иконка 6+
Независимая спортивная газета - логотип
RSS-канал

Сайт обновлен 12.07.2019
.: На ГЛАВНУЮ :.
.: №11 от 22.03.05



 
.: Люди и судьбы
Александр Овсянников: рыцарь женского гандбола
Заслуженного тренера СССР Александра Овсянникова можно смело назвать рыцарем гандбола, который много лет без страха и упрека служил и служит любимой игре. Был отличным игроком, стремительным, умным, потом стал одним из лучших тренеров Союза. На педагогический его талант обратили внимание еще в детской спортивной школе, где тренерский дуэт Овсянников - Панов творил чудеса, обыгрывая сильнейшие детские команды страны. Он никогда не любил помпы и парада, находя удовольствие в самой работе: мяч и ученики - главное, остальное неважно. В этом отношении Овсянников напоминает неповторимого баскетбольного маэстро Владимира Кондрашина, которого в свое время чуть ли не насильно привели из ДЮСШ к руководству питерского «Спартака», а потом и сборной.
Великий Турчин был разборчив в гандбольной кухне и несколько свысока относился к коллегам из других регионов страны, но Овсянникова признал сразу. «Головастый парень, таких у нас немного…». Звал в Киев. Предлагали Овсянникову поработать и в знаменитом тогда «Ростсельмаше». Он, как говорят теперь, был востребован. Вместе с Тарасиковым выводил «Сельхозтехнику» в элиту союзного первенства, тренировал дублеров СКИФа, юношескую и молодежную сборные СССР. Потом уехал за рубеж. Возглавлял мужскую национальную команду Египта, поднимал по турнирной лестнице клубы этой страны. Несколько последних лет провел в Кувейте. Не успел возвратиться домой, как пришло предложение из легендарного «Хипо». Кувейт никак не может смириться с потерей классного специалиста. Звонят бесперебойно… В подмосковном Звенигороде, чья «Звезда» уже в суперлиге российского чемпионата, тоже хотят видеть Овсянникова… Он пока отвечает отказом.
Есть, однако, в жизни Овсянникова удивительная страница, о которой с течением времени начинают как-то забывать. Именно Овсянников, работая в краевой специализированной школе гандбола, воспитал целую плеяду игроков, составивших стержень краснодарской команды мастеров на долгие годы: Наталью Анисимову (Гуськову), Татьяну Джанджгава (Шалимову), Галину Борзенкову (Тян), Галину Оноприенко (Живило), Любовь Ярославцеву, Татьяну Шохину, принесших Краснодару и краю союзную и европейскую известность. Первые четверо стали гордостью не только Кубани, но и отечественного гандбола - у них мировая слава…
Я изменил боксу ради гандбола
- Александр Иванович, гандбол ваша первая любовь?
- Нет, я, как и многие мои сверстники, бредил боксом. Не скажу, что мечтал о славе Изосимова или Шаткова. Просто очень хотел стать сильным. Драться я вообще-то не любил. Но настоящий бокс - не драка, а… шахматы в кожаных перчатках. Побеждают не те, кто машет кулаками, а те, кто лучше думает, кто быстрее и хитрее. Я это понял на первом же занятии. А занимался я у Владимира Михитаровича Киркорова, впоследствии одного из лучших тренеров Союза. Он великолепно разбирался в боксе, был мягким, добрым человеком, отдавал нам душу и сердце. И, конечно, мы его тоже очень любили. Я летел на тренировку, как на крыльях, а потом вечерами долго не мог уснуть, мысленно воспроизводя тренировочные бои. Искал ошибки, анализировал.
- Синяки и шишки, разбитый нос нередко разочаровывают тех, кто еще вчера рвался на ринг…
- Не знаю, я гордился своими ранами, полученными в честном спортивном бою. Мне безумно нравились наши бескомпромиссные поединки, поговаривали, что я подаю надежды. Вы же понимаете, что значила такая похвала для мальчишки. Я неистово продолжал тренироваться. Киркорову даже приходилось сдерживать мой пыл.
- Чем же тогда объяснить ваш уход из любимого бокса, который вы променяли на не очень популярный тогда гандбол?
- Однажды перед отъездом на какие-то соревнования у меня неожиданно обнаружилось повышенное давление, и я остался дома. «Отдохни, Саня», - сказал мне Владимир Михитарович. Если бы он только знал, чем все это может кончиться, то наверняка взял бы меня с собой…
- И что же могло так круто изменить вашу судьбу?
- Не произошло ничего особенного. Мне не удалось воспользоваться советом любимого тренера - вот и все. В эти дни проходило городское первенство среди школьников по гандболу. Юрий Николаевич Корчагин, преподаватель физкультуры 60-й школы, где я учился, подошел ко мне: выручай, мол, ты только попробуй, а там видно будет. Я попробовал и… остался: незнакомая игра заворожила меня. Атлетизм, высокие скорости, красивые комбинации, броски в падении… Киркоров уговаривал меня вернуться на ринг, не делать глупостей, но я уже сделал свой выбор. Хотя, признаюсь, порой скучал по рингу, по удару гонга. Иногда чувствовал себя человеком, совершившим предательство. Потом боль ушла. Правильно, наверное, говорят, что время лечит. Владимир Михитарович, встречая меня, о боксе больше не заговаривал. Только один раз не выдержал: «Я вижу, в гандболе у тебя получается вроде неплохо, но в боксе у тебя тоже было будущее». Защемило сердце, что говорить. Как видите, мое появление в гандболе, скорее, случайность, чем закономерность.
- А как сами считаете, смогли бы вы достичь на ринге таких же высот, что и в гандболе?
- Да кто же это может знать? То, что я ни о чем не жалею - точно. А время, отданное боксу, не считаю потраченным зря. Ринг - хорошая школа, она мне в гандболе пригодилась.
Команда, без которой мне не жить
- За гремевший на весь Союз «Буревестник» вы так и не сыграли…
- Там была звездная компания, и прорваться в команду удавалось далеко не всем желающим. Мне, к сожалению, тоже. Овсянников, видно, тренерам «Буревестника» не показался. И все же я доволен своей карьерой игрока. «Урожай», за который я выступал, считался одной из сильнейших команд России. Моими партнерами были Александр Долгий, Владимир Репьев, Владимир Кияшко, Игорь Домашенко, Александр Козка, Илья Миронский, Нух Ешугов, Василий Тхорев, Василий Зубарев, Евгений Трефилов, Александр Фролов… Мы играли в охотку, с настроением, как бы в свое удовольствие, но бились всегда. Хорошее было время…
- «Урожай» не сумел пробиться в высшую лигу чемпионата СССР…
- Так ведь никто перед нами такой цели и не ставил. Но нашу команду уважали, в том числе гордый «Буревестник», сменивший свое прежнее название на «Университет». И выигрывали мы кое-что. Чемпионами ЦС «Урожай» были, призерами первенства РСФСР. Зрители с удовольствием ходили на нашу команду. Знаете, в чем ее особенность была? В демократичности, раскованности, что ли. Через нее проходили многие известные игроки. Кто-то играл здесь на закате своей карьеры, не желая расставаться с гандболом, для кого-то, например, для Володи Репьева, «Урожай» служил своеобразным трамплином. Многое сделали для «Урожая» Валентин Михайлович Шиян - легенда советского гандбола - и Виталий Крохин - в прошлом лидеры «Буревестника», ныне заслуженные тренеры СССР.
- А чем была эта команда для вас?
- «Урожай» - моя молодость. Команда, без которой мне не жить. Со многими у меня сохранились добрые отношения. С Кияшко, арбитром высочайшего международного класса, мы дружим семьями. Завершив блистательную судейскую карьеру, Володя свои недюжинные организаторские способности проявил в пляжном гандболе. По существу он в одиночку поднял этот вид спорта на Кубани, вдохнул в него жизнь. Команда, которую он тренировал, выиграла Кубок России, становилась серебряным призером первенства страны. Сборная страны, в которой Кияшко отведена роль второго тренера, выиграла чемпионаты мира и Европы. Вообще я хочу сказать, что из «Урожая» вышло много талантливых людей. Евгений Трефилов, а никто другой, вместе с Виталием Крохиным сделал женскую сборную чемпионом мира, Александр Фролов успешно работал с юношескими и юниорскими командами страны, а сейчас возглавляет СКИФ, Владимир Репьев - серебряный призер Олимпийских игр, кандидат технических наук… За «Урожай» также играли Нух Ешугов, Александр Козка, Александр Долгий, Игорь Домашенко, Юрий Полулях, Константин Симанович…
Корчагин мог научить даже медведя
- Вы выбрали тернистую дорогу тренера…
- Поверьте, это невозможно: тренироваться у Корчагина и не стать тренером. Заслуженные тренеры СССР, мои одногодки Виталий Барсуков, Александр Тарасиков, Виталий Крохин - тоже «дети» Корчагина, как и заслуженный тренер России Юрий Безуглов, в прошлом замечательный игрок, партнерами которого были Владимир Максимов, Валентин Шиян, Геннадий Барышев, Валерий Гассий, Владимир Морозов, Ефим Гринберг - выдающиеся мастера. Корчагин - педагог милостью божьей. Эрудированный, интеллигентный, в игре для него не существовало секретов. Он ее изнутри чувствовал. По-моему, у такого специалиста даже медведь заиграл бы: в умении объяснить, научить, право, не знаю, кто может сравниться с Корчагиным. Не случайно великий Максимов называет его среди своих тренеров. Юрий Николаевич учил нас, пацанов послевоенного времени, не только броскам, комбинациям и прочим гандбольным премудростям… Он учил жизни. Думаю, в том, что никто из нас не свернул на обочину, его заслуга. Корчагин - Учитель с большой буквы. Кто еще может похвастаться тем, что среди его учеников четыре заслуженных тренера СССР?! Кстати, все они пришли именно в женский гандбол, в котором работал Корчагин. Так что не будет преувеличением сказать, с Корчагина началось создание женской гандбольной школы на Кубани...
Мне вообще повезло с тренерами. До Корчагина моим наставником, как я уже говорил, был Киркоров, умный, порядочный человек. Немало полезного я извлек и работая в СКИФе под руководством Шияна. Михалыч - академик гандбола. Так и наслаивалось все хорошее.
- Какие, по-вашему, качества должны отличать детского тренера?
- Все начинается с любви. К делу, ученикам… Верно, эта фраза уже набила оскомину, но по-другому не бывает. Душа ребенка открыта, надо только прочувствовать ее, понять. Вообще женский тренер - особая статья. Нельзя приходить на тренировку плохо выбритым, в несвежей сорочке, помятых брюках. Это дурно в принципе, но в женской команде просто недопустимо. Девчонки все подмечают и ничего не прощают. Корчагин в этом отношении был просто идеален: джентльмен, всегда словно в театр собрался или на торжественный прием…
- Ваши ученицы говорят, что Ксаныч, как вас называли они между собой, никогда не повышал голос…
- Крик унижает обе стороны и, в первую очередь, тренера. Крик - признак слабости. Наорать нетрудно, куда сложнее заставить ребенка поверить в себя, свои возможности. Мой метод прост: убедить, доказать, показать. Корчагин, кстати, действовал именно таким образом.
- Ваши воспитанницы побеждали в детских всесоюзных соревнованиях…
- Впервые команда краснодарской спортшколы, которую мы тренировали с Александром Пановым, победила в Андижане. Потом девочки еще четыре раза становились чемпионками Союза среди ДЮСШ в своей возрастной группе. Результаты, однако, не были самоцелью. Мы стремились к главному: увлечь девчонок гандболом, сделать так, чтобы они полюбили спорт, дело, которым занимаются. К тому, чтобы юные спортсменки получали определенное техническое и тактическое образование, то есть преследовалась одна цель - заложить основы гандбольной школы, спортивного характера.
- Кое-кто, однако, считает, что из стен СДЮШОР должны выходить готовые игроки для команд мастеров…
- Манны небесной все хотят. Но природа так устроена, что любое созревание идет постепенно: сначала бутон, потом - роза. С человеком то же самое происходит. Как правило, необходимо время, чтобы вчерашние школьники возмужали нравственно и физически. И неслучайно в спорте существуют переходные возрастные категории: юноши, юниоры, молодежь… Андрей Лавров, Татьяна Шалимова, Наталья Гуськова - это не правило, а редчайшее исключение из него.
Я искал девочек худеньких,как тростинка
- Как вы находили своих будущих учениц, как удавалось разглядеть в них задатки чемпионок?
- Меньше всего я обращал внимание на атлетические данные, благодаря которым они быстро добьются определенного результата. Такие девочки, конечно, тоже были, но это - исключение. Напротив, меня больше интересовали девочки худенькие как тростинка. Прогресс должен быть гармоничен с физическим развитием, постепенным… Я пытался отыскать какие-то особенные черты.
- Интересно, чем же привлекли ваше внимание Гуськова, например, или Шалимова, Тян, Живило - будущие чемпионки мира?
- Чтобы познакомиться с девочками, я просил школьного учителя предложить поиграть им в баскетбол. Гуськова обратила на себя внимание скоростными качествами, резкостью. Я еще подумал: и откуда у этого хрупкого создания столько прыти? Меня также поразила ее кисть: длинные пальцы, необычайно гибкие, цепкие… И еще светлая голова. Она соображала мгновенно, принимая единственно правильное решение в любой ситуации. Таня Шалимова потрясла меня своей невозмутимостью. Гандбольных ворот не было, их нарисовали по моей просьбе на стене: мячи свистят, словно пули над головой, а она стоит себе и глазом не моргнет, будто сфинкс. Ну, думаю, вот это нервы. С обеими, кстати, у меня возникли проблемы. Гуськова занималась музыкой, и мама беспокоилась за ее пальцы. Мама Шалимовой очень не хотела, чтобы ее дочь была вратарем. Кому хочется, чтобы его ребенок становился своеобразной мишенью?! Слава Богу, мы нашли взаимопонимание. Впрочем, с Гуськовой помог случай: уехал преподаватель музыки, и все решилось как бы само собой.
Пластичность движений, гибкость выделяли среди сверстниц Тян. Живило пленила сообразительностью, ловкостью. Но, конечно, нам с Пановым и в голову не приходило, что эти девочки станут чемпионками мира, а Гуськова и Шалимова - настоящими звездами, от которых светло на всей гандбольной планете.
- Детские команды Краснодара опережали знаменитую школу киевского «Спартака», находившуюся под патронажем легендарного Игоря Евдокимовича Турчина, это о многом говорило…
- У нас в тот момент были очень сильные девочки, которые потом и подняли «Кубань» на серьезную высоту, сделали ей имя в Европе. А Турчин - глыба. Вспоминаю Всесоюзную спартакиаду школьников в Вильнюсе. Сборная России, одним из тренеров которой был я, только что обыграла в финале сборную Украины. Секретарь соревнований вписывает в турнирную таблицу последние результаты. И в этот момент в зале появляется запоздавший Турчин, чтобы поздравить свой резерв с золотыми медалями. Великий, всемогущий тренер смотрит на табло, потом в протокол и… не верит своим глазам. Ты ошибся, говорит он секретарю. А тот хладнокровно парирует: да нет, Игорь Евдокимович, все правильно. Стоящий рядом Владимир Максимов, гостренер республиканского спорткомитета, с присущими только ему юмором и иронией придает событиям неподражаемую окраску…
Турчин звал меня в Киев, и не один раз
- Скажите, Александр Иванович, работа с командами мастеров вас не прельщала?
- Признаюсь, я не люблю этого вопроса. О «Кубани» говорить не хочу - дело тонкое, слишком много нюансов. Да, было время, мы работали с Тарасиковым, вместе выводили команду в высшую лигу. Но потом наши пути разошлись. Мы просто перестали понимать друг друга.
- Но вас хотели видеть в других городах…
- Верно, хотели. Меня настойчиво приглашал в «Ростсельмаш» знаменитый Леомарк Невядомский. И вообще Ростов-на-Дону не скрывал, что заинтересован в моей персоне. Республиканский спорткомитет тоже проявлял в этом вопросе активность. Я же долго не соглашался - не хотелось уезжать из родного города, а когда дело, казалось, было слажено, у меня возникла сложная ситуация дома: тяжело заболели родители.
- А что за ситуация с киевским «Спартаком»? Турчин редко к кому бывал расположен, а вам, говорят, сделал предложение. Это правда?
- Турчин действительно звал в Киев, и не один раз. Только не в «Спартак», а в другую столичную команду высшей лиги: предлагал возглавить «Автомобилист». Гарантировал двухкомнатную квартиру, но с одним условием. Со мной должны были приехать Гуськова и Шалимова.
- И что вас смутило?
- Многое, если не сказать все. Я не мог пойти против своей совести. Не для «Спартака» мы с Пановым растили этих спортсменок.
- Турчин обиделся?
- Наверное. Во всяком случае, долго не мог забыть. Как-то наши пути пересеклись в Норвегии, и Игорь Евдокимович опять возвратился к этой теме. Но я уже работал с молодежной сборной Союза…
- Семь лет в СКИФе тоже не выбросишь из жизни…
- Не выбросишь, это точно. С 1981 по 1988 год. Это было счастливое время. Шиян и Крохин - творческие люди, а в команде было немало молодых перспективных ребят: Дмитрий Филиппов, Юрий Садовский, Дмитрий Калязин, Виктор Николаев, Тимур Сохт, Андрей Бычков… Работалось легко.
Работу в Египте начал со скандала
- И вдруг ваша тренерская судьба круто изменилась. Что заставило уехать за рубеж?
- Я уехал в начале 90-х, когда все стало таким непонятным, неопределенным, нравственные ценности приобрели иную окраску. В Краснодаре к тому времени оказался явный перебор специалистов. Поэтому, когда в Госкомспорте СССР предложили потрудиться за границей, отказываться не стал. Хотелось самостоятельной работы. Познание того или иного народа всегда интересно само по себе, а меня приглашали в Египет - страну весьма любопытную, с богатейшей историей, уникальными культурными ценностями. А еще привлекало то, что в Египте решили серьезно взяться за развитие гандбола. Правда, конкретный адрес моей зарубежной командировки я узнал позже, а когда оформлял документы, известно было, что это будет одна из африканских стран…
- Вам сразу предложили возглавить национальную сборную?
- Совершенно верно, и времени на раздумье не было. Египтяне изъявили желание познакомиться с кандидатом уже на международном турнире «Кубок России» в Новороссийске, который начинался буквально через несколько дней. На месте разобрались быстро, представитель национальной гандбольной федерации тут же положил передо мной условия контракта, видимо, не зная, что в нашей стране это делается немножко не так. Формальности уладили в Москве через «Совинтерспорт» с помощью посольств обеих стран и вскоре я оказался уже в Каире.
- Появление советского тренера, вероятно, не прошло незамеченным…
- Газеты откликнулись тут же, но настолько своеобразно, что я оказался в неловком положении. А ситуация была совершенно безобидной. Журналисты спросили меня о том, что я думаю о гандболе в Египте, и я искренне поделился своими первыми впечатлениями: мол, лидеры уже давно так не играют. Мои собеседники согласно закивали, а на следующий день в газетах появилось примерно следующее: «Советский тренер обвиняет национальную гандбольную федерацию Египта…». Прозвучало сильно, и резонанс был соответствующим. Пришлось объясняться, так сказать, восстанавливать статус-кво…
- Повлиял ли этот эпизод на ваши взаимоотношения с прессой в дальнейшем?
- Отношения наладились быстро и в течение многих лет, которые провел в этой стране, мы жили дружно, прекрасно понимая друг друга. Да, собственно, и в том эпизоде никакого коварства со стороны газетчиков не было. Они действовали в рамках существующих здесь традиций, пытаясь сделанным заявлением поднять мой авторитет… Египетская печать очень много пишет о гандболе. Причем оперативно: отчеты о матчах первенства страны появляются уже на следующий день. В субботних номерах выделяется специальная страница для гандбольной тематики. В этом отношении сегодняшней России далеко до Египта. Убежден, в том, что египетский гандбол стремительно выдвинулся в число сильнейших в мире, роль прессы, постоянно разжигающей интерес публики и общества, наконец, чиновников, велика.
- Судя по тому, что вы рассказываете, гандбол уже тогда был в Египте довольно популярным видом спорта?
- В этой стране, как и в большинстве других на любом континенте, культ футбола. Даже матчи юношеских команд могут собрать 50 тысяч зрителей, а то и все сто. Когда же встречаются сильнейшие клубы, ажиотаж поднимается необыкновенный… Гандбол в популярности футболу уступает, но тоже, поверьте, не обижен вниманием зрителей и руководителей физкультуры и спорта. Чемпионат страны проводится в двух лигах в два круга с разъездами. По той же системе организован розыгрыш Кубка. Для игры есть великолепные залы, и когда на площадке ведущие клубы, трибуны заполняются до отказа. Тон задают «Замалик» и «Агли» из Каира, а также «Порт Саид» - в них собраны все лучшие силы.
- Вас что-нибудь еще удивило в Египте? Я имею в виду гандбольную жизнь…
- Когда я увидел первые состязания, был просто сражен их чудной организацией. Довольно быстро я имел возможность убедиться, что это норма. Удивительно то, что все делается на общественных началах энтузиастами спорта. Полной неожиданностью для меня явился и высокий уровень судейства. Лучшие арбитры, на мой взгляд, ни в чем не уступают своим именитым коллегам из других стран. Тренерская школа слабее, тем не менее, специалисты из Египта выезжали работать за границу, в частности, в Саудовскую Аравию. Все это довольно любопытно, учитывая то, что египетская федерация сама рассчитывает на иностранных экспертов. Моими предшественниками, например, были тренеры из Польши и ГДР. Потом приехал Фриц Тидеманн, гандбольный маэстро, тренер мирового калибра. Одно время мы работали вместе, потом я принял клубную команду…
- Чем вы занимались, когда сборники находились в своих клубах?
- Читал лекции, проводил семинары, искал таланты…
- Каким образом оплачиваются услуги ведущих игроков и гандбольных тренеров?
- В египетском гандболе нет профессионалов. У спортсменов и тренеров есть основная работа, за которую они получают деньги. Гандбол - своего рода хобби, но серьезное. Занятия - шесть раз в неделю, выходной один - пятница. Нет привилегий и у наставников клубных команд, они - настоящие любители.
- Насколько престижна в Египте работа тренера?
- У тренера неограниченные права на период контракта. Он единолично решает судьбу игроков и все остальные проблемы спортивного характера. Организационные вопросы не его забота. Инвентарем, оборудованием, базой, другого рода необходимыми в жизни команды деталями занимаются менеджеры. Как в сборной, так и в клубе. Тренеры сборных подчиняются национальной федерации, можно сказать, находятся в полной ее власти. Если не выполнена поставленная задача, увольнение следует незамедлительно, независимо от авторитета и прочих регалий. Судьба клубных тренеров в руках руководства клуба.
- Как складывались у вас отношения с игроками сборной?
- Дисциплина меня никогда не беспокоила, с этим здесь все в порядке. Что касается учебно-тренировочного процесса, то игроки ничего не принимают на веру - они сами должны убедить в практической пользе задания. Я быстро привык к этой национальной особенности, и у нас установились добрые творческие отношения.
Кувейт: самое трудное - собрать игроков на тренировку
- Египетский период был безоблачным, как вдруг вы уехали в Кувейт…
- Причина прозаического характера. Мой клуб перестал платить в валюте. Произвести же обмен местных денег можно было только… на черном рынке, а это - существенные потери, да и не поощряются здесь подобные вещи. Честно говоря, покидать обжитой Египет, где гандбол уже обрел популярность, а я давно стал своим человеком, не хотелось. Но что-либо изменить оказалось не по силам даже Хасану Мустафе - президенту национальной федерации гандбола и президенту ИГФ. Такова экономическая обстановка в стране. Тут же возникли интересные предложения из ряда стран.
- Вы отдали предпочтение Кувейту…
- Просто менеджеры из этой страны оказались более расторопными. Они быстро примчались в Каир, и мы подписали контракт, устраивающий обе стороны.
- Что за команду вы приняли?
- Название у нее немудреное - «Арабик». Типичный середнячок: с 1999 года не поднималась выше девятого места, что явно не удовлетворяло руководство клуба. Мне сказали, что это не место для «Арабика» - надо подниматься выше. Познакомившись с игроками, я сказал, что для этого придется заменить… всех игроков - тогда прогресс пойдет более высокими темпами. Президент клуба пожал плечами: может быть, но это невозможно. Я уже хорошо знал арабов: спорить было бессмысленно. И мы начали работать. Это легко сказать - начали. Знаете, что самое трудное для тренера гандбольного клуба в Кувейте? Собрать на тренировку и даже на игру. Их, взрослых мужчин, надо заинтересовать, убеждать, как маленьких детей. Если игрокам тренер не по душе, они сами вправе решать его судьбу. В таком случае есть два варианта. Тренер может уезжать в свою страну, но тогда ему выплачивается лишь половина годичного контракта. Если же хочешь получить все, приходи вовремя в офис и оставайся там до конца рабочего дня. И так в течение всего года. В Кувейте совершенно иные порядки, чем в Египте.
- Каковы же рычаги управления командой?
- Только моральные. Мои занятия должны понравиться игрокам - это единственный способ чего-то добиться. Обращаться к руководству не имеет смысла. Ответ известен заранее: мы тебе платим деньги, а как показать нужный результат, решай сам. Это - твои проблемы.
- Вы, похоже, поладили, если проработали не один год?
- Да, у нас самого начала сложились добрые отношения. Богатый египетский опыт сыграл свою роль. Я уже неплохо понимал арабскую душу. В своем первом чемпионате под моим руководством «Арабик» занял пятое место. После девятого - успех. Президент клуба не скрывал радости. Уверен, поднялись бы выше, но случилось несчастье - погиб один из лучших игроков команды. Зато «Арабик» овладел двумя другими престижными трофеями - Кубком парламента и Кубком федерации. В обоих финалах нашим соперником был клуб «Казма» - бронзовый призер первенства, и оба раза гандболисты «Арабика» победили в дополнительное время с минимальным преимуществом. В Кубке парламента разыгрывались 30 тысяч долларов. Эту сумму выделил шейх Харфи, председатель парламента. Призовые распространяются только на игроков. В общем, после первого сезона я получил от руководства клуба своеобразный карт-бланш.
- Насколько высока зарплата игроков?
- Они не получают ни одного динара - чистые любители. Исключение сделано лишь для ветерана клуба Аисы. Ему платят 300 долларов месяц. Для человека, у которого пять автомобильных магазинов, это символическая плата. Президент клуба твердо стоит на своем: кому не нравится, пусть уходит. Однажды гандболисты национальной сборной, с которой целых три года успешно работал Анатолий Николаевич Евтушенко, специалист с мировым именем, забастовали, не получив обещанной премии. Чем это все закончилось? Всех игроков дисквалифицировали пожизненно, кроме уже известного вам Аисы. А Евтушенко отправился в Москву.
- Каков уровень гандбола в Кувейте?
- Думаю, пять первых команд национального первенства не потерялись бы в российском чемпионате, но медалей бы не выиграли. Остальные значительно слабее.
- Какими были ваши бытовые условия?
- Я бы сказал, в этом отношении все было замечательно, как и в Египте. Прекрасная трехкомнатная квартира - ее снимал клуб, автомобиль «Мицубиси»… Все идеально, а вот к жаре привыкнуть трудно. Когда я приехал, термометр показывал плюс 60 градусов! Правда, здесь везде кондиционеры: в квартирах, офисах, машинах, залах… Самое трудное - добраться до машины.
- Восток, как известно, дело тонкое. Как вам удавалось находить общий язык - и в Египте, и в Кувейте?
- Если честно, то и сам не знаю. Но, видимо, неплохо получается, если проработал больше десяти лет. Никому из зарубежных специалистов продержаться так долго не удавалось.
- Вас не хотели отпускать, и все-таки вы уехали. Почему?
- Известные военные события сыграли свою роль. В Кувейте стало довольно опасно. Да и домой потянуло. Я всегда верил, что в родном Краснодаре для меня найдется работа.
- Вас устраивает то, чем сейчас занимаетесь?
- Я работаю в гандбольном клубе, тренирую женскую команду высшей лиги российского первенства. Есть очень перспективные девочки. Уверен, у них хорошее будущее. Уверен и в том, что Краснодар вновь может вернуться на лидирующие позиции, если навести порядок в гандбольном хозяйстве.
- Вы работали со многими командами в мужском и женском гандболе. Как сами считаете, какой вы больше тренер - женский или мужской?
- В душе, по сути своей - я все же женский тренер…
Виктор Доброскокин