иконка 6+
Независимая спортивная газета - логотип
RSS-канал

Сайт обновлен 9.11.2018
.: На ГЛАВНУЮ :.
.: №23 от 30.11.04


 
.: Люди и судьбы
Николай Рассказов: «Открыватель талантов»
Немногие, наверное, знают, что благодаря этому человеку в краснодарском «Нефтянике», а потом и «Кубани» появились и заиграли Юрий Горин, Аркадий Мангасаров, Хамза Багапов, Александр Шадчин, Владилен Никитин, Леонид Пахомов - футболисты бакинской закваски, а также Василий Костылев. Все они стали лидерами команды, ее гордостью, любимцами болельщиков и специалистов футбола. Он же позвал в команду Марата Галояна и Леонида Тарасенко…
Рассказовскую «Кубань»-58 можно сравнить с «Кубанью» Владимира Горохова и Станислава Шмерлина образца 1962 года, ставшую чемпионом России и завоевавшую путевку в класс «А». И сегодня старожилы спорят о том, какая из этих двух команд была ярче, сильнее.
Рассказов, сам прекрасный игрок, обладал потрясающей интуицией на таланты, он практически безошибочно мог сказать, кто заиграет, а кто так и останется подающим надежды. Команды, которые Николай Тимофеевич тренировал, предпочитали игру комбинационную, размашистую, с акцентом на атаку. Иначе и быть не могло у тренера-форварда.
…Говорят, его игра буквально сводила с ума болельщиков. Стремительный, резкий, с хлестким ударом, умелой обводкой Николай Рассказов, правый край сначала бакинского «Темпа», а потом послевоенного «Нефтяника», являлся настоящим бедствием для вратарей и защитников команды соперников. Завоевать симпатии в футбольном Баку совсем непросто, а тем более, когда среди твоих партнеров Алекпер Мамедов, Юрий Кузнецов, Исай Абрамишвили, Наум Наумцев, Владимир Кармаев, Артем Маркаров - этих футболистов знала вся страна.
Он повесил бутсы на гвоздь раньше, чем это следовало сделать. Не по своей вине, не потому, что устал от футбола, и не потому, что в услугах его не нуждались. Война (старшина-артиллерист Рассказов все 250 дней провел в осажденном Севастополе, мужественно защищая город в составе седьмой морской бригады) оставила свой след, хоть и зарубцевались раны. Неожиданная болезнь ускорила развитие событий.
Конечно, Рассказов остался в футболе, стал тренером. Выяснилось, что он талантливый педагог, толковый специалист, умеющий открывать и растить игроков, создавать интересные команды, способные радовать болельщиков и добиваться высоких результатов. Два «Нефтяника» - бакинский и краснодарский, новороссийский «Цемент», майкопская «Дружба», махачкалинское «Динамо» - клубы, с которыми связала его судьба, в которых прошли его лучшие годы жизни. Яркий след оставил Рассказов и работая в краевой ДЮСШ. Богатейший опыт, уникальные знания Николай Тимофеевич щедро передавал молодым коллегам тренерам, юным футболистам.
Как тренера, Рассказова высоко ценили не только в Краснодаре, но и в Москве, Ленинграде, Киеве, Минске, во многих городах России и, конечно, в Баку - городе, в котором он был кумиром болельщиков. В 1957-м году Рассказов возглавил сборную РСФСР на турнире сборных команд класса «Б» в Ужгороде, в 1968-м он был старшим тренером сборной третьей и четвертой зон класса «Б» на республиканском турнире во Владимире, работал селекционером сборной РСФСР.
Рассказову первому на Кубани было присвоено звание заслуженного тренера России по футболу.
Уйдя на пенсию, Николай Тимофеевич внимательно следил за тем, что происходит на футбольных аренах страны, всегда был в курсе всех событий. Особенно трепетно он ждал новостей из «Кубани». Как мальчишка, радовался ее удачам, тяжело переживал поражения. Она - его боль, его любовь.
Рассказов - это кладезь футбольных идей. Его суждения отличались свежестью, сочностью, неординарностью. К сожалению, мнение известного специалиста, как только он ушел из «Кубани», уже мало кого интересовало. Это обижало Николая Тимофеевича, который никак не мог поверить в то, что футбол может обойтись без него, не смирился со своей ненужностью.
19 декабря этого года Рассказову исполнилось бы 83 года. Фронтовик, он так мечтал встретить 60-летие Великой Победы… Судьба, увы, распорядилась иначе…
Это интервью - результат многочисленных наших встреч, долгих бесед, телефонных разговоров… Мне попался на глаза старый блокнот, и, разбирая слова на пожелтевших страницах, я понял неизбежность еще одной газетной публикации об этом замечательном человеке, незаурядном игроке и тренере. Рассказов - важная часть истории футбола на Кубани, о которой мало что известно новому поколению.
- Николай Тимофеевич, скажите, что вы, фронтовик, испытываете каждый раз, встречая очередную годовщину Дня Победы, наш великий праздник, который и вы лично «приближали, как могли»?
- Мои чувства сродни чувствам многих моих сверстников, уцелевших на той страшной войне. Я горжусь тем, что наша многонациональная страна, выдержав поистине нечеловеческие испытания, выиграла ту жестокую битву за жизнь и свободу у лютого врага. Я счастлив, что могу поднять бокал за то, что совершил советский народ, поставив на колени фашизм. А печаль - от страшных потерь. Война отняла у меня двух братьев, нет больше близких друзей, товарищей. Миллионы людей сотен национальностей полегли на полях сражений. Вы знаете, мне никогда, а тем более в 1945-м, и в голову не приходило, что 50-летие Победы мы будем отмечать стоя на коленях перед Западом, в такой экономической разрухе, опозорив себя расстрелом соотечественников, когда беспредел стал нормой жизни, а подростки - будущее страны, - бросив школу, начали торговать водкой и сигаретами. Прошло еще пять лет, а что изменилось? Беспризорных сейчас больше, чем после гражданской войны. Да где же мы гордость потеряли, где наше национальное, наконец, человеческое достоинство? Нет, не о такой жизни мы мечтали, идя в смертельный бой и возвращаясь с войны…
- Что особенно цепко держит память из того страшного времени?
- Все, абсолютно все. Удивительное братство людей, сплотившихся в минуту опасности. Это редкая, несокрушимая сила. Русских, украинцев, белоруссов, грузин, армян, азербайджанцев, казахов, молдаван, узбеков, туркмен, татар, таджиков, евреев, осетин, дагестанцев, адыгов… - нас объединяло одно: любовь к Родине, родной земле. И нет в жизни человека чувства более святого. Мы искренне верили в то, что наше дело правое. И потому победили. Храбрость наших солдат не знала границ. На такое не способна никакая профессиональная армия, пусть даже прекрасно обученная, оснащенная даже самым современным оружием, ибо солдатский дух - превыше всего. А ведь кое-кто сегодня, пользуясь возникшим хаосом в стране, пытается, причем нагло, в открытую, принизить значимость Победы над фашизмом, героизм бойцов и всего советского народа. Отбрасывая главное, отыскивая низменное, отдельные просчеты, концентрируя внимание на ошибках военачальников. Конечно, все это было, жизнь суровая штука и не всем удается пройти по ней с высоко поднятой головой. Но факт остается фактом: шла действительно народная со стороны Советского Союза война, и мы в ней победили, заплатив за это страшную цену. Я просто немею, когда слышу о том, что власовцы не предатели: они, мол, таким образом боролись против ненавистного им коммунизма. Вот так. Словно и не было душегубок, газовых печей, в которых уничтожали наш народ, в том числе и детей, грудных младенцев, будто не топтали гитлеровские сапоги наши города и села, огнем сметая все на пути, со звериной жестокостью пытаясь заставить человека забыть о том, что он человек. Выступления в защиту власовцев - пощечина всем фронтовикам. Почитаешь иные статьи, книги, - ужас охватывает, смятение. Командиры - хамы, неучи, солдаты тупы и трусливы, партизанское движение - интриги большевиков. Пардон, а как же мы тогда войну выиграли, и кто ее выиграл? Может, те, кто продает сегодня национальные богатства страны, выпрашивая подачки у Запада? Кощунственно все это, безнравственно, не по совести…
- Вам чувство страха было знакомо?
- Понимаете, война сама по себе страшна. Запах крови и пороха, изуродованные тела, думаю, еще никому не приносили радости и спокойствия. Трусость, животный страх - это другое. А когда на глазах прямое попадание разрывает тело твоего друга, с которым ты еще минуту назад перебрасывался парой слов, - не дай Бог никому пережить такое. Однако ко всему привыкаешь. К ежедневным, жестоким боям - тоже. А мы были молоды, на груди у нас были тельняшки, и мы знали, что, пока не разобьем врага, другой жизни быть не может. Помню, как однажды бомба разорвалась совсем рядом - живы остались чудом, но испугаться не успели - так все молниеносно. А когда нас откопали, когда мы пришли в себя, стали смеяться, подшучивать друг над другом…
- Наверное, случались и критические моменты?
- Извините, на войне - как на войне.
- Расскажите о боевом эпизоде, который вам особенно запомнился?
- Это в футбольном матче можно выделить отдельные ситуации, моменты, а в таком деле, как война… Хорошо, конечно, помню первый бой под Бахчисараем. Нам удалось остановить гитлеровцев, отразив несколько бешеных атак. После этого появилась какая-то яростная уверенность в себе.
- А как вы, бакинец, оказались в Севастополе в первые дни войны?
- По приказу военкомата нас, 22 человека, среди которых был и известный футболист Исай Абрамишвили, направили в Севастопольское высшее морское училище. Правда, там после жесткого отбора оставили всего четверых. Проучились три месяца, а потом - досрочный выпуск в звании старшины и - война во всей ее красе…
- О чем вам не хочется сегодня вспоминать?
- О предательстве начальства, по вине которого многие защитники Севастополя попали в плен. Я бежал уже из Германии и вернулся к своим уже прямо на передовую. Конечно, была проверка по всем законам военного времени. Когда все закончилось, майор, возглавлявший комиссию, сказал: «Рассказов, ты герой, но Звезды тебе не дадут».
- В дальнейшем у вас в связи с пленом возникали проблемы?
- Несущественные. Когда в бакинском «Нефтянике» выбирали капитана команды, ребята проголосовали за меня, а руководители испугались. Даже звонили куда-то - советовались и в весьма деликатной форме дали понять, что Наумцев, кстати, единственный мастер спорта в команде, больше подходит для этой роли. А вообще, говорят, существовал секретный приказ Сталина репрессий к севастопольцам не применять.
- Вы часто выезжали в Севастополь на встречи со своими друзьями-однополчанами?
- С каждым годом все реже и реже. Теперь это, увы, просто невозможно. Зарубежье, дикие цены. Я не могу повидать родную сестру в Баку. Какую страну развалили - уму непостижимо!
- В вашем появлении в футболе есть какая-то изюминка?
- Да нет, какая там изюминка. Футбол такая игра, что никого не оставляет равнодушным. Вот и я пацаном пристрастился. В наше время какие развлечения. Все мальчишки гоняли мяч с утра до позднего вечера. Правда, в том, что я стал игроком команды мастеров, известным тренером, есть улыбка фортуны. Мои корни - в Пензенской области. Я родился в селе Ключи. Можно только гадать, как сложилась бы моя судьба, останься мы в нем на всю жизнь, или окажись где-нибудь на Урале, Сибири в таком же маленьком населенном пункте - вдали от больших футбольных дорог. Но на мое счастье, наша семья переехала в Баку. Мне было в ту пору девять лет. А представить Баку без футбола невозможно. Он такая же неотъемлемая часть этого огромного южного города, как и Каспийское море…
Считаю нужным сказать, что я рос в большой, дружной семье: нас у родителей было шестеро. Четыре брата и две сестры. Отец плотничал, да и вообще умел все, что делают мужики в деревне. Сеять, пахать… Приучал к этому и старших братьев. Они кормили семью. Так было в Ключах, так было и в Баку. Мама, конечно, не работала - дома необходима была женщина. Спортом занимались двое: Филипп, ставший впоследствии неплохим боксером, воевавший потом в лыжном батальоне, и я. Меня почему-то оберегали от всех домашних забот, а мое увлечение футболом дружно поощряли. А тут еще вроде и способности наблюдались, по крайней мере, меня еще мальчишкой пригласили в «Темп», который наряду с «Нефтяником» считался ведущей командой республики и играл в классе «Б»…
- Лучшие годы вы провели в «Нефтянике»?
- Да, и это было славное время. Вместе со мной в нападении играли Алекпер Мамедов и Юрий Кузнецов, форварды высочайшего класса. Вскоре их обоих пригласили в московское «Динамо». В этом знаменитом клубе Алик и Юра и раскрыли свой феноменальный талант, стали игроками сборной СССР. Играли и другие отличные мастера: Исай Абрамишвили, Артем Маркаров - нападающие техничные, тонко чувствовавшие игру, в полузащите выделялись Иван Шерехов и Артем Фальян, будущий знаменитый тренер. Отличная была команда.
- А что вы умели как футболист?
- Да вроде не тихоход был, обладал достаточно мощным ударом - мне доверяли исполнение штрафных и пенальти, кажется, не терял нить игры. Если ставили в основной состав «Нефтяника», значит, было за что.
- Что вспоминается из тех лет?
- Переполненные трибуны стадионов. После войны футбол переживал в стране настоящий бум. Люди, соскучившиеся по мирной жизни, шли на стадион семьями. На весь Союз гремели имена Григория Федотова, Всеволода Боброва, Алексея Хомича, Василия Карцева, Константина Бескова. Особенно популярны были армейцы и динамовцы - триумфальная поездка «Динамо» в Англию в 1945-м будоражила умы советских людей. В каждом городе были свои кумиры, которых народ боготворил. Мы, футболисты, конечно, гордились таким вниманием к себе, но чувствовали и большую ответственность за свою игру, за результат. Денег в ту пору больших не платили, играли в свое удовольствие.
- Это правда, что вас хотели назначить главным тренером бакинского «Нефтяника»?
- Правда. Я тогда уже работал в команде вторым у Виктора Ивановича Новикова - прекрасного специалиста, кстати. Он глубоко понимал игру, разбирался в тактике, тем не менее, после первого круга вынужден был уйти из команды. Когда сезон под моим руководством закончился, встал вопрос о главном тренере. Все шло к тому, чтобы поставить Рассказова, но в последний момент сделать это, говорят, отсоветовал Алекпер Мамедов, к мнению которого уже все прислушивались. Мол, молод еще Николай Тимофеевич, тяжело ему будет работать с теми, с кем еще вчера выходил на поле. И моя судьба была решена… в пользу Виктора Панюкова, более известного тогда в футбольном мире.
- Обиделись?
- На что и на кого? Это обычная ситуация: победитель один. Для себя я решил: выходит, Николай Тимофеевич, ты еще не созрел для главнокомандующего. Подучись малость, наберись тренерского опыта…
- Так вы оказались в Краснодаре?
- Да, вскоре после этого последовало предложение Льва Джалагония, председателя ЦС «Нефтяник». Он так восторженно говорил о столице Кубани, что отказаться просто было невозможно. Очень много для меня сделал тогда и Константин Барабанщиков, председатель крайкома профсоюзов рабочих и служащих нефтяной промышленности. Золотой был человек, умница, в спорте хорошо разбирался, понимал футбол.
- Никогда не жалели о том, что попали на Кубань?
- Что вы, как можно… Край футбольный, люди замечательные… Я, в общем-то, получил удовольствие от работы, которую имел. И в «Нефтянике», который мне удалось поставить на ноги, и в Майкопе, и в Новороссийске. Отправляясь в Краснодар, я был наслышан о местных знаменитостях: Андрее Агееве, Валентине Ковалеве, Федоре Заварзине, Иване Комарове, Льве Авакове, Василии Амелякине, Тадеуше Славинском, братьях Василии и Николае Корзуновых, Альберте Денисенко, знал, что краснодарская команда имеет хорошую репутацию в России и считается одной из лучших на Северном Кавказе. В общем, ехал с прекрасным настроением, полным творческих замыслов. И впоследствии никогда не жалел, что я осел в Краснодаре - в этом «маленьком Париже», как его называют. Я счастлив, что в моих командах играли Григорий Евсюков, Лев Занченко, Юрий Рудаков, Юрий Горин, Анатолий Миронов, Иван Варламов, Юрий Китаев, Анатолий Булыгин, Александр Шадчин, Юрий Филиппов, Василий Костылев, Леонид Пахомов, Анатолий Бутков… Честное слово, есть, что вспомнить.
- Какую задачу поставило перед вами руководство Краснодарского края?
- Задачу-максимум: выход в класс «А». В середине 50-х об этом мечтали не только в Краснодаре, но и в Ростове-на-Дону, в Сталинграде, Баку, Ереване. Я думаю, это было реально, если бы не призвали под знамена ростовского СКВО целую плеяду сильнейших игроков краснодарской команды тех лет - Вячеслава Гейзера, Владимира Стрешнего, Виктора Киктева, Валентина Егорова, Анатолия Гущина, Анатолия Павлова… Эти ребята сыграли не последнюю роль в выходе армейцев в элитный дивизион. Об огромном потенциале кубанского футбола говорит и тот факт, что уже в 1962-м году краснодарский «Спартак» завоевал всем чертям назло право выступать в классе «А».
- Оказавшись в благоприятном Краснодаре, вы все же обратили свой взор на футбольный Баку…
- Это правда. В конце 50-х я наладил своеобразный «мост» Баку - Краснодар. Я частенько наезжал в столицу Азербайджана - город, где вырос, стал игроком, где у меня были родственники, много друзей. Заодно и футболом интересовался. Как без этого?! Только приглашение футболистов тогда и теперь - это две большие разницы. Сегодня игроки из одного конца страны в другой едут на заработки - туда, где больше платят. Раньше все по-другому было. Юрку Горина я приметил на городском первенстве в команде поселка Лок-Батан. Среди техничных партнеров, блиставших обводкой, он выделялся другим: высокой скоростью, резкостью, нацеленностью на ворота соперников. Я загорелся: классный форвард, думаю, растет, ох, как он Краснодару нужен! Иван Шерехов и Николай Уразин, мои бывшие партнеры по бакинскому «Нефтянику», меня поддержали: «Бери, Николай, не прогадаешь». Артем Фальян, в то время тренер юношеской сборной Азербайджана, тоже в одну дудку с ними: «Хороший парень, но в бакинском «Нефтянике» ему трудно будет, а в Краснодаре заиграет». Но я уже давно всем сам решил: такими ребятами разбрасываться не стоит… Горин провел за краснодарскую команду восемь сезонов, стал одним из ее лидеров, капитаном, неоднократно входил в символическую сборную РСФСР, в том числе под первым номером. Юрий прижился в Краснодаре. Сейчас мало кто знает, что у него бакинские корни. А разве с Шадчиным, Никитиным, Мангасаровым, не так все было? Кто скажет, что Толя Миронов не краснодарец? Хамзу Багапова, коренного бакинца, я в основной состав в 18 лет поставил, а теперь эта фамилия так много значит для футбольной Кубани. Хамза, Багапов-старший, - один героев сезона 1962, когда «Спартак» стал чемпионом РСФСР и завоевал путевку в класс «А», замечательный тренер, Александр, Багапов-младший, тоже хорошим игроком стал, выступал за «Кубань» в высшей лиге чемпионата СССР, в одесском «Черноморце». Вся Европа о Сашке писала, когда чудо-гол в ворота «Реала» в Мадриде забил.
- Среди тех, кто обязан вам своим становлением, и Леонид Пахомов, ставший впоследствии одним лучших центральных защитников Союза…
- С Леней особая история. С просьбой помочь нескладному тогда парню, но безумно влюбленному в футбол, обратился известный тренер по боксу Леонид Кривонос, наставник призеров Олимпийских игр Юрия Радоняка, Анатолия Лагетко и целого ряда других отличных спортсменов, тоже бакинец, один из основателей знаменитой кубанской школы бокса, между прочим, родной дядя Лени Пахомова. Об это практически никто не знает. Я посмотрел его и посоветовал, несомненно, одаренному юноше попробовать себя для начала в команде рангом пониже - отправил на стажировку в… поселок Черномоский. Там неплохая команда была. Оттуда взял в Майкоп, а вскоре Пахомов играл уже в «Кубани».
- Говорят, и Василий Костылев заиграл в «Нефтянике» благодаря Рассказову…
- Преувеличивают. Этот талантливый парень приехал в Краснодар из Тбилиси вместе с вратарем Владимиром Подковыровым и полузащитником Карло Гогичайшвили еще за два года до моего появления. У него за плечами уже была школа дубля тбилисского «Динамо». Другое дело, никто не верил, что Василий после болезни может стать на футбольном поле таким, как прежде. А у меня почему-то сразу возникла к нему симпатия. Он обладал высокой техникой, тонко чувствовал игру, был грамотным игроком, а главное - мыслящим футболистом. В общем, я оставил его в команде и никогда не пожалел о своем решении. Костылев стал основным центральным нападающим «Нефтяника». По-моему, таких сильным центрфорвардов в классе «Б» вообще не было. Дуэт Евсюков - Костылев творил на поле настоящие чудеса. Я думаю, во многом благодаря таланту Василия раскрыл свое дарование Юрий Горин.
- Каким вы нашли краснодарский «Нефтяник», встав у руля команды?
- Это был очень интересный коллектив. Собственно, другого я и не ожидал, ведь «Нефтяник» до меня тренировал такие специалисты, как Александр Загрецкий и Лев Забутов. В воротах стоял Витя Киктев - «тигр», да и только. Он потом и ростовскому СКВО здорово помог. В защите - Леша Гущин, Юра Рудаков, любимец краснодарских болельщиков, Витя Басов, в полузащите Толя Булыгин, Володя Коваленко, Карло Гогичайшвили. Но самой сильной линией была, конечно, атака. Григорий Евсюков, Леонид Занченко - прославленные ветераны, юные Марат Галоян и Володя Стрешний…
Не могу не сказать о Евсюкове. На мой взгляд, это вообще, быть может, самая яркая личность в кубанском футболе. Как говорится, форвард милостью божьей. Высокотехничный, он действовал изящно, хитро, умело комбинировал, но вместе с тем напористо, был постоянно нацелен на ворота и, обладая хорошо поставленным ударом с обеих ног и тонким голевым чутьем, часто успешно завершал атаки. Не зря на него обратил внимание Михаил Якушин, пригласивший в свое время самородка с Кубани в московское «Динамо». Хорош был и постоянный партнер Евсюкова. Лев Занченко, блестящий бомбардир, каких нынче так недостает современному российскому футболу. Уникальным голевым чутьем обладал поистине неповторимый Марат Галоян. Не зря кто-то придумал ему прозвище «человек-гол». Да, иногда злоупотреблял индивидуальной игрой, но чертовски хорош был у ворот соперников. Я не могу представить без него краснодарскую команду середины 50-х - начала 60-х, а болельщики - тем более. Такие игроки, как Марат, украшают футбол. Мне очень нравился и Анатолий Булыгин. Полузащитник внешне вроде бы неяркий, но трудолюбивый, выносливый - незаменимый в организации игры… Личности, индивидуальности в команде, безусловно, были. Тот же Рудаков, но опытных, исполнителей не хватало в каждой линии. Тем не менее, краснодарская команда заняла в своей зоне четвертое место. Позади «Крыльев Советов» из Куйбышева, тбилисского ОДО (в те времена это было очень популярная команда), ереванского «Спартака», но впереди бакинского «Нефтяника», команды Воронежа, горьковского, сталиградского и ростовского «Торпедо», ташкентского «Пахтакора», алма-атинского «Кайрата»… В 34 матчах наши нападающие забили 70 голов, но оборона трещала по швам: 52 мяча побывало в воротах «Нефтяника»… На следующий год мы вновь стали четвертыми, набрав одинаковое количество очков с харьковским «Авангардом». Но это был уже другой «Нефтяник». Более зрелый, солидный. Все понимали, что на следующий сезон краснодарская команда станет одним из главных претендентов на выход в класс «А». И я это чувствовал.
- Прогноз, как известно, оправдался…
- Да, чемпионат-1958 бывший «Нефтяник», сменивший название на «Кубань», провел прекрасно. За два тура до финиша мы лидировали, опережая и СКВО, и «Спартак» из Еревана. Но отрыв был минимальным, и в Краснодаре, и Ростове-на-Дону с нетерпением ждали развязки… К сожалению, календарь был в пользу соперников. Заключительный матч «Кубань» проводила в Ростове против местных армейцев, на которых, это не было секретом, все сделали ставку в этом сезоне. Но все решилось несколькими днями раньше в Кутаиси. «Локомотив» уже не имел шансов на успех в споре за лидерство с «Кубанью», СКВО и «Спартаком», но у кутаисцев были свои причины выйти на встречу с краснодарской командой, как на решающий бой, как будто перед ними встал гамлетовский вопрос: быть или не быть? Дело в том, что наши соперники крупно проиграли в Краснодаре - 1:4. Тот матч носил скандальный характер. Один из защитников «Локомотива», столкнувшись со своим партнером, получил тяжелую травму. Накалили страсти журналисты, упрекнув в грубости хозяев поля. Не стоит удивляться, что в Кутаиси «Кубань» ждали «с жаждой мести». С первых минут игра обрела жесткий характер. Футболисты «Локомотива» действовали, словно косари на жатве. Наша команда быстро осталась по существу вдевятером: два игрока «Кубани» получили тяжелые травмы и уже мало чем могли помочь своим партнерам. Окончательно добил нас несправедливый пенальти. В итоге - 1:3. Теперь только победа в выводила нас в класс «А». Не скажу, что мы не верили в победу. Ребята сражались, как львы. Но обыграть тот состав СКВО на его поле была, поверьте, практически неразрешимая задача. Да и матч в Кутаиси, изрядно потрепавший команду физически и морально, не прошел бесследно. Мы проиграли - 0:3.
Безусловно, армейцы были сильны и заслужили свой успех. И все-таки и сейчас, много лет спустя, я уверен, что на месте СКВО могла оказаться «Кубань». Не знаю, почему удача отвернулась от нас в решающий момент. Обида вдвойне жгла сердце еще и потому, что не последнюю роль в составе донской команды сыграли бывшие футболисты «Кубани»: Киктев, Гейзер, Гущин, Вячеслав Алябьев, Павлов, Егоров.
- Вы почувствовали опустошение?
- На какое-то мгновение - да. Но это быстро прошло. Я нисколько не сомневался, что через два-три года мне удастся создать новую сильную команду, способную штурмовать вершину: завоевать место в классе «А» - элитном дивизионе советского футбола. Да, ушли из команды Григорий Евсюков, Петр Аванесов, Рудаков - славные ветераны, многолетние лидеры команды, потом и Шадчин с Мангасаровым. Это не могло не сказаться на игровой мощи команды. Но набирали силу молодые Горин, Тарасенко, Багапов, Галоян…Надо было чуть подождать. К сожалению, у чиновников не хватило терпения. В чемпионате-1959 «Кубань» заняла пятое место и меня отправили в отставку… В 1962-м «Кубань», превратившаяся в «Спартак», все-таки вышла в класс «А», и в чемпионском составе выступали пять игроков из «Кубани» образца 1958-го: Петр Титов, Виктор Басов, Владилен Никитин, Хамза Багапов, Юрий Горин, а также Марат Галоян, и Леонид Тарасенко, которые играли у меня раньше, но не выступали в сезоне-1958… Я же говорю: у той команды был потрясающий потенциал.
- Вы возвращались в «Кубань» в 1964-м…
- Лучше бы не делал этого. Призвали на помощь, но через три месяца я вынужден был уйти.
- Вы реализовали себя как тренер?
- К сожалению, нет. Убежден, я смог бы вывести краснодарскую команду в класс «А» и добиться с ней там определенных результатов. Если бы не мешали спортивные функционеры. Вообще в Краснодаре трудно работать, интриги губят дело на корню. Вспомните, сколько бездарных людей, которым совершенно безразличен кубанский футбол, мы приглашали в Краснодар со стороны, отказывая в доверии местным специалистам, между тем, уже успевшим себя проявить. А в итоге плачевный результат: город не располагает своей тренерской школой, высококвалифицированными кадрами, молодым не у кого учиться. Работать не дали не только мне, но и Станиславу Шмерлину, очень толковому специалисту, прекрасно проявившему себя и в «Кубани», и в одесском «Черноморце», и Георгию Безбогину, тренеру мыслящему, немало сделавшему для краевого футбола. В Краснодаре - анархия и некому навести порядок. Кому-то, может, живется и неплохо, а сотням тысячам любителей футбола?
- Что, по-вашему, главное в тренерском арсенале?
- Знание предмета и справедливость. Никакой талант не выручит вас, если ребята вам не доверяют. И еще - общечеловеческая культура.
- Ваш идеал тренера.
- По-моему, с Борисом Андреевичем Аркадьевым никто не может сравниться: необыкновенно одаренный человек. Ну, конечно, Михаил Якушин, Виктор Маслов, Гавриил Качалин, Константин Бесков, Валерий Лобановский. Это фигуры мирового масштаба.
- У кого учились вы?
- У Михаила Чуркина и Виктора Новикова, с которыми работал в Баку. Они прекрасные знатоки футбола, замечательные люди.
- Признайтесь, вы держались за тренерское кресло?
- Нет, я еще в молодости овладел профессией художника-ретушера и знал, что всегда смогу заработать на хлеб насущный, поэтому и держался независимо, всегда решительно отстаивал свою позицию.
- Каких футболистов вы особенно цените?
- Мыслящих, знающих толк в современной игре.
- На своем веку вы повидали немало футболистов. Кто из игроков, выступавших за краснодарские команды, наиболее отвечает вашим требованиям, вашему вкусу?
- Во-первых, игроки старшего поколения - Григорий Евсюков, Василий Костылев, Лев Занченко, Юрий Рудаков, Петр Титов, Анатолий Булыгин, - это, конечно, фигуры, а также Юрий Горин, Василий Рябенко, Леонид Пахомов, Владимир Смирнов, Иван Варламов, Владимир Будагов, Олег Кущ - никто из них не потерялся бы в современном футболе, ну и Александр Плошник, Игорь Калешин…
- Кого из отечественных игроков вы ставите выше других?
- Всеволода Боброва, Эдуарда Стрельцова, Валентина Иванова, Валерия Воронина, Льва Яшина. Они - гении футбола. Как и Пеле или Копа, Пушкаш или Кройф, Платини, Чарльтон, Беккенбауэр, Гарринча, Бобби Мур…
- Современный футбол вам нравится?
- Отказ от крайних форвардов сильно обеднил игру, как и вообще сокращение числа нападающих. Отсутствие Мэттьюза, Гарринчи, Метревели, Месхи, Численко, Блохина нельзя заменить никакими ухищрениями в тактике.
- Извините, Николай Тимофеевич, а личная жизнь вам удалась?
- Да, мне грех жаловаться, и я благодарен судьбе. Жизнь идет, скорее, правда, уходит от меня , но я счастлив, поскольку, думаю, не зря все это время я находился на грешной земле.
Виктор Соснов





 
© 2004 - 2018 Независимая спортивная газета. Все права защищены.

Материалы в разделах «Каталог статей», «Объявления» и «Прочее» размещаются на правах рекламы.
Редакция газеты не имеет отношения к их содержанию.

При использовании авторских материалов ссылка на «Независимую спортивную газету» обязательна
(для интернет-проектов необходима гиперссылка на наш сайт http://www.aksport.ru)
<