.: Гандбол. Тет-а-тет
Светлана Розинцева: «Мы русские, мы сильные - все выдержим!»
С
ветлана Розинцева - легенда отечественного гандбола!
15 лет она защищала ворота «Кубани». На ее игроцкую пору выпало 10 сезонов золотого периода команды Александра Тарасикова, а еще 5 - тренерской чехарды в краснодарском клубе. Кроме того, 13 лет Розинцева, как и многие ее соотечественницы, была своего рода полпредом российского гандбола в Испании. При этом она не раз, и с успехом, защищала ворота сборной страны, которая меняла название, но оставалась грозной силой мирового ручного мяча. Ко всему прочему, 8 лет Светлана Юрьевна работала тренером вратарей «Кубани» и, уже будучи представителем административного штаба клуба, после 4-летнего перерыва вновь встала в ворота «Кубани». В 48 лет! Когда было некому, Розинцева шла на выручку. А в трудные для нее моменты жизни пришли на выручку и ей - не только друзья, но и незнакомые ей поклонники «Кубани» со всего мира.
фото: КубГУ
Обо всем этом с интересными подробностями в рассказе прославленной кубанской гандболистки корреспонденту «Независимой спортивной газеты»
С первого класса - в гандбольных воротах
- Светлана, расскажите, как ваши родители оказались на Кубани?
- Моя мама, Мария Сергеевна, родом из Воронежской области. На Кубань ее родители перебрались еще до войны. Папа, Юрий Дорофеевич, родом из Узбекистана. В Краснодар его семья переехала позже маминых родителей. Так получилось, что первым местом жительства маминых родителей стала улица 1 мая. Там, где сейчас находится краевая больница, у них был частный дом. Когда папина семья переехала из Узбекистана, им отрезали часть земельного участка маминых родителей, на котором они и построились. Так что мои мама и папа с детства росли по соседству. А потом уже я часто гостила у обеих своих бабушек, переходя из одного двора в другой через проход в заборе на меже. Ну а еще позже мы приезжали к ним с улицы Селезнева, на которой папе дали квартиру от ХБК (хлопчато-бумажный комбинат, - прим.В.М.), где он работал. В той квартире я и родилась.
- Кроме вас в семье кто-то занимался спортом?
- Папа занимался до армии легкой атлетикой и велоспортом. На велосипеде он, к несчастью, и погиб… В возрасте 57-ми лет в 1993-м ехал в Краснодаре по трассе и был сбит автомобилем. Мама, слава Богу, жива, а в школьные годы она занималась баскетболом и волейболом. Родители, как видите, сами любили спорт, и мой интерес к нему всегда поддерживали. Кроме меня в семье рос еще и старший брат - Александр. Он тоже активно любил спорт - занимался легкой атлетикой. У него, кстати, неплохо получалось в школьные годы. Но потом Саша поступил в Одесское военно-морское училище и от спорта потихоньку отошел.
- Недавно мы отметили 75 лет Великой Победы. Чью память ваша семья особо чтит, когда говорят о Великой Отечественной войне?
- Мамин папа - Белоконев Сергей Федорович - прошел всю войну и закончил ее в Берлине. Мы бережно храним фотографию, на которой он запечатлен летом 45-го после Победы со своими товарищами на одной из улиц немецкой столицы.
- Света, как и когда вы впервые познакомились с гандболом? Кто был вашим первым тренером?
- Когда я училась в 1-м классе 44-й школы, на урок физкультуры пришел тренер Виталий Васильевич Барсуков и предложил девочкам записаться в секцию. Записался почти весь класс! Потом занимались, отсеивались, а я упорной была, тренировалась у Виталия Васильевича до 5-го класса в группе девочек разных возрастов. Бывало, приходилось тренироваться с девочками и на 6 лет старше. Родители всегда поощряли мое увлечение гандболом, папа водил и возил на тренировки. Пока был жив, он старался не пропускать и матчи.
К слову, как-то девочки с Барсуковым уехали на соревнования в Волгоград, а мы полетели туда к родственникам. Так папа нашел зал, в котором проходили игры, и очень удивил тренера нашим появлением. Потом Виталий Васильевич перебрался в Астрахань с командой девчонок 1960 года рождения, а я попала к Юрию Порфирьевичу Полуляху, который тренировал девочек моего года. И 7-й класс я начинала уже в гандбольном классе 24-й школы. Тренировки стали двухразовыми. Вот так, сочетая спорт с учебой, я закончила школу.
- Вас сразу поставили в ворота?
- Первые несколько занятий мы все бегали гурьбой за мячом (улыбается), а тренер к нам присматривался. А когда Барсуков спрашивал, кто хочет стать в ворота, почти все тянули руку! За компанию и я поднимала, хотя мне нравилось и в поле играть. Но Виталий Васильевич как-то сразу разглядел во мне вратаря, стал чаще ставить в ворота. Наверное, учитывал, что я должна быть высокорослой, зная рост моих родителей. Я, кстати, и в последующее время с большим удовольствием бегала в поле на тренировках у Александра Тарасикова. А во время учебы в сельхозинституте как-то играла полевым за команду в первенстве СССР среди вузов и стала чуть ли не самым результативным игроком турнира!.. (Смеется).
В «Кубани» золотого периода
- Как гандбол стал вашей профессией? Кто сыграл в этом главную роль?
- Уже во время учебы в спортивном классе меня и наиболее перспективных девочек стали подключать к тренировкам и выступлениям за дублеров «Сельхозтехники», как тогда называлась «Кубань». Так я попала в поле зрения Александра Ивановича Тарасикова. В выпускном классе меня стали брать и на туры основной команды. По окончании школы многие мои подруги пошли в институт физкультуры, стояла перед выбором вуза и я. Александр Иванович настоятельно рекомендовал тогда всем родителям не спешить первый год, чтобы не перегружать меня и других девочек учебой и одновременно интенсивными двухразовыми тренировками. А уже на следующий год я поступила в сельхозинститут.
- Это был ваш осознанный выбор второй профессии?
- (Смеется). Честно говоря, нет. Тут такая история. К тому времени в сельхозинституте был лучший в Краснодаре гандбольный зал. В нем «Сельхозтехника» проводила игры чемпионата СССР. Сельхозинститут стал самым удобным для нас вузом, в котором мы могли и тренироваться, и учиться. Нас было семеро, распределившихся по разным факультетам. К примеру, я и Оля Степаненко оказались на факультете защиты растений, а, скажем, Света Выдрина - на зооинженерном. Нам предоставили свободный график обучения, создавая удобство для гандбольной команды, которая уже становилась любимой для всего Краснодара и даже края.
- Расскажите о своих первых успехах в золотой период «Сельхозтехники», переименованной позже в «Кубань».
- Самым запоминающимся в то время для меня было приглашение - с 1983 года - в молодежную сборную СССР. Причем, не со своим годом, а с девочками 2-мя годами старше меня: Шалимовой Таней, Тян Галей, Живило Галей. А в 1985-м я попала уже в команду своего возраста на чемпионат мира. В «Сельхозтехнике» основным вратарем была Татьяна Шалимова (после замужества - Джанджгава), она же с 1982 года приглашалась и национальную в сборную СССР. Молодой перспективный вратарь был настоящим кумиром болельщиков Краснодара, а для меня - примером и образцом, за которым я изо всех сил тянулась. Меня подключали, если что-то вдруг не шло у Тани. Но времени игрового было вполне достаточно. Запомнился первый мой выход в основном составе. Александр Иванович напутствовал меня словами, брошенными вслед: «Роза (меня с детства в гандболе так называли), твоя задача - как можно быстрее вытаскивать мяч из сетки». (Улыбается). С одной стороны, вроде обидно сказано, ведь моей главной задачей было не дать мячу попасть в ворота, а с другой - Тарасиков, отличный психолог, этими шутливыми словами просто-напросто снимал с меня излишнее напряжение и мандраж. Чтобы я, думая, что на меня не особо-то и надеются, раскрепостилась в игре.
- Какие матчи, кроме дебютного, еще запомнились? Помните ли свою первую медаль чемпионата СССР?
- По прошествии стольких лет уже трудно вспомнить многие подробности. Но свою первую серебряную медаль, конечно, помню. К тому же, она в 1983-м стала и первым серебром «Сельхозтехники». Это было огромным достижением молодой команды Тарасикова, вызвавшей большой резонанс в стране. А уж в Краснодаре и на Кубани - даже говорить не приходится! Впереди нас был только знаменитый киевский «Спартак», который мы, к слову, впервые обыграли в следующем сезоне. Та победа над суперклубом - причем, не только по советским, но и мировым масштабам - принесла нам бурю восторга. Правда, по итогам чемпионата «Спартак» тогда всё равно обошел нас, но и мы сделали свой шажок вперед. За время моего первого 10-летия выступлений за «Сельхозтехнику», переименованную в сезоне-1986/87 в «Кубань», мы 5 раз становились вице-чемпионками СССР, дважды - в 1989-м и 1992-м - побеждали в чемпионате Союза и дважды были третьими.
- Первое золото чемпионата СССР - выдающееся достижение дружины Александра Тарасикова. Расскажите о нем подробнее.
- В предшествующем сезоне киевский «Спартак» в 20-й раз подряд стал чемпионом СССР, а мы - в 5-й раз завоевали серебро. Но нам, конечно же, хотелось большего! Да и не только нам. Сильными командами тогда были «Ростсельмаш», невинномысский «Азот», среди республиканских команд выделялись бакинский «Автомобилист» и вильнюсская «Эгле». Основными нашими конкурентами в «золотой» год были ростовчанки. В предварительной части чемпионата мы выступили лучше и получили преимущество своей площадки в финальной серии до 2-х побед. В первой игре в Ростове проиграли - 23:25. Во второй - 24 июня дома - взяли реванш - 22:19. А на следующий, еще более жаркий июньский день, состоялся решающий матч. Знаете, сказать, что был ажиотаж вокруг тех матчей - ничего не сказать! Зрители буквально рвались на малую спортивную арену стадиона «Кубань», но она вмещала только около 5-ти тысяч. Благо, вокруг стояли высокие деревья, а за воротами арена была огорожена решетчатым металлическим забором. Так вот, множество болельщиков, не попавших на трибуны, воспользовались возможностью посмотреть на игру хотя бы в таких некомфортных условиях. Надо сказать, что наша открытая площадка, в общем-то, была недостатком. Ведь все играли уже только в залах. Но краснодарский Дворец спорта «Олимп» тогда был только в мечтах, а зал сельхозинститута давно уже не вмещал всех желающих поболеть за нас. Однако, как у любой медали две стороны, так и наша малая спортивная арена становилась нашей помощницей в ключевых матчах. И не только благодаря дополнительной поддержке зрителей, но и специфике игры на открытом воздухе. В ней и дышится по-иному, и другое освещение и привычные в зале для игроков ориентиры теряются. А мы, чуть растает снежок, выходили на малую спортивную арену с февраля и «утюжили» ее до жаркого лета. Но решающий матч, он - особенный. Тут на первый план выходит характер. У обеих команд были свои признанные бомбардиры. У нас Света Выдрина, у «сельмашевок» - Наталья Морскова. В воротах «Кубани» стояли я и Люба Коротнева. Таня Джангджава (Шалимова)
после Олимпиады в Сеуле взяла паузу для рождения ребенка. У ростовчанок кроме бомбардира Морсковой была мощная задняя линия и в решающем матче мы поначалу уступали 3 мяча, но к перерыву нам удалось сравнять счет - 11:11. На кураже сделали отрыв в начале 2-го тайма, и к последней 10-минутке развили его до 5-ти мячей. И тут сработала более длинная скамейка ростовчанок, они подобрались к нам вплотную. Нервяк был дикий! И всё же ценой невероятного напряжения мы удержали минимальный перевес - 21:20, и впервые стали чемпионками СССР! Вся наша команда сыграла тогда блестяще. Что тогда творилось в Краснодаре - не передать словами!..
- А второе золото 1992-го уже не так запомнилось?
- Увы, начинали мы сезон в чемпионате СССР, а заканчивали его в открытом чемпионате СНГ. В декабре 1991-го не стало великой страны, разброд и шатание начались и в спорте. Мы тогда не доиграли чемпионат до конца. Распределение мест прошло без плей-офф - по результатам регулярной части турнира. «Кубань», занимавшая в ней 1-е место, получила золото и считается последним чемпионом СССР. Так, по крайней мере, выгравировано на кубке, который вручался команде вместе с медалями и остался в музее «Кубани». Серебро досталось «Бакинке», а бронза - запорожскому «Мотору».
О еврокубках и здоровой конкуренции
- Света, первый период вашего выступления в «Кубани» отмечен замечательными успехами и в еврокубках. Расскажите, пожалуйста, о них.
- Да, мы выиграли два Кубка обладателей кубков - в 1987 и 1988 годах, а в 1989-м дошли в этом турнире до финала. А еще - в 1990-м - пробились в финал самого престижного клубного турнира - Кубка чемпионов. Запомнился финал 1987-го с немецким клубом «ТСЦ-Берлин». Первую игру мы проводили в гостях, причем - 9 мая. Конечно, эта дата придавала особый вес результату матча. Мы просто не имели права проиграть в день Великой Победы. И мы вырвали победу в напряженной борьбе - 21:17! Ответный матч проводился в Краснодаре, но в непривычных для нас условиях. Зал в сельхозинституте был занят под международную выставку, и нам пришлось играть в легкоатлетическом манеже института физкультуры. При поддержке руководства края в нем был спешно смонтирован деревянный настил, максимально увеличено количество зрительских мест. По-моему, до 3-х тысяч смогли разместить. А на площади перед гостиницей «Интурист» установили большой экран для трансляции матча для не попавших в зал болельщиков. Такое, в Краснодаре, по-моему, впервые было организовано. Мы бились мяч в мяч. Так и закончили вничью, что нас вполне устроило. Та победа вылилась в праздничное шествие наших счастливых поклонников с желто-зелеными флагами и флагами СССР теплым весенним вечером по улице Красной.
Первый матч финала Кубка Кубков в следующем сезоне мы проводили дома с венгерским «Вашашем» и выиграли крупно - 28:17. На ответный матч полетели в Будапешт с переходящим кубком и твердой целью вернуться с ним домой. Что нам и удалось. Добиться большего, чем равенства в счете, венгеркам, у которых в составе было много игроков сборной, мы не позволили.
- В 1990-м гандбольной «Кубани» удалось то, что до сих пор остается мечтой представителей других игровых видов спорта края: попасть в финал Кубка чемпионов. Помните тот евросезон?
- Конечно! Мы шаг за шагом двигались к цели. В полуфинале вырвали победу у сильного румынского «Химистула». Проиграв в гостях «минус 6», смогли отыграться в Краснодаре. Причем, победный, 7-й мяч Света Выдрина забила с 7-метровой отметки за несколько секунд до конца поединка. Наш соперник по финалу - австрийский «Хипобанк» был на тот момент действующим обладателем Кубка чемпионов. В его составе были лучшие игроки мира, неслучайно команду называли сборной мира. А основу «Хипобанка» составляли тогда югославские гандболистки. У нас уже не выступали Наташа Анисимова, Таня Джангджава. Увы, мы уступили «Хипобанку» в обоих матчах 5 мячей дома и 4 в гостях. Хотя бились до конца, до последнего боролись и надеялись на победу. Конечно, было досадно, могли и лучше сыграть, и я отбить могла больше… Но - не получилось. Кстати, в чемпионский клуб в 1992 году из «Будучности» перешла Таня Джанджгава и успешно защищала ворота «Хипобанка» аж 11 лет.
- Вы 5 лет были вторым вратарем «Кубани». Какими в этот период были ваши взаимоотношения с Таней Джанджгавой (Шалимовой)?
- С Таней мы всегда были в хороших отношениях. В детстве сказывалась разница в возрасте - 2 года. Таня - умная, начитанная девочка. С ней было всегда интересно общаться. У нас вся команда была дружная, но и персональное тяготение, конечно, было. Оля Степаненко, я и Таня Шалимова были дружны. Но наиболее тесно Шалимова всё же общалась со своей одногодкой - Тян Галей. Джанджгава-Шалимова тогда много ездила со сборной. На тренировках у нас с ней никогда не было конфликтов. В играх Таня, конечно, выходила в стартовом составе, больше меня стояла в воротах, потому что была лучшей. А у меня был стимул тянуться за ней. Поначалу для меня кумиром был вратарь киевского «Спартака» Наталья Тимошкина - лучший голкипер 70-х. А потом я заиграла рядом с Таней, и старалась перенимать у нее всё лучшее. Никаких обид или ревности у меня, поверьте, к ней никогда не было. Мне часто задавали этот вопрос, но я не могу вспомнить ни одного случая негативного отношения к Тане. Больше из нас играл тот, кто был лучше. А лучшей была Таня. Мне тоже хватало времени, ведь вратари в гандболе не раз меняются в ходе матча. И я, выходя на замену, всегда стремилась сыграть не хуже Тани. Это помогало мне расти как вратарю. Мы и сейчас с ней переписываемся, общаемся. Таня с семьей давно живет в Австрии, и мы, когда я играла в Испании, бывало, заезжали на автомобиле к ней. Гостили пару-тройку дней, гуляли по Вене семьями.
- Когда вы стали первым вратарем «Кубани»?
- С того момента в 1988-м, когда Джангджава взяла перерыв в связи с рождением ребенка. Потом она ушла в аренду в киевский «Спартак», а с 1991-го стала выступать за рубежом. Сначала в «Будучности», потом в австрийском «Хипобанке».
- Вы стали первым вратарем одной из лучших команд СССР. В другие клубы не приглашали?
- Звали. Первое приглашение я вместе с моими подругами получила еще в годы учебы в спортивном классе. Нас всей командой вместе с тренером Юрием Полуляхом тогда настойчиво звали в Армению, в Ленинакан. Там собирались создавать конкурентоспособную команду при местном университете. Мы, разумеется, автоматически становились студентами этого университета. Но Бог оградил, мы не поехали туда. В 1988-м там произошло страшное землетрясение, унесшее многие жизни.
Сильная команда под руководством Панова была в Невиномысске. Александр Павлович звал меня в «Азот» после школы. Придя в Ростов, Панов приглашал меня и в «Ростсельмаш». А позже Сергей Михайлович Аванесов, когда я уже играла в Испании, звал меня в Ростов. Евгений Васильевич Трефилов приглашал в «Звезду» из Звенигорода, но это было, когда я уже закончила играть, а у него в ходе сезона возникла проблема с вратарями. Однако во всех этих случаях как-то не срослось. В наших чемпионатах я осталась преданной Краснодару (смеется).
В воротах главной команды страны
- Света, расскажите о первом приглашении в сборную СССР?
- Я поехала на свой первый чемпионат мира среди молодежных команд в 1985-м. Он проводился в Сеуле. Руководил командой тогда украинский тренер Леонид Анатольевич Ратнер. В финале мы победили хозяек, сборную Южной Кореи и выиграли золотые медали. В команде было много украинских и несколько литовских гандболисток. Две девушки были из Невинномысска, а «Сельхозтехнику» представляли Света Выдрина и я. Кроме меня в воротах тогда играла украинка Ира Малько. На том турнире я впервые поняла, что защищать честь флага - особая честь, а стоять на пьедестале под гимн твоей страны и поднятие флага СССР - огромное счастье. Ну и волнение перед играми, конечно, тоже особое. Хотя, забегая вперед, скажу, что волнение никуда не девается и с возрастом. Причем, перед каждым матчем турнира любого уровня. Это нормальное состояние спортсмена.
фото: Александр Кузьменко
- После той победы лучших игроков «молодежки» стали приглашать и в национальную сборную?
- После Олимпиады-1988 в Сеуле выступление нашей сборной было признано неудачным, и Игоря Турчина в сборной сменил Александр Иванович Тарасиков. Он и пригласил меня вторым вратарем в сборную. Первым была Света Богданова. В 1989-м в Сеуле широко отмечали годовщину лучших на тот момент Олимпийских игр. Торжества сопровождались различными спортивными турнирами. На гандбольный я поехала в составе новой сборной СССР. Мы выиграли 1-е место, запомнилось вручение нам медалей и кубка, которое проводил президент Международного олимпийского комитета Хуан Антонио Самаранч. Затем мы выиграли перед чемпионатом мира турнир в Норвегии.
Любопытная история была на самом ЧМ-1990. Перед одной из первых игр я сообщила девочкам: «Сегодня я видела сон к нашей победе!» И мы действительно выиграли ту встречу. Так ко мне потом все обращались перед матчами: «Роза, что тебе сегодня приснилось?» Но однажды я разочаровала их: «Девочки, мне ничего не снилось в эту ночь!» И тогда Лена Немашкало стала рассказывать мне свой сон со словами: «Роза, к чему этот сон? Неужели проиграем?» Ну, я ей важно так и говорю: «Лена, не волнуйся. Такое снится только к победе!» (Смеется). На том чемпионате в Сеуле мы вообще не знали поражений. 9 игр - 9 побед! А мне снились сны, как в Краснодаре развешаны наши фотографии чемпионок мира с главным тренером Александром Ивановичем Тарасиковым.
- И как же вас встретили Россия и Краснодар? Как поощрили вас родина и край за золото ЧМ?
- Нас как героев встречали прямо в аэропорту. Руководство края и болельщики. В то время, несмотря на огромную популярность футбола, всё же на первом месте была гандбольная «Кубань» - благодаря нашим успехам в чемпионате страны, еврокубках, а тут еще такое событие - чемпионки мира из Краснодара, да еще во главе с краснодарским тренером! Невозможно было спокойно пройти по улице, нас везде узнавали, приветствовали, просили автографы. Смартфонов тогда не было, фотографировались с болельщиками редко, но и без этого не обходилось. Телевизионных каналов тогда было только 2, тем не менее, все игры чемпионата России по гандболу транслировались по местному каналу, популярность наша была бешеной. Не было тогда еще баскетбола и волейбола, так что мы среди игровых видов спорта были вне конкуренции.
- А как материально поощрили чемпионок? Квартиру не выделили?
- Квартиру мне дали раньше, а после ЧМ-1990 предоставили право покупки автомобиля. Тогда ведь просто так новый автомобиль в магазине было не купить. Только втридорога с рук или по многолетней очереди на производстве. А нам четверым дали возможность по госцене купить за свои деньги новенькие «Жигули»-семерку! Были вручены и денежные премии.
- Чем вам особо запомнилась Олимпиада в Барселоне-1992?
- Александр Иванович решил подстраховаться и взял 3-х вратарей: Джанджгаву, Богданову и меня. Если в поле игрок еще может сменить позицию в случае крайней необходимости, то в ворота полевого не поставишь. Как это и пришлось делать Евгению Трефилову на Олимпиаде-2016 в Бразилии: сломалась Аня Седойкина, благо, были в команде Калинина и Ерохина. Несмотря на распад СССР, на Олимпиаду в Барселону мы ехали фаворитами. Ведь до этого в течение 2-х лет выигрывали абсолютно все турниры. Сама Олимпиада запомнилась на всю жизнь. Настоящий мировой фестиваль спорта! Неслучайно для каждого спортсмена мечта всей жизни попасть на Олимпийские игры. Жаль, конечно, что нам пришлось выступать под олимпийским флагом, а победителям из нашей общей команды слушать в свою честь лишь олимпийский гимн. Вроде бы и есть страна, но какая-то обезличенная она…. Скажу откровенно, горько было сознавать, что великой страны СССР уже не будет, пугало, к тому же, неопределенное будущее. Нам, к сожалению, удалось в Барселоне выиграть только бронзу. «Только» - потому что мы были объективно способны на большее. Впрочем, это тоже олимпийская медаль, памятная на всю жизнь. И она, конечно, по-своему дорога.
Испанский период
- Когда и от кого вы получили первое предложение из-за рубежа?
- В год Олимпиады-1992 мне исполнилось 26 лет. А тогда действовало правило: игрок сборной страны может выступать в зарубежном клубе только после этого возраста. 26 лет считались уже почти предельными в карьере советских игроков. Конечно, встречались личности, выступавшие и много дольше - Зинаида Турчина, например. Но это, скорее, исключение из правил. Мне поступали предложения из-за рубежа и до Олимпиады. Один из румынских клубов хотел пригласить меня и Галю Борзенкову (Тян). Об этом нам уже после говорил Александр Тарасиков. Александр Кожухов, бывший в ту пору руководителем федерации гандбола СССР, как-то позвонил и сообщил, что один из испанских клубов интересуется мною и Наташей Анисимовой. Вскоре мне сообщили, что есть более интересное предложение из Испании, и я в сентябре после Олимпиады дала согласие. Полетела в Испанию на один из Канарских островов - Лансароте. Летела с большой тревогой. Да, хотелось поиграть за границей, но когда ты понимаешь, что покидаешь родной дом, страну не на время сборов или турниров, а минимум на 10 месяцев, становилось как-то не по себе. Я сидела в самолете в Шереметьево и плакала перед вылетом: «Куда я лечу? Разлучаюсь со своими родителями… Зачем это делаю?» Жутковато мне тогда было, скажу честно…
- Вы одна летели на остров?
- Да. Но за год до меня на этом острове, однако в другой команде, выступала Татьяна Анагрова. Ее команда распалась, а Таня осталась там работать в отеле. Где-то через месяц после моего приезда прилетела из отпуска Таня со своим молодым человеком, за которого потом вышла замуж, и мне стало веселее. Тогда ведь и домой позвонить было проблемой. Сотовых телефонов еще не было, а у мамы - и стационарного не было. Неделю я жила одна в отеле. Потом стали появляться девчонки из команды. Водили меня по городу, знакомили с местом проживания. Тренировки проводились один раз в день и только по вечерам - после 9-ти часов, что тоже было непривычно. Общались на моем плохом английском и жестами. И когда приехала Таня, я не могла остановиться: говорила, говорила и говорила! Язык опухал (смеется). Хотя на следующий день после моего приезда и подписания контракта у нас был матч чемпионата, и я в нем сразу же приняла участие. Играли против «Алкалы» из-под Мадрида. А за нее выступали моя подруга Оля Степаненко из знаменитой гандбольной семьи и вратарь Вика Калинина, был такой игрок в Ростове. Я с ними тогда пообщалась, они поделились со мной своим опытом «приживания» к Испании (смеется).
- Вы выступали в Испании 13 сезонов. В каких клубах, и с каким успехом?
- «Лансароте» стал моим первым клубом. Команда была неплохая. 2-х игроков из сборной Испании я знала раньше, но у клуба оказались серьезные финансовые проблемы. Какое-то время он выживал благодаря крупному выигрышу его президента в лотерею. Но потом и эти деньги закончились. Раз в 2 недели надо было летать в Испанию. Это 2 с половиной часа лёта, большие затраты. Мы не смогли доиграть даже сезон, а клуб остался мне должен по зарплате за 3 месяца.
Самым удачным в спортивном плане был для меня клуб «Корте Бланко» из Сан-Себастьян. С ним мы как-то дошли до финала Кубка королевы. Но проиграли в нем команде Наташи Морсковой. С «Корте Бланко» мы никак не могли подняться выше 4-го места. В еврокубках испанские команды выступали тогда неудачно. Слишком низким до нашего прихода был уровень местного чемпионата. Приезд Морсковой, Гусевой, Степаненко, других девушек из российского чемпионата и, надеюсь, мой - сыграли свою положительную роль в подъеме интереса в Испании к женскому гандболу и его уровня в целом. Были в нем и из других стран легионеры, но из России - более высокого уровня. Думаю, в 2-х победах Испании на чемпионатах Европы и в серебре последнего чемпионата мира есть и наша какая-то заслуга (смеется).
А после Лансароте я поехала на соседний остров - Тенерифе. Выступала там 2 года за команду 2-го эшелона чемпионата. На 2-й год ко мне присоединилась Оля Степаненко. Поиграла я и на материке. Заканчивала свою испанскую часть карьеры в пригороде Валенсии - Рива Роха, в клубе «Цементос ла Унион».
- В 1996-м «Кубань» в Кубке ЕГФ встретилась с испанским клубом, за который выступали вы. Обе игры прошли в Сан-Себастьяне. Наслышан, что во многом благодаря вам, тем самым испанский клуб сэкономил неплохую сумму. Расскажите подробнее об этом.
- Когда я выступала в «Кортэ Бланко», то получила травму и долго не играла. Мечтала: вот бы нам в еврокубке попалась в соперники «Кубань», чтобы хоть повидаться с девчонками. Я лежала после операции «на крестах» в больнице и вдруг узнаю, что моя мечта сбылась! Руководство «Кортэ Бланко» знало от меня, насколько сильна «Кубань», насколько велик Александр Иванович Тарасиков как тренер. В общем, я навела на них страху (смеется), и они посчитали, что экономичнее будет провести обе игры в Сан-Себастьяне. Попросили меня связаться с Тарасиковым и уговорить его на такой вариант. Я провела переговоры с Александром Ивановичем, и после недолгих раздумий - всё-таки определенный риск был - «Кубань» на такой вариант согласилась. Краснодарская делегация приехала очень представительная. Помимо команды в ее состав входили спецкор «Правды» по Краснодарскому краю Аксенов и один из руководителей крайспорткомитета - Алексей Барабанщиков. Я была на обоих матчах в качестве переводчика. С одной стороны, жалко было, что не смогла сыграть, а с другой - играть против команды, тебя воспитавшей, нелегко морально. «Кубань» взяла тогда верх в обоих матчах и прошла дальше.
Новые знакомства, новые впечатления
- Света, а с Амбросом Мартином, нынешним тренером «Ростова» и сборной России, не пересекались в Испании?
- Я помню его еще игроком. Мартин играл в одной команде с нашим Олегом Киселевым. Потом он стал тренером. В мой последний испанский сезон (2004/05) он тренировал команду «Ичако», за которую выступала вратарь Света Богданова, а я играла за «Цементос ла Унион». И вот после матча с «Ичако» мне с Богдановой выпало проходить допинг-тест. В испанском чемпионате, в отличие от нашего, эта процедура давно обязательна. Там ты не можешь принять без совета с врачом клуба любое лекарство, даже аспирин или энерджайзер.
- Россия переживала в 90-х годах сложнейшее время. Вы ощущали разницу в уровне жизни в Испании и России. Не было ли желания остаться жить там, как это сделала, например, Наталья Морскова?
- В Испании остались многие наши игроки: Оля Степаненко, Таня Анагрова, Наташа Морскова, Лиля Мичурина, Рита Давыдовская, Катя Сергеева… Света Богданова тоже там долго жила с 1992-го, но я слышала, что 2 года назад вернулась в Екатеринбург. Почти все, кто туда поехал, там и остались. Мы с мужем, признаться, тоже задумывались о жизни в Испании. Но для меня очень важно, чтобы мама и родные мне люди были близко. Я всегда волнуюсь и переживаю за них. Это сейчас в Испанию проще летать. А раньше визы долго оформлялись. Мама приезжала ко мне в те годы. Однажды была со мной 4 месяца, когда я восстанавливалась после травмы и операции. А вообще, мне Испания нравится, и я там всегда чувствую себя, как дома. Когда уже вернулась в «Кубань» и мы полетели в Испанию на еврокубковую игру, я чувствовала себя так, будто и не возвращалась в Россию. С тех пор я уже давно не была в Испании. Не знаю, какие чувства она бы вызвала у меня сейчас. Но мне хорошо в России, где всё родное и близкие мне люди.
- Что вам дал длительный период карьеры в Испании: в материальном, профессиональном и в эмоциональном планах?
- Выступать за рубежом в те времена было престижно и заманчиво в материальном плане. Зарплата у нас там была побольше, чем в России. Но в еще большей степени привлекала возможность получить неизведанную практику игры и проживания в другой стране, с другой культурой, другим менталитетом. Обрести новых друзей. Мне кажется, моим спортивным долголетием я тоже во многом обязана испанскому периоду.
- Российские гандболистки зарабатывали в Испании себе и семьям на жизнь. А как в профессиональном плане удавалось проявлять себя их мужьям, и вашему мужу в частности?
- Многие гандболистки ехали за рубеж, не будучи замужем. Я поехала сначала с моим парнем, за которого вышла замуж спустя 2 года. Тогда было сложно с оформлением документов на проживание в Испании, непросто было и для членов семей спортсменок получить даже разрешение на жительство. Получить работу без отдельного разрешения тоже было невозможно. Моему мужу много раз обещали, но так и не получилось что-то найти постоянное. Даже испанцам непросто было устроиться на работу, а уж иностранцам - тем более.
- Вас приглашали в сборную России во время выступлений в Испании?
фото: vk.com
- В 1993 году после Олимпиады в Барселоне главным тренером сборной России стал Сергей Аванесов. Он одновременно тренировал Ростов и приглашал меня к себе. Летом после испанского чемпионата на сборы были приглашены Наталья Морскова, Элина Гусева и я. Мы участвовали в отборе на Европу. Потом - в 1999-м - меня позвал в сборную Александр Тарасиков - на чемпионат мира. Я как раз восстановилась после рождения сына. Там мы сыграли неудачно, правда. Последний раз меня пригласил в сборную Трефилов - в 2005-м. Я сыграла на подготовительных турнирах во Франции и Норвегии. Надеялась до последнего на участие в ЧМ, но в окончательную заявку не попала. Поехали Маша Сидорова и Таня Ализар.
- Вы ведь и в чемпионате мира по пляжному гандболу как-то выступали? Каковы впечатления от этого вида?
- Да, я съездила в Испанию на чемпионат мира по «пляжке» с командой Сергея Белицкого. Было это в 2008-м. Там мы заняли 5-е место. Но у меня осталось неизгладимое впечатление от пляжного гандбола. Как вратарю он подарил мне эмоциональный заряд как минимум на полсезона «классики». И не только эмоциональный, но и физический. На песке работают совсем другие группы мышц, другие нагрузки приходятся на суставы и колени. Появляется обостренное чувство мяча. Мне кажется взлет мужского ставропольского «Виктора» в последние годы связан как раз с тем, что летом они переходят в пляжный гандбол и встряхивают себя в нем перед «классикой». Ведь в «Викторе» нет звезд того уровня, что в «Чеховских медведях», московском «Спартаке», в составах других признанных лидеров, а они по итогам нынешнего чемпионата стали 2-ми. Многие тренеры в конце сезона боятся отдавать игроков в команды пляжного гандбола. Опасаются травм, перегрузок. На мой взгляд, совершенно напрасно.
Снова в «Кубани»
- В 2005-м вы вернулись в «Кубань». Расскажите подробнее о том, что и кто способствовал возвращению?
- Я не собиралась в тот года заканчивать выступления в Испании. У меня уже был на руках предварительный контракт с хорошими условиями. Провела 2 месяца отпуска в России, и тут ко мне с просьбой помочь «Кубани» обратился Александр Иванович Тарасиков. Он сыграл на моих патриотических чувствах (улыбается), и я согласилась. Мы провели первые 2 тура. Встретились с Тольятти, которые тренировал Трефилов, и выиграли. Евгений Васильевич тогда тренировал и сборную. Он стал звонить мне и приглашать в национальную команду. Вот так: с одной стороны, Тарасиков с «Кубанью», с другой - Трефилов со сборной - меня и уговорили. Жалко было, конечно, терять хороший контракт в Испании, но желание помочь команде, воспитавшей меня, и поехать снова на чемпионат мира, для меня, возрастного игрока, перевесили финансовую выгоду. К сожалению, вторая часть моего патриотического порыва, заставившего отказаться от выгодного контракта в Испании сгорела… (Грустно улыбается).
- У вас ведь в ту пору сын должен был пойти в 1-й класс. Это разве не было еще одной причиной возврата в Россию?
- Да, Алекс в 2005-м пошел в 1-й класс. Но он уже 3 года ходил в испанскую школу, ведь там обучение начинается с 3-х лет. Так что уже читал и писал на каталонском языке (мы жили под Валенсией) свободно, а по-русски пришлось учиться с нуля. (Смеется).
- Насколько неожиданным для вас стало решение руководства края в 2006-м об отстранении от руководства «Кубанью» Александра Тарасикова?
- Это отстранение стало совершенно неожиданным! Для болельщиков и старшего поколения игроков «Кубань» и Тарасиков воспринимались только вместе, как в свое время «партия и Ленин» (смеется). Ведь Александр Иванович «Кубань» и создал. И после полного обновления команды в 90-х еще 4 раза добивался серебряных медалей чемпионата и финала Кубка обладателей кубков. Но в тот год, наверное, времена поменялись. Как и сейчас. Кто платит, тот и заказывает музыку. Город перестал вкладывать в клуб, а другие многое видели по-своему. В том сезоне «Кубань» заняла 6-е место, а это считалось провалом в те времена. Поэтому, наверное, и решили его убрать. Подвернулся удобный случай.
- Света, расскажите коротко о 5-ти кубанских сезонах 2000-х с вашим участием. Что тогда мешало «Кубани» вернуть былую славу?
- После Тарасикова тренеры менялись один за другим: Анатолий Скоробогатов, Сергей Белицкий, Наталья Цыганкова, Юрий Зайцев, Алексей Гумянов. Потом полсезона «Кубань» возглавлял Евгений Трефилов… Раньше тренеры и игроки так часто не переезжали из клуба в клуб! А потом это стало массовым явлением. Тренеры едут туда, где больше платят, игроки - тоже самое. Раньше приезжали перспективные игроки из школ и, к примеру, в «Кубани» их доводили до высшего уровня. Те же Света Выдрина, Света Пряхина из Волгограда девчонками пришли, а в «Кубани» их сделали высококлассными мастерами. Они и играли за «Кубань» потом долгое время. А в 2016-м начали сезон с 5-ю олимпийскими чемпионками! Да с таким составом должны были золото брать, а взяли… только бронзу. Но даже золото, взятое заезжими звездами, всё-таки не так ценится, как в наше время победа в чемпионате доморощенной командой. Ну, это мое мнение.
Знаете, когда в команде нет сплоченности, а надеются только на звездного игрока, больших побед не достичь. Команда Тарасикова отличалась сплоченностью, характером, спортивной злостью. И била звезд. И в своих рядах воспитывала звезд. К примеру, другого такого игрока, как Галя Трефилова (Кучкова), я просто не знала. Сколько у нее было в игре спортивной злости! Удивительный бойцовский характер! А у Тарасикова были такие педагогические подходы, что он настраивал нас выйти и непременно дать результат с любым соперником.
Тренерская доля
- С 2010-го по 2018-й вы - тренер вратарей «Кубани». Расскажите о новых ощущениях. Насколько вы нашли себя в новой профессии?
- Когда я играла, то на тренировках с вратарями «Кубани» те же упражнения и делала. Да и своему партнеру - второму вратарю - подсказывала по игрокам, по особенностям их маневра и бросков. Так что в плане профессиональном я была готова к тренерской работе. Главная же сложность была в том, чтобы подавить в себе игрока. Так хотелось иногда самой выскочить на площадку и отбить мяч, отстоять ворота! В общем, тренер вратарей - это мое!
- В 2014-м вам пришлось вновь встать в ворота «Кубани». Каково это?
- В 48 лет Евгений Васильевич Трефилов предоставил мне такую возможность. Я не играла уже 4 года, но перед матчем с «Ладой» в четвертьфинале у нас не осталось здоровых вратарей. Пришлось выходить на площадку. С одной стороны, огромная ответственность, не хотелось опозориться, с другой - ощутила в себе второе рождение вратаря (улыбается).
- Вратарь в 48 лет. Были ли подобные прецеденты в мировом женском гандболе?
- Я знаю, что Калашникова Лена, Нигина Саидова до сих пор играют в чемпионате Греции. Хотя они помладше меня будут. У мужчин Павел Сукосян, конечно, глыба! Вышел на площадку в суперлиге в 57 лет! Вообще-то, вратарям в этом плане легче. Им бегать не надо. А большой опыт позволяет действовать максимально рационально, не расходуя лишних сил на «суету молодости» (смеется). Игра опытного вратаря более разумна. Он оценивает положение защитников, подправляет их, знает основные качества и привычки нападающих соперника. Говорят, реакция с возрастом ухудшается, а я думаю - нет. Да, она ухудшается без тренировок. Сложно выйти через 4 года без тренировки и отыграть безошибочно. А если ты постоянно тренируешься, то будешь в тонусе долго.
- Как вы отнеслись к возвращению в 2017-м в «Кубань» Тарасикова?
- Я считаю, что человек, столько лет жизни отдавший команде, не должен был уходить из нее вообще!.. Но раз такое случилось, то он заслуживал возвращения в команду гораздо раньше. Не знаю, как принималось решение в 2017-м. Если Трефилов решил, что ему нужен такой помощник, то правильно сделал.
- Для многих неожиданно произошло расставание «Кубани» с тренером вратарей Светланой Розинцевой в 2018-м. А для вас?
- По окончании сезона президент клуба Сергей Вальтер всех по одному вызывал и объявлял его дальнейшую судьбу. Дождалась вердикта и я: у клуба нет денег, чтобы держать тренера вратарей. Для меня это было так неожиданно и неприятно! Сказали: ты не нужна, и всё… Обидно было: я столько лет отдала краснодарскому клубу, а мне не помогли даже устроиться на другую работу… Да и по закону меня должны были предупредить за 2 месяца об этом. А в итоге просто поставили перед фактом.
- К Трефилову не пытались обратиться за помощью?
- Я думаю, такое решение не принималось без участия Евгения Васильевича. Пыталась связаться с ним, чтобы встретиться и получить хоть какое-то объяснение ситуации, но он, скажем так, дал понять, что это не его забота.
Жизнь после «Кубани»
- И кто вам помог в тот трудный момент жизни?
- С конца мая я 3 месяца не могла найти себе работу. Ужас какой-то был! Потом Наталья Анисимова, спасибо ей, сказала: «Я возьму тебя в ДЮСШ детским тренером. С сентября наберешь группу деток и будешь их тренировать». У Наташи хорошие отношения с ректором КубГУ Михаилом Борисовичем Астаповым, с давних пор болельщика гандбольной «Кубани» и вообще очень неравнодушного к спорту человека, и он, тоже, с сентября, предложил мне работу в университете преподавателем физкультуры. Еще Галина Борзенкова помогла мне получить работу у одного бизнесмена, который тоже когда-то болел за нас. Спасибо им всем огромное! Так я смогла там-сям что-то зарабатывать на жизнь. А Наталье Анисимовой и Галине Борзенковой я буду благодарна всегда.
- Расскажите о своей нынешней трудовой деятельности. О ее особенностях во время борьбы с коронавирусом.
- Я преподаю на кафедре физвоспитания и веду секцию деток в 51-й школе, работающей под эгидой ДЮСШ. С апреля начали дистанционное обучение физкультуре в университете. Сейчас уже ближе к сессии и некоторые группы отсеиваются, сосредотачиваясь на сессии. На занятиях несколько пар подряд перед видеокамерой скачу, показываю упражнения. Контролирую их выполнение студентами. Недавно с одной из групп проводила заключительное занятие, а одна студентка занимается танцами. Так подружки упросили ее провести занятие, дать уроки танца. Я поддержала их, было весело и интересно, не только учить, но и самой обучаться. Интересно, что благодаря онлайн-занятиям я познакомилась с новыми студентами. Многие из тех, кто не приходил на занятия физкультурой на стадион, теперь, засидевшись дома, вдруг объявились и с удовольствием борются с гиподинамией на моих уроках (улыбается).
- Вы, наверняка, смотрели игры последнего чемпионата мира. В какую сторону изменилась игра сборной России с приходом испанца Амброса Мартина? Завоеванная бронза - провал или шаг вперед к новой олимпийской победе?
- Признаться честно, по загруженности моего рабочего дня - он начинается с 7-ми утра и до 11 ночи я тружусь на 3-х работах - матчи чемпионата смотрела, но не так много, чтобы дать глубокий анализ выступления сборной. Скажу так: с учетом моего опыта работы в Испании, я приветствую тренеров, избегающих в своей практике грубого диктата. Хоть и говорят многие, что нашим игрокам нужны только кнут и палка, мол, по-другому они не понимают, я думаю, это время уже прошло. Уже и у нас в России с успехом работают такие тренеры, которые могут и потребовать, но при этом и не опускаться до унижения игрока. Я думаю, с Мартина на первом же чемпионате было рано требовать только золота. Он только приступил к работе с командой. Другая манера общения, изменения в тактике игры. Он присматривается к игрокам, девочки учатся понимать его стиль игры, перестраиваются. Да, у него есть опыт работы в венгерском клубе и с румынской сборной, но это всё равно не Россия. Менталитет у нас всё равно другой. Тем более такая резкая смена в манере общения после Трефилова. Для девочек это тоже новое. Кому-то она нравится, кому-то, может, слишком непривычна. Очень резкая перемена. Поэтому, я думаю, нормально сыграли. Проиграли то только одну встречу. Завоевали бронзу, а дальше будут и титулы.
- А кого из российских тренеров, работающих с игроками, скажем так, в деликатной манере, вы имели в виду?
- Из тех, с кем мне приходилось работать, выделю Алексея Гумянова. Он и спросить строго может, и, в то же время, уважительно общается с девчонками. Стиль Гумянова ближе к европейскому. К примеру, в Испании игроки с тренером в обращении «на ты», и, вместе с тем, чувствуют дистанцию, уважают его и выполняют все требования. Одно дело - дружеская атмосфера в команде, и совсем другое - когда ты идешь на тайм-аут и трусишься: господи, что придется сейчас выслушать от тренера… Сейчас и время другое, и молодежь другая. Думаю, того что было - уже не будет никогда. Время требует перемен. Человек должен трудиться не из-под палки, а получая удовольствие от своего труда. Да, в спорте важен, прежде всего, результат. Но я его добьюсь быстрее, если на тренировках и в играх буду получать удовольствие от тяжелой работы. Я назвала Гумянова, потому что работала с ним. Думаю, он не один, а большинство стремится работать, скажем так, в европейском стиле.
О людях, в большинстве своем, хороших
- Света, как и где вы познакомились с мужем? Его отношение к спорту?
- С Александром я познакомилась в сельхозинституте, благодаря гандболу. Он тоже учился там в 80-е. Приходил в зал на тренировки своей институтской команды, смотрел наши занятия. Так и познакомились. Потом мы лет 10 с ним не виделись, затем встретились и с тех пор уже не расстаемся. Всё благодаря гандболу! (Смеется).
- В 1998-м у вас родился сын. Приобщали ли его к спорту?
- Алекс родился в Испании на острове Лансароте. Но не в период моего выступления за их команду. До 97-го я играла в Сан-Себастьяне, потом во время паузы из-за травмы забеременела в Краснодаре, а рожать за 2 месяца до родов полетела на Лансароте, к проживающей там Татьяне Анагровой. Вот 4 месяца была на Лансароте. В то время местный клуб активно приглашал меня продолжить карьеру у них. Но в октябре Алекс родился, а конец сезона, несколько игр, я провела в «Кубани».
Мы пробовали Алекса приобщить к гандболу у тренера Житникова, папы знаменитых краснодарских гандболистов. Потом ходили к другому тренеру. Но не его оказался этот вид (улыбается). Муж предложил, пусть ходит на легкую атлетику, а уже «Королева спорта» даст ему необходимое развитие для любого вида. Алекс немного позанимался, но подвело здоровье. Пришлось со спортом распрощаться.
- С этим событием было связано сообщение пресс-службы Минспорта Краснодарского края в середине марте 2016-го о беде в семье прославленной советской и российской гандболистки Светланы Розинцевой?
- Да, с этим. У моего сына Алекса была врожденная деформация грудной клетки. Долгое время при обследовании нам говорили, что в операции он не нуждается. А потом Алекс в течение 2-х месяцев сильно прибавил в росте. У него сейчас 203 сантиметра. И вот из-за этого бурного скачка роста его проблема усугубилась настолько, что появилась угроза жизни из-за сдавливания и смещения внутренних органов, в том числе и сердца. Понадобилась дорогостоящая срочная и сложная операция в Москве. Я смогла взять только 2 кредита, но необходимой суммы так и не набрала. В дополнительных кредитах банки отказывали. И тогда Наталья Юрьевна Анисимова мне посоветовала обратиться в Минспорта Краснодарского края за помощью. Я пошла на прием к тогдашнему руководителю ведомства Людмиле Александровне Черновой, но в начале года Минспорта не располагало такими средствами. Можно было надеяться только на осень. Чернова предложила мне обратиться за помощью к людям через прессу. Я же вообще не хотела это выносить даже из семьи, только безысходность заставила обратиться в Министерство. А через прессу - тем более. Как-то стыдилась предавать огласке ситуацию со здоровьем сына и безденежьем. Но пресс-служба Минспорта в тот же вечер распространила обращение с указанием моего счета. За считанные часы информацию распространили все краевые СМИ. И мне стали переводить деньги друзья, знакомые и незнакомые люди, даже из-за границы - кто сколько мог. Каждая СМС-ка вызывала у меня слезы благодарности. Да и до сих пор вспоминаю и плачу. Я так благодарна всем-всем-всем этим людям, которые тогда отозвались на мою боль и спасли моего сына. Не устану благодарить всех их до конца моей жизни. Спасибо огромное и вам, как ни тяжело мне бередить душу воспоминаниями о том времени, но я рада возможности через «Независимую спортивную газету» еще раз поблагодарить всех, оказавших нам содействие! Сейчас у Алекса всё нормально. В этом году осенью сыну должны провести в Москве обследование для принятия решения снимать ли ему вставленную пластину или оставлять ее, возможн
о, придется вставлять и дополнительную пластину.
- Алекс сейчас учится в вузе?
- После 9-го класса он получил профессию повара. А после училища поступил в КубГУ, еще до того, как я стала работать в университете. Алекс и потом никому не говорил, что я работаю в КубГУ, хотел сам всего добиваться. Ему нравится японский язык, но основной в КубГУ - английский. Полтора года проучился и ушел. Пока сын взял паузу.
- На вашей страничке «ВКонтакте» есть такая информация: «МОЮ СТРАНИЧКУ ВЗЛОМАЛИ!!! ОСТОРОЖНО!!! НЕ ПЕРЕВОДИТЕ ДЕНЬГИ МОШЕННИКАМ!!! Я ЗНАЮ, КАКИЕ У МЕНЯ ДОБРЫЕ И ОТЗЫВЧИВЫЕ ДРУЗЬЯ!!! СПАСИБО ВАМ!!!» Прокомментируете?
- Я редко бываю в соцсетях. Но как-то захожу на свою страничку «ВКонтакте» и вдруг читаю там, что от моего имени просят перевести деньги, чтобы помочь. Я поняла, что это мошенники и поэтому написала: «Мою страничку взломали…» Потому что я знаю, сколько у меня отзывчивых друзей, готовых всегда прийти на помощь, и они могут вдруг стать жертвами обмана. А все, пришедшие мне тогда на помощь, теперь мои друзья. Горько сознавать, что помимо них находятся такие нелюди, которые наживаются на чужом горе и отзывчивости людей!
- Ваше отношение к нынешней ситуации к коронавирусу? Чему она нас учит, возможно, предостерегает от чего-то?
- Я думаю, она всё-таки нас учит. Нам всем, живущим на Земле, это для чего-то было нужно. Чтобы мы призадумались об истинных ценностях жизни. О том, насколько хрупко благополучие каждого и насколько мы все связаны на планете. Здоровье близких - это самое ценное, что есть у нас. Да, без материального, конечно, сложно, но нынешняя ситуация показывает, что перед ней все равны - что богатый, что бедный. Простой и знаменитый мог заболеть и, не дай Бог, умереть. И не только мог, но это ведь и было, есть, к огромному сожалению…
С другой стороны, эта ситуация дала возможность побольше побыть семьям вместе. Больше внимания уделить ближнему, лучше узнать его. Может быть, не всем это пошло и в плюс, может быть, из-за этого кому-то пришлось и расстаться (смеется). Я думаю, для чего-то это было нужно. Хотя иногда закрадывается мысль, и не у одной меня, а не слишком ли это всё раздуто? Ведь гораздо больше людей умирало и умирает от других болезней. Но, в любом случае, предостерегаться надо, выполнять то, что нам рекомендуют: соблюдать дистанцию, чтобы разорвать цепочки передачи вируса.
- Заключительный вопрос: о чем мечтает Светлана Розинцева?
- Скажу не о мечте, а о желании. Желаю, чтобы все были здоровы. Хочу, чтобы мамуля моя была здорова и жила еще долго-долго. Чтобы у сына было всё хорошо со здоровьем, чтобы он нашел себя и встретил свою вторую половинку. Здоровье и мир на земле - вот главные ценности, которых я желаю всем! Мы русские, мы сильные и всё выдержим!
Владимир Мороз

Поделиться ссылкой на статью в социальных сетях: