.: Футбол. В фокусе внимания
Максим Дюков: «В ЦСКА мы собрали команду, которая дважды обыграла «Реал» »
Б
ывший глава селекционного отдела ЦСКА Максим Дюков, работавший в клубе с 2011 года, дал первое большое интервью корреспонденту РИА «Новости» после ухода из команды. Из него вы узнаете: как стать скаутом без футбольного прошлого; сколько ЦСКА заплатил за переход 16-летнего Головина; как Гончаренко отреагировал на критику жены Дюкова; почему Федор Чалов не уехал в Англию; как Родриго Бекао обманул ЦСКА; почему «Амкар» прекратил свое существование и сколько ЦСКА платит игрокам своей академии.
- Вы и футбол: как это вышло, Максим?
- Я родился и вырос в Перми. Увлекался спортом, но как болельщик. В приоритете всегда был футбол. В 10-11-м классах ездил на языковые курсы в Ирландию. Заодно смотрел, есть ли там варианты продолжения учебы. Меня интересовал спортивный менеджмент, которому в 2006 году не обучали даже в Москве. В итоге выбрал 4-летний курс в Дублине. Из предметов выделю биомеханику, еще прошел базовый тренерский курс по работе спортсменов над скоростью и реакцией. Также изучал государственную систему спорта в Ирландии. Там куча всего: от структуры федераций до маркетинга. Главное, что получаешь на выходе, - это возможность работать в рекламно-коммерческом отделе клуба в любом виде спорта. Я трудоустроился в футбольный клуб «Сент-Патрикс Атлетик»: занимался атрибутикой и билетной программой. Но через 3 месяца вернулся в Россию - мне не продлили рабочую визу.
- Как возник пермский «Амкар»?
- Отправлял в клуб резюме несколько раз. В ответ - тишина. А получилось, к сожалению, как и всегда в России, через знакомых. Они занесли папку нужному человеку, после чего я моментально оказался в коммерческом отделе. Занимался документацией, билетами, атрибутикой, рекламой, смотрел, как выстраиваются отношения между Лигой и клубом. К селекции меня даже близко не подпускали, но я нередко участвовал в переговорах в качестве переводчика. Еще принимал письма от агентов, которые предлагали своих кандидатов.
Максим Дюков (в центре) с командой, собранной с его непосредственным участием
фото: РИА «Новости»
- Самое яркое воспоминание о том периоде?
- 2010 год, «Амкар» - клуб премьер-лиги. Билеты на матчи печатал «Гознак», а номер ряда и места наносились вручную приглашенными бабушками. Им платили 100-200 рублей за работу в ночь и до открытия касс. Стадион вмещает 19 тысяч: на условный «Ростов» собиралось 8-10, на ЦСКА или «Спартак» - под 15. Хотели сэкономить, но выглядело это ужасно. Поэтому я первым делом отказался от бабушек и перешел на нормальную систему производства и продажи билетов.
- Через 7 лет «Амкар» умер. Вы понимаете, почему все так печально закончилось?
- Клуб жил не по средствам. На бумаге имелся бюджет, который никак не подкреплялся фактическим финансированием. Как грамотно можно было поступить в сложившейся ситуации? Опуститься в ФНЛ. Аккуратно, сменив высокооплачиваемых футболистов на молодых. Но имелась проблема: вылетев из РПЛ, финансирование урезали бы не до уровня первой лиги, а, скажем так, колоссально. Потом шансов выйти в «вышку» уже не было бы - руководство «Амкара» это хорошо понимало. Они старались удержаться на плаву как можно дольше: всё ради бюджетных денег.
- Какие были источники?
- У клуба бюджет 600 миллионов: половину «Амкар» получал от администрации Пермского края, оставшиеся 300 клуб должен был раздобыть сам. За счет продажи футболистов, рекламы, привлекаемых спонсоров, билетов и так далее. Одно время получали деньги от завода минеральных удобрений (пока его «Сибур» не купил), «Уралкалий» давал что-то. Когда работал я, в сумме с трудом набиралось 400 миллионов. В последний год, как понимаю, они получили помощь от края, но не смогли ничего заработать самостоятельно. Спонсоры уходили, что вполне объяснимо: результаты не впечатляли, а на стадион ходило всё меньше болельщиков.
- Как вы привлекали деньги в клуб?
- У тебя есть пул спонсоров, соглашения с которыми ты стараешься пролонгировать, очень желательно (но маловероятно) - с увеличением суммы контракта. А еще ищешь новых - и это самое сложное, поскольку в России все большие соглашения заключаются на уровне высшего руководства. Бывают исключения, конечно, но редко. Поэтому мы никак не могли найти желаемые деньги. Космической считалась продажа одного сезонного баннера на стадионе за 250 тысяч рублей. А надо, повторюсь, 300 миллионов. При этом я получал ноль процентов комиссии.
- Спустя год вы перешли в ЦСКА.
- Весной 2011-го «Амкар» колбасило: начались проблемы с финансированием и задержки зарплат. Решил, что пора выходить на уровень клубов Москвы. Опять же сработала рекомендация: через товарищей, к которым обратились люди, знакомые с моим окружением, я вышел на ЦСКА. В коммерческой службе не оказалось вакансий, поэтому мое резюме ушло в спортивный отдел. Его получил мой первый руководитель - Антон Евменов. Я попал в нужное время в нужное место: в тот период Антон в одиночку занимался основной командой и параллельно искал себе помощников.
- Расскажите о первой встрече с Евменовым.
- Хорошие знакомые передали информацию: «Этот парень стоит потраченного на него времени». Антон начал с теста: «Вот диск, посмотри матч, напиши отчет».
- А вы писали когда-нибудь?
- Ни разу. Включаю - там «Аякс» - «Утрехт». За Амстердам играли Кристиан Эриксен и Миралем Сулеймани, за вторых - Дрис Мертенс и Кевин Стротман. Короче, мой отчет заключался в том, что нам в центр нужно срочно купить Стротмана (тогда он свяжет абсолютно всё), а на левый фланг Мертенса (справа Тошич справляется). И, помню, писал, что есть необходимость в смене поколений: у нас в центре Алдонин и Рахимич, а Паша Мамаев сидит на скамейке.
- Великолепно. Что сказал Евменов?
- «Фифти-фифти, но давай работать». Я переехал в Москву: занимался просмотром футболистов для основы и молодежки. DVD, Wyscout (он только появился), анализ рынков, рекомендации агентов - все это заполняло каждый мой день.
- Вы вообще не играли в футбол. Как всему научились? Как оценивали скиллы и потенциал игроков?
- Всё пришло с опытом: это много часов просмотра футбола, общение с Антоном, другими селекционерами, а также со Слуцким, который постоянно приходил и беседовал с нами. Он вслух разбирал действия определенного игрока, его сильные и слабые стороны. Я впитывал информацию.
- Давайте на конкретном примере.
- Евменов рассказывал про Кейсуке Хонду, которого рекомендовали агенты. «Включили матч японца за голландский «Венло». Через 30 минут нам всё стало ясно». Говорю: «Дай мне диск: я сам посмотрю и пойму, что ты там увидел».
- Понял?
- Да, это одна из немногих историй, когда нужно всё бросать и бежать. Я увидел шикарный прием мяча, удар с обеих ног с любой дистанции и скорость - как физическую, так и принятия решений. Хонда казался инородным телом на фоне второй голландской лиги.
- Футбольные люди не смотрели на вас, новичка в этом деле, с недоверием?
- В глаза никто ничего не говорил. Чувствовал ли я? Где-то, может быть, да. Но не в клубе, а за его пределами. Это абсолютно нормально. Я даже считаю это своим преимуществом: у меня другой взгляд на футбол. К тому же, становишься гораздо увереннее, когда футболисты, про которых я говорил «надо, надо, надо», в итоге оказывались в ЦСКА. Марио Фернандес, Эльм, Ахмед Муса - все они прошли через меня, я был первым, кто их заметил. Только не надо воспринимать это так, будто я в одиночку привел их в ЦСКА. Один человек ничего не сможет сделать самостоятельно. Работает команда: от президента до переводчика.
- Расскажите о принципах работы ЦСКА на трансферном рынке.
- ЦСКА - это бизнес. Помимо достижения результата, клуб работает на самоокупаемость. В каждое приобретение закладывается возможность перепродажи, любой новичок должен оставаться востребованным на рынке после 2-3-х лет в ЦСКА. Поэтому 33-летний футболист в команде никогда не появится. 25-26 лет - это предел.
- Давайте перенесемся в лето 2018-го. В команде Гончаренко осталось 12 человек. Игнашевич и Березуцкие завершили карьеру, ушли Вернблум и Натхо, затем Витиньо и Головин… Как строилась нынешняя команда?
- Мы никого не искали - у нас уже всё было. В этом и заключается работа селекции и моя как руководителя. Иметь базу по футболистам, постоянно ее обновлять и быть готовым оперативно «закрыть» нужную сделку. Летом работали по конкретным позициям. Искали качественных футболистов за минимальные деньги. Собрать команду нужно было к июню. Тот же Витиньо уехал только после июльского Суперкубка России, примерно в эти же дни определялось будущее Головина. Так что солидным бюджетом мы не располагали. Но уже тогда почти на 100 процентов были уверены, что Саша Головин уйдет в «Челси», «Ювентус» или «Монако». Причем, от итальянцев первое предложение поступило еще до ЧМ-2018. Но сумма оказалась неприемлемой для ЦСКА.
- Писали о 20-ти миллионах евро.
- Гораздо ниже.
- Вы рады тому, как складывается карьера Головина?
- Саша сделал правильный выбор. Я был в числе тех, кто рекомендовал ему «Монако». Он там играет, растет и прибавляет. После ЧМ-2018 и переезда в Европу он окончательно стал лидером сборной наравне с Дзюбой. Я глубоко убежден: в «Челси» он бы не заиграл. Как можно приходить под нового тренера (Маурицио Сарри), который берет на позицию Головина своего любимого футболиста (Жоржиньо)?
- Где вы видите Головина через 3 года?
- Думаю, он переедет в Англию. Раз: его возьмут уже состоявшимся футболистом, а не подающим надежды. Два: он приедет за большие деньги. Три: очень важно приходить в топовый клуб в топовом статусе: потому что сам статус не позволит тренеру усадить тебя на лавку, это очень важно. Кстати, а знаете, во сколько обошелся нам Головин?
- Заинтриговали…
- Согласно регламенту, если сумма компенсации предыдущим клубам игрока не выплачивается в течение 12-ти месяцев, то деньги уходят в РФС. Поэтому мы всегда самостоятельно находим клубы, которым причитаются выплаты, и сами их осуществляем. Это принцип ЦСКА, мы готовы людей благодарить.
- Вы по-прежнему говорите «мы».
- А что вы хотите, всё-таки 9 лет провел в одном клубе. В любом случае: ЦСКА для меня - это большая семья. Когда подписывали контракт с Головиным, в его паспорте значился только один ДЮСШ - новокузнецкий «Металлург-Запсиб». Директор школы оказался очень принципиальным: наотрез отказался брать от нас деньги в качестве благодарности. «Я и принять их никак не смогу, у нас госучреждение. Помогите лучше инвентарем». В итоге мы отдали за Головина пару сеток и мешок мячей.
- Кто реально хотел купить Федора Чалова?
- Только английский «Кристал Пэлас». Сумма была сопоставима с той, которая муссировалась в прессе (по информации агента Чалова, англичане предлагали 25 миллионов фунтов, - прим.ред.). Но вы же понимаете: никто не платит всё сразу, на больших трансферах всегда хотят большую рассрочку. А у нас впереди образовывалась дыра, новичка нужно было брать незамедлительно. У меня было «в рукаве» несколько хороших вариантов замены. С учетом того, что Федя забил 15 голов и в момент стал лидером атаки, нам нужно было бы брать пару напов, чтобы не потерять в качестве и минимизировать риски, имея задачу вернуться в Лигу чемпионов. Федя действительно хочет в Англию, в «Челси» - это его мечта. Кто еще мог бы уехать? Большинство футболистов ЦСКА заиграет в Европе, тот же Жора Щенников где-нибудь в Испании будет бороздить бровку с закрытыми глазами.
- Марио Фернандес?
- После ЧМ-2018 поступало одно предложение. Аренда. Мы посмеялись.
- Вернемся к летней кампании 2018-го. Как вы нашли центрального защитника Родриго Бекао?
- Это самая веселая история. Сначала мы не взяли грека Константиноса Мавропаноса: я договорился с его клубом «ПАС Яннина» о трансфере в пределах 1,5 миллионов евро, затем взяли паузу (раздумывали, брать ли зимой - при играющих Березуцком и Игнашевиче он бы сидел на лавке), после чего его за 2,5 миллиона перехватил лондонский «Арсенал». Весной открываем профиль Мавропаноса в «Instat». В колонке справа показывали похожих футболистов. Там было 4 игрока: троих из них мы знали, а четвертым оказался Бекао.
- Серьезно?!
- Да. Кликнул - а там клуб «Баия», вторая лига чемпионата Бразилии. Включил матчи Бекао в чемпионата Штата. Сразу зацепили его жесткость и чувство момента. Можно так сказать: бежит игрок линии атаки соперника, бух-бах - Бекао чисто отбирает у него мяч. Проблем тоже хватало: выбор позиции, не самая лучшая игра на «втором этаже», нет суперскорости, а первый пас вообще отсутствовал (он просто отдавал мяч вратарю). Но мы включились в работу.
- Вполне себе набор качеств за миллион евро.
- Тут важно грамотно выстроить оборону. Играя в 3 защитника, вовсе не обязательно, чтобы каждый игрок умел всё. Нужно просто распределить функционал. Есть Магнуссон: его коронка - длинный пас, через него можно начинать атаку. В центре Бекао: один на один он никого не пропустит. У третьего другое качество.
- Первое время Бекао все восхищались, затем случился провал - он со скандалом ушел в итальянский «Удинезе». Как вы его упустили?
- Сначала я очень долго договаривался с клубом, чтобы после окончания аренды не возникло вопросов с постоянным трансфером. На это потратил больше месяца, пришлось попотеть, но этот вопрос был закрыт. А вот по игроку имелась лишь джентльменская договоренность с его агентами: если все окей, то мы на таких-то условиях забираем Бекао. Ударили по рукам.
Сентябрь, Бекао сыграл в первом матче Лиги чемпионов. Нам всё сразу стало понятно: «Давай подписывать, чего ждать?» Начался диалог с агентами: мы добивались встречи, но они всячески ее избегали. Так продолжалось до январских сборов в Испании. Я сам полетел разговаривать с Бекао. Он просто сказал: «Я знаю, что мы обо всем договорились, но мне мало, я заслужил намного больше денег». И назвал сумму в два раза больше той, о которой мы договорились изначально.
- Вы пошли на уступки?
- Мы выразили недовольство агентам, оказывали давление на Бекао. Позже выяснилось, что во время декабрьского отпуска в Бразилии он подписал контракт с «Удинезе». Бекао прилетел на сбор ЦСКА, но ничего не сказал, потому что боялся сесть на скамейку. Мы, не зная об этом, серьезно пошли ему навстречу во время переговоров. Дальше - снова отказ. С его стороны посыпались детские оправдания: «Вы так быстро пошли на мои условия, значит, сразу могли дать больше». И на каждый новый аргумент он заявлял, что что-то не так, что нужно что-то еще. До тех пор, пока не стало известно об «Удинезе».
Хорошо, что к тому времени подлечился Васин, появился Дивеев. Плюс Набабкин. Затем взяли хорвата Шарлию в бесплатную аренду до конца сезона. Под конец «окна» рискнули и с Седриком Гогуа из «Тамбова». Он сразу отбил все вложения: вышел, забил и добыл для нас 3 очка.
- Как в ЦСКА оказался Никола Влашич?
- В шорт-листе он отсутствовал. Например, там был босниец Раде Крунич, но он впоследствии перешел в итальянский «Милан». И я его понимаю: Россия уже не столь привлекательна для легионеров. Больших денег в РПЛ нет. Сейчас к нам едут за возможностью засветиться и перейти на другой уровень. Как это сделать? Нужно играть за команду, которая пробилась в Лигу чемпионов или в Лигу Европы. Но даже это не всех соблазняет. Как-то связались с одним хорошим защитником из чемпионата Бельгии: «Хочешь в ЦСКА переехать?» - «Что я там забыл? Я в Лиге чемпионов начинаю». Хотя в 2011-м, думаю, он сразу сказал бы «да».
- Расскажите, как убеждали Влашича.
- Позвонил его агент: «Хотите?» «Ты с ума сошел? - отвечаю. - Вези!» А я знал Николу с 16-ти лет, когда он дебютировал в «Хайдуке». Начался диалог: Роман Бабаев занимался английским «Эвертоном», которому принадлежал Влашич, я - футболистом. Сначала Влашич не хотел ехать: «Зачем? Я в Англии, это другой уровень». Затем я рассказал ему про проект: «Мы в Лиге чемпионов, у нас крепкая молодая команда, ты приходишь к нам в качестве лидера». Влашич - птица высокого полета (в хорошем смысле). Он хочет чего-то добиться в жизни. Скамейка «Эвертона» явно его не устраивала. Рассказал о нашей системе, высоком прессинге и атаке. Итог: убедил.
- Арнор Сигурдссон.
С трансфером Арнора Сугурдссона армейцам пришлось здорово попотеть
фото: ФК ЦСКА
- Стартовал чемпионат Швеции. Смотрим: тренер «Норчепинга» стал выпускать Арнора на замену. Лично меня зацепили его смелость, характер и качества: он прибавлял с каждым матчем, неплохо обыгрывал и реализовывал моменты. Было видно, что у него отличные перспективы. Но самое интересное, что в сборной Исландии его ставили опорным полузащитником. Для принятия финального решения это тоже был показатель: в юношеской команде центровым ставят самого умного и зрелого игрока. Значит, у него с головой всё в порядке, он готов быть ключевой фигурой на поле. Звоню знакомым исландским агентам, с которыми общался раз в 5 лет. «Не ваш парень?» - «Наш! Вся Исландия под нами. А чего вы хотите? Он же еще не играл толком». - «А мы уже посмотрели, нам этого достаточно. Он нам подходит, доверьтесь мне!» Вскоре посмотрел его матч вживую. Тогда окончательно убедился, что мы сделали правильный выбор. Личная беседа для меня стала решающей.
- Вот тут поподробнее.
- Характер, это сразу чувствуется. Он задает правильные вопросы, внимательно меня слушает, а не смотрит в одну точку. С опытом это приходит, можешь за пару минут понять, из чего футболист слеплен.
- Какие вопросы?
- Как минимум: где находится база, какой стадион, какое поле, какой самый дальний выезд. Если молодой футболист (17-19-летний) спрашивает, по какой схеме мы играем и на какой позиции его видит тренер, - это вообще космос. Как только Арнор начал выходить в «старте» и стал лучшим молодым футболистом чемпионата Швеции, его агентов завалили предложениями. Звонили каждый день, но всем отвечали: «Извините, вы опоздали». Они - люди слова, и за это я им благодарен. Кстати, из уважения мы чуть подняли личные условия.
- Красивый жест.
- Сделку закрыли только через 3 месяца - всё из-за президента «Норчепинга», который категорически отказывался отпускать игрока. Если изначально мы пришли с предложением меньше 1-го миллиона евро, то закончили с суммой существенно больше. Но в рамках разумного. Это были самые долгие и тяжелые переговоры в моей карьере. Получив очередной отказ, стали наводить справки: так узнали, что босс клуба занимается крупным бизнесом в Швеции. Когда он отвечал «не хочу», мы выходили на его партнеров с просьбой повлиять на решение по Сигурдссону. Скажем так, сделать дружеское внушение: мол, надо работать с людьми, а не на фиг всех посылать. Это не особо помогло. Но шло время, а мы не сбавляли оборотов, я постоянно был на связи с игроком, его семьей, агентами и представителем клуба. В итоге додавили.
Вот с другим исландцем - Магнуссоном - было попроще. Его рекомендовали агенты. Игрок сборной, хороший первый пас, аут, который в последнее время почему-то вообще не используем. И, конечно, характер: поэтому все новички легко адаптировались, в команде не появилось ни одного гнилого футболиста. Я к тому, что есть игроки, после разговора с которыми понимаешь: вот он может испортить атмосферу в коллективе. И на этом я всегда заостряю внимание: с одной стороны, футболисту играть на поле, а с другой - даже самая маленькая ложка дегтя может испортить конечный продукт.
- Японец Такума Нисимура - чья креатура?
- До него я предпринял вторую попытку подписать другого японца - Рицу Доана, который сейчас в голландском ПСВ. Первый раз пытались заполучить парня еще при Олеге Яровинском, он тогда возглавлял селекционный отдел ЦСКА. Голландский «Гронинген», предыдущий его клуб, который ранее продавал Ван Дейка, Луиса Суареса и всех остальных, хотел, чтобы японец ушел за рекордные деньги - 10 миллионов евро. Это нереальная сумма для нас. Агенты говорят: посмотрите, кто еще у нас есть из японцев. Так возник Нисимура, решили рискнуть.
- А словенец Яка Бийол?
- Откопали на Мемориале Гранаткина. Первый матч он сыграл защитником, второй - опорником, третий - атакующим полузащитником. И везде был лучшим. Надеюсь, Яка меня простит, но в то время он был медленным, как черепаха. Но зацепил универсальностью, физическими данными и суперхарактером. Не такой юморной, как Вернблум, но на него всегда можно положиться. Он не даст слабину и не подведет команду.
- Наконец, 19-летний малиец Лассана Н'Диайе?
- К сожалению, пока он клубные вложения не оправдывает.
- А вы рассчитывали, что он выйдет и будет рвать, как Дима Сычев в 2002-м?
- Да. Лассана рвал всех на уровне 17-летних. По итогам двух дней просмотра он всем понравился. Потом, как считаю, возникли сложности с адаптацией. Мальчик оказался просто не готов, верю, что ситуация исправится.
А еще я бы сделал акцент на хорвате Кристияне Бистровиче. Вот это яркий пример стратегического планирования в селекции. Смотрите: у тебя через 6 месяцев истекают контракты у группы футболистов, часть из них продлеваться не будет, нужна замена. Тут была конкретная работа под позицию Бибраса Натхо. Кристияна я разглядел в Хорватии буквально за 5 стартовых туров чемпионата, парень был вообще из ниоткуда. Долго убеждал руководство, и отчасти из-за того, что стоимость трансфера была разумная, получил добро на переход.
- В России все очень плохо с переходом из юношеского во взрослый футбол. Почему так происходит?
- Менталитет. Нашим футболистам очень тяжело не сбавлять обороты. Мы добиваемся определенных успехов и успокаиваемся, не целимся куда-то выше. Дойдя до тренировок с основным составом, 50 процентов ребят считают, что работа сделана. Слова футболиста о том, что он хочет пробиться в сборную, ничего не значат - ты понимаешь это, глядя на его самоотдачу. Знаю, что у некоторых сносит башню из-за больших денег. В ЦСКА таких персонажей не было. Объясню почему. Я, как руководитель, держал игроков детско-юношеского возраста на максимально низких зарплатах. 12 лет - самый ранний возраст подписания футболиста. Клуб и родитель идут в органы опеки, там дают разрешение, после чего мы подписываем трудовой договор на срок не более 3-х лет (согласно регламенту РФС). Зарплата по первому контракту футболиста чуть выше МРОТ по Москве.
- Больше 15-ти тысяч рублей?
- Около того. Как правило, до перехода в «молодежку» зарплата сильно не повышалась. Да, в ЦСКА на таком уровне много не заработаешь, но есть другие бонусы.
- Какие?
- Игра в основе. Абсолютно все футболисты выпускного возраста работают с молодежной командой. Одну-две тренировки - как минимум. Большинство уезжают на сборы. Потому что так должно быть. ЦСКА - это про шанс, который дают всем. Кроме того, мой отдел отвечал за контроль развития перспективных футболистов. К примеру, когда я пришел работать в клуб, Федор Чалов уже был в статусе «будущий игрок основного состава». И все, включая меня, старались не создавать барьеров в его футбольном развитии. Так же было с Черновым, Карповым и Кучаевым.
- За годы работы внутри нашего футбола у вас появилось объяснение, что в нем не так? Что мешает ему развиваться?
- Огромная территория. По факту все основные детско-юношеские соревнования проводятся в Москве. И, возможно, в Санкт-Петербурге. Даже на первенство Москвы приезжают играть «Рубин» и «Ростов». Если в Ставрополе есть хороший футболист, то с кем ему играть? Нужна постоянная игровая практика с сильными соперниками. По факту у него один хороший турнир в году - региональный. Что он делает в остальное время? Тренируется и играет со своими же партнерами по команде. Нет новых вызовов и соревновательной борьбы.
В Европе всё по-другому. Сел в автобус - через 2-4 часа ты приезжаешь в любую точку страны. Плотность команд намного выше, чем в России. И сиюминутного выхода из этой ситуации нет. Нужно развивать футбол на местах, строить арены с крышами, тратиться на перелеты (как теперь делают восточные клубы ПФЛ, переведенные в другие зоны). Но в наших реалиях невозможно принять решение, которое всех бы устраивало.
- Вы ушли из ЦСКА по собственному желанию. Что подтолкнуло к решению?
- Считаю, так будет лучше для всех. Конфликта, о котором писали в СМИ, внутри клуба не было. Причина в мотивации: находить ее - после 9-ти лет работы в одном месте - уже сложновато. Можно сказать, я уперся в потолок.
- Как оцениваете селекцию ЦСКА за время вашей работы в должности руководителя?
- Крайне положительно. Особенно в первые 2 сезона.
- Почитал комментарии болельщиков в соцсетях: они явно с вами не согласны.
- Это нормально. Если открыть комментарии, написанные в адрес Антона Евменова и Олега Яровинского (руководили селекцией ЦСКА до Дюкова, - прим.ред.), то вы увидите там ад.
- Аргументируйте свою оценку.
- За неимением огромного бюджета на трансферы мы смогли полностью поменять команду летом 2018-го. Для сравнения возьмем 2011 год, когда я только пришел: уже сформированный коллектив подпитывался точечным усилением. Когда мы искали футболиста в группу атаки, то оперировали бюджетом в районе 6-ти-7-ми миллионов евро на одного футболиста. Так появился Ахмед Муса. В те же пределы уложился трансфер Расмуса Эльма.
Полтора года назад, когда я стал руководителем, выделялись совершенно другие деньги. И это при том, что были проданы Головин и Витиньо. Грубо говоря, за 14 миллионов евро мы собрали команду, которая дважды обыграла мадридский «Реал». При этом ребята толком не успели потренироваться вместе, вывозя за счет индивидуальных качеств. Да, потом начался спад, но это нормально. Здесь не идет речь о том, что ребята плохо провели сборы или футболисты по факту оказались переоценены. Команда молодая, у нее всё впереди.
- Когда именно вы приняли решение уйти?
- Шел к этому около полугода.
- Самое популярное мнение: уход - следствие критических высказываний вашей жены Людмилы в адрес Виктора Гончаренко. В тот день, когда поднялся шум, мы записывали первую часть интервью. Приняв звонок, вы, не доев пасту, быстро встали и ушли. Что происходило дальше?
- В первую очередь я позвонил Гончаренко. К тому моменту ему уже всё передали. Я извинился.
- Как он воспринял?
- Да никак. Такая ситуация, в которой все всё понимают. Слова здесь излишни. Он в какой-то степени принял это. Если бы я стал оправдываться или пропал куда-то - это одно, а так я сразу позвонил. Какой-то период времени у нас были натянутые отношения. Я просто не трогал его неделю-полторы. Не могу говорить за Михалыча: допускаю, что у него была обида, но он мог относиться ко мне так, как хотел, поскольку это была исключительно моя ошибка, наш семейный косяк.
- Людмила должна же была понимать, что переписка может улететь в интернетовскую сеть.
- В тот момент она этого не понимала. У нее был закрытый аккаунт, только для друзей, увы, не все из которых оказались настоящими. Разумеется, у нас состоялся разговор. Она выслушала от меня всё, что должна была. Сделала выводы. Теперь такое точно не повторится.
- Сразу пошли слухи, что вас увольняют.
- Был разговор с президентом клуба Гинером и гендиректором Бабаевым. Он прошел в рабочей атмосфере. Мне был сделан выговор, я его принял. Принес извинения и дальше продолжил работать. Увольнять меня никто не собирался.
- Как после этого вы взаимодействовали с Гончаренко?
- Хорошо, что он адекватно оценил ситуацию. Если бы на его месте был какой-нибудь идеалист или человек с чересчур завышенной самооценкой, то, возможно, именно по этой причине мне пришлось бы уйти. Он мог отрезать: «Я с этим человеком работать не буду. Либо он, либо я». Но Виктор Михалыч так не сделал, и за это ему большое спасибо. Повторюсь: ситуация рассосалась в течение 2-х недель. Сейчас мы, как я считаю, в нормальных отношениях.
- Это правда, что вас приглашали в московский «Спартак»?
- Томас Цорн, гендиректор «Спартака», уже опроверг эту информацию. Не вижу смысла вновь поднимать этот вопрос.
- Какие у вас планы?
- Посмотрим. Пока на паузе, все ждут разрешения ситуации с коронавирусом, но интересные предложения есть. В России и в Европе. На достигнутом останавливаться не собираюсь.

.: Другие материалы рубрики


Поделиться ссылкой на статью в социальных сетях: