Можно сказать, одна приходящая спортсменка, другая - уходящая. Они в разных потоках метали, Сима была в первом. И это давило на нее. Очень эмоциональна была - что совершенно не в ее стиле, она очень спокойный человек. А что сделать тренеру непосредственно на Олимпиаде? Показываешь, кричишь с трибун, но достучаться до спортсменки в таком состоянии трудно. Но всё равно оцениваю ее выступление как довольно твердое. Она показала 60,57. У Каур же в квалификации было 64 метра, в основных - 63, и заняла она 6-е место.
- Как воспринималась обстановка на Играх?
- Необычная, конечно, атмосфера. Всё было строго. По крайней мере, хотя бы пускали на стадион другие виды легкой атлетики посмотреть. А так, в телефоне 2 программы устанавливались - по прилету тебе активируют их в аэропорту. Там же сдаешь ПЦР через слюну. Потом еще каждое утро сдаешь тесты. Все замеры вносятся в программы, ты каждый раз отмечаешься на входе в олимпийскую деревню или стадион. Заявляешь, что приехал тренером на метание диска, значит, квалификация и финал тогда-то. Это всё один и тот же строжайший маршрут. Если допускаешь какие-то изменения, тебя отслеживают и вычисляют. А нигде не скроешься, аккредитацию с чипом надо прикладывать к камере на входе - так тебя опознают. Если сбился с маршрута, захотел выйти в город - всё, до свидания. Блокируется аккредитация и далее следует депортация. Грузины, например, так попали, еще кто-то. Съездили, называется, достопримечательности посмотреть…
- А сама обстановка в деревне?
- На предыдущих Олимпиадах какие-то программы проходили, было общение. А сейчас - масочный режим, перчатки. Я жил в гостинице - до олимпийской деревни 3 километра, через 2 реки пройти. Как раз по пути находился зал, где выступали батутисты. Я попытался пройти туда, посмотреть на соревнования - не пускают. У них красная линия на аккредитации, у меня зеленая. Раньше же мы могли свободно ходить. А так, пустые залы в Токио, зрителей почти нет.
На легкой атлетике на трибунах сидели одни специалисты - спортсмены, тренеры. В остальном организаторы и местные жители довольно лояльно относились - японцы народ отзывчивый. Но сама обстановка, конечно, утомляла. Еще и жара, как в сауне находишься! Действительно тяжело. А спортсменам - так и вовсе. К часам 9-ти, когда финалы в легкой атлетике проходили, ветерок поднимался, прохладнее становилось. Но утренняя программа, начало вечерней сессии - время тяжкое.
Провал Веттера
- Если окинуть взглядом результаты в легкой атлетике, были высочайшие результаты на дорожке, а в метаниях более скромные.
Александр Синицын и олимпийский чемпион Токио-2020 в метании копья индиец Нейраж Чопра
 
- Считаю, уровень был показан для Олимпиады нормальный. И в метаниях есть довольно высокие результаты. В диске у мужчин 68,90 показал швед Даниэль Столь. Плюс в Токио «чашка», то есть закрытый стадион. В открытом - ветер гуляет и часто оказывает влияние на результат. В копье у мужчин индиец Нейраж Чопра показал 87,58, для сравнения в Лондоне-2012 Кершон Уолкотт из Тринидада и Тобаго выиграл с 84-мя метрами. Однако то, что произошло в этом секторе с немцем Йоханнесом Веттером…
- У него был результат за 90 метров в текущем сезоне…
- Даже за 96! Все думали, что в Токио падет мировой рекорд легендарного чеха Яна Железны. Немцы приехали дней за 10 в Японию, проводили акклиматизационный сбор. По всей видимости, Веттер подгорел эмоционально. А еще в Японию ничего нельзя ввозить - никаких таблеток, витаминов, напитков. Абсолютно ничего! Если возникнут проблемы со здоровьем, в олимпийской деревне в поликлинике местный врач назначит что-то, тебе выдадут. Напитки, реабилитирующие, восстановители, которыми пользуются в Германии, оказались недоступными в Японии. Думаю, и с американской гимнасткой Симоной Байлз - приключилось то же самое. «Колеса» закончились, а японцы не дают терапевтические исключения, как американцы. «Батарейка» кончилась, и выступать она отказалась.
За Веттером же я смотрел в квалификацию вживую, а во время финала летел домой. Я снимал на видео все попытки с трибун. И его уже тогда совсем не узнал. Что происходило? Совсем другой человек - беспомощный. Читал после, что он говорил, мол, не хватало разбега. Да, ребятам приходилось вставать прямо к ограждению. 36 метров для разбега, как положено, есть. Но надо же еще подбежку сделать и потом начинать разбег. На эту подбежку места не хватало, значит, идет сбой ритма. Приблизительна та ситуация, как мы с Симой тренировались в Ессентуках. У него было набегано одно в более свободных условиях, а на стадионе - ограничено. Серебряный призер, чех Якуб Вайдлих, например, на месте подпрыгивал перед разбегом, у него результат тоже сумасшедший в карьере есть - под 90 метров. Аплодирую еще одному чеху - Витеславу Веселы, чемпиону еще московского чемпионата мира-2013. «Старичок», но собрался и метнул за 85 метров, так что уехал домой с бронзовой медалью. Кто более мобильный, может приспосабливаться, перестраиваться, тот лучше и выступил.
- Победа Чопры - сенсация?
- Любой, кто выиграл, была бы сенсация, если это не Веттер. Что касается Чопры, его поначалу тренировал знаменитый немецкий копьеметатель Уве Хон. Ему принадлежит вечный рекорд в метании копья - 104 метра 80 сантиметров. После этого броска у снаряда изменили центр тяжести, копье стало ближе летать. Он в Китае 5-6 лет работал. Потом в Индии, Чопра его «продукт». Я познакомился с Чопрой 2018 году в Джакарте на Азиатских играх. Сима там была третья, а Чопра выиграл. Веселый парень, движение у него видно. Одаренный спортсмен, подвижная психика, моторный. Сам по себе небольшой, если с Веттером сравнить - пацаненок. Сейчас его другой немецкий тренер подхватил, постарше меня. Но и Хон рядом был на трибунах.
В ядре так и вовсе американец Райан Крозье победил с результатом 23,30 - олимпийский рекорд. Накануне он установил мировой рекорд - 23,37, побив многолетнее достижение своего соотечественника Рэнди Барнса. Думаю, он планировал обновить свое достижение. Видел его настрой.
Подвиг Ласицкене
- В то же время в беге и прыжках были мировые рекорды и еще ряд результатов около них.
- Не забывайте, кто эти рекорды ставил - норвежец Варнхольм и американка Маклафлин (оба в беге на 400 метров с барьерами, - прим.С.Б.).
- Еще Юлимар Рохас из Венесуэлы в тройном прыжке.
- Она - уникальный человек! Когда нет сбивающих факторов, ветра, круговерти, в «беготне» и прыжках это проходит хорошо. В женском ядре тоже достойные показатели. Китаянка Гонг победила, третья - легендарная новозеландка Валери Адамс, вторая - американка Равен Саудерс. Правда, непонятно, кто это, девчонка или мальчишка. Повадки у нее такие… Знаете, эта вообще тенденция нехорошая. Даже западная пресса поднимает тему: проводите отдельные соревнования для так называемых «трансспортсменов».
- Меня еще поразила победа на 1500 метров другого норвежца - Якуба Ингибрицена…
- Конечно, возникает вопрос, что неспроста. Вспоминаются их лыжники-астматики. Впрочем, Ингибрицен далеко не первый год бежит на высочайшем уровне. Сам по себе уникальный человек. Он не выскочка, а накатывал и накатывал. Какая ему идет помощь, не знаю и догадываться не собираюсь.
- Вторым стал совершенно запыхавшийся кениец - непривычная картина для бега на выносливость.
- Понимаете, всегда находится какой-то гений. Этим спорт и интересен. А взять нашу Машу Ласицкене. Ее победа в Токио - это настоящий подвиг! В прошлом году она не соревновалась, в этом - травма была. Сколько времени соревновательной практики не было… А у нее стиль тренировок такой, что только прыгает и прыгает. Она штангой особо не увлекается, какие-то подводящие упражнения делает, а так часами прыгает. А главная тренировка - это соревнования. А их не было. В России у нее соперников нет, потому ажиотажа, азарта внутри атлета не возникает, она затухает и затухает. Травма-то случилась тоже из-за отсутствия стартов. В другом ключе начинает работать нервная система. В обычном режиме тренировки как расслабление, соревнования как взрыв. И вдруг всё надолго поменялось. Наконец, появилось соревнования, следует взрыв, а спортсменка уже не готова работать в таком режиме…
Но Маша вышла из ситуации достойно, героически. А как она включилась в Токио на высоте 196 сантиметров в третьей попытке, а дальше брала высоту за высотой! Машу я знаю еще с девушек, с 16-ти лет, они ездили в Сингапур на Юношеские игры вместе с Натальей Троневой, краснодарской толкательницей ядра. И тренера Геннадия Гариковича Габриляна знаю, представляю, как они в своем школьном подвальчике в Прохладном тренировались и тренируются. Дай Бог, чтоб Маша еще попрыгала лет 5 и в олимпийском Париже победила.
- Многие называют золото Ласицкене самой яркой медалью для всей сборной России. Я сам в их числе…
- Соглашусь. Борьба-то какая интересная в секторе получилась. Австралийка Макдермот, украинка Могучих, которая тоже имела 2,06. Интрига классная. Левченко, еще одна украинка, тоже могла бороться за победу. Та же Рохас вышла и прыгнула в тройном за 15 метров сразу, отвечать было некому, а здесь борьба длилась до самого конца.
- Что-то еще впечатляющее было для вас на Олимпиаде?
- Трудно что-то выделить. Хоть и был на месте событий, так получалось, что часто находился в неведении. Это одна из отрицательных сторон. В номерах гостиницы не было телевизоров. Присылали знакомые ребята мне ссылку из России на наше телевидение, чтобы по интернету смотреть, однако в Японии она не работала. К нашим спортсменам заглядывал в деревню. Но раньше были мультиэкраны. А сейчас, например, борцы смотрят борьбу, не буду же я просить их переключить на легкую атлетику. Встречал наших кубанских ребят - главного тренера по прыжкам на батуте Алексея Рыжкова, батутиста Диму Ушакова. Они рассказывали, как выступали. Гандболистки работали в своем режиме, к ним неудобно было подходить. Кстати, многолетний лидер сборной краснодарка Анна Сень - это дочка моего ученика. Сергей Сень толкал ядро и метал молот.
- Если вернуться к началу нашего разговора, как вообще оказалась у вас Сима Пуниа?
- Она тренировалась в Майкопе по студенческой визе. Там с ней некорректно поступили, за полгода упал результат с 62-х метров до 50-ти. Связались через знакомых со мной, уговорили взять. И потом мы сработались. Она в Америке побывала, прошла тамошнюю систему. В Индии есть свои тренеры, в том числе приглашенные немцы, украинцы, белорусы. Сима много видела и знает, с ней интересно работать. Она настоящий профессионал - в полном смысле этого слова. Для многих наших ребят - пример. Тот же Александр Лесной говорит: «Сима - профи!» Она платит сама за врачей, массаж.
В ожидании красной ленты
- Раз мы находимся на стадионе «Динамо», не могу не спросить о возобновившейся реконструкции.
- Как всегда у нас бывает, неожиданно заканчиваются деньги. 5 лет назад они закончились, и проект на «Динамо» заморозили. Сейчас торжественно добавили 560 миллионов, до этого миллиард и 220 миллионов потратили. А насколько всё подорожало с тех пор! Только на 30 процентов за последнее время. Ныне всё в проекте удешевляется, хотя раньше амбиции на международные соревнования были. Бьемся, чтобы покрытие современное сделали. Планируется же чисто легкоатлетический стадион, будет натуральный газон на поле, соревнования - только внутренние уже - хотят проводить.
Боюсь, что деньги снова быстро уйдут. Раз не уложились в смету - снова всё заморозят на неопределенный срок. Хотя бьют себя в грудь и говорят, что в сентябре 2022 года рубанут красную ленту! Но это уже пятая попытка, пятый поход за славой. А кусок земли в центре города, сами понимаете, такие фантазии будит у людей с деньгами…
- Вы, метатели, куда переезжаете?
- Мы пока на стадионе КСК будем работать. «Труд» - частный стадион. Туда никто не пустит. Мы экстренно занимались переездом, таскали вещи. Нашли даже такие, что думали они потерялись (смеется). Сейчас лето, многие ребята разъехались, так что работы, на тех кто остался, выпало много. Вот ограничительную сетку с сектора снимали, она тяжелая, жутко вымотались. Ребята говорят: уж лучше тренироваться!
- А ваш зал останется?
- Нет, его будут сносить. Через наш зал будут проходить кабели, теплотрасса. Секторы для метания чуть передвинутся, но останутся. У нас должен быть новый зал под трибуной - он 17 на 25 метров, высота - 7,5. Это согласно проекту. Если ничего не переиначат: ведь под теми же трибунами задуманный легкоатлетический манеж с беговыми дорожками, сектором для шеста в итоге переформатировали под волейбол. У нас - страна-загадка…
Сергей Бакаев

Поделиться ссылкой на статью в социальных сетях: