.: Футбол. Тет-а-тет
Николай Комличенко: «Мне очень нравится в Европе»
В
ы могли не заметить, но главный российский легионер в сезоне-2018/19 - это не Денис Черышев и даже не Роман Нойштедтер, а 23-лений форвард Николай Комличенко из чешской «Млады-Болеслав».
Комличенко - первый воспитанник академии «Краснодара», дебютировавший в премьер-лиге (это случилось в марте 2014-го), но уже 3-й сезон (с перерывом на вторую половину чемпионата-2016/17) нападающий играет в Европе. Сейчас он очень много забивает: уже 18 голов (4 - с пенальти) в 18-ти матчах (у идущего следом Мирослава Стоха из пражской «Славии» - 11 мячей).
Корреспондент «Sports.ru» съездил к Комличенко в Младу-Болеслав и расспросил его обо всем.
Лучшее местов Чехии - центр Праги
- Николай, вы живете в Чехии почти 2 года. Лучшее место и лучший момент за это время?
- Однозначно лучшее место - это Прага, особенно ее центр. Это бомба, такую красоту трудно описать словами. В Праге я бываю почти каждые выходные - от Млады-Болеслав на машине ехать всего полчаса. Либерец (там Комличенко играл за «Слован», - прим.ред.) и Млада- маленькие спокойные города, ничего особенного.
фото: sports.ru
Мне нравится в Европе: здесь всё спокойно, обычное движение, никто особенно не напрягается. Добрые люди, которые хорошо относятся к русским, всё чисто. Прага навсегда останется со мной как частичка этой страны, ее я запомню на всю жизнь. Сейчас у нас с женой нет причин уезжать из Европы, мы всем очень довольны. Плюс в Чехии я сделал мини-предложение своей будущей жене. Я долго шел к этому, и для меня особенно памятно, что это произошло именно здесь.
- Почему долго к этому шли?
- Мы познакомились еще в Краснодаре, как-то оказались в общей компании. Дружили около года, и только потом начались отношения. Встречались около 3-х лет.
- И почему только мини-предложение?
- Чуть позже я сделал уже красивое предложение перед ее семьей. К тому же, хотел проверить, согласится она или нет. Она даже не раздумывала.
- В Младе-Болеслав скучновато?
- Болеслав - скорее спокойный, а не скучный город. Когда я хочу сходить в кино, увидеться с друзьями, то еду в Прагу - из-за небольших расстояний в этом нет никакой проблемы. В Болеславе тихо, поэтому можно сосредоточиться только на футболе и семье, тут тоже есть кино. Летом можно съездить на барбекю, здесь красивые парки. Сейчас, правда, плохая погода, поэтому гулять особо не хочется.
- Кино смотрите на чешском? На каком языке общаетесь с партнерами?
- С другими игроками общаюсь на чешском. Конечно, бывают недопонимания, тогда мы объясняемся на английском. Я его выучил в школе, уровня, который есть сейчас, мне вполне хватает. Тренер говорит с нами только по-чешски. Переводчика у нас нет даже для африканцев. Сам кино на чешском вообще не смотрю. В раздевалке что-то показывают по телевизору, я смотрю, но всё равно не понимаю. На ТВ очень быстро говорят, с ребятами в команде попроще. Так что кино смотрю или на русском, или в кинотеатре на английском с чешскими субтитрами.
- Кроме кино и общения с родными и близкими, осталась ли какая-то связь с Россией? Музыка, «ютуб»?
- Да, я в основном слушаю русскую музыку. Слушаю почти всё - от Круга до «Pharaoh». Из последнего нравится «GONE.Fludd». «Ютуб» в интернете, конечно, тоже смотрю - в последнее время подсел на канал Евгения Савина. Также читаю новости в «твиттере» - они тоже в основном про Россию, но иногда попадается что-то про Чехию и мир в целом.
- Когда слушаете «GONE.Fludd», кричите «Чуитс!»?
- Ха. Добавил всего пару песен: «Сахарный человек», «Кубик льда». Нравится, слушаю, но «Чуитс!» не кричу.
- В «твиттере» только читаете новости? Я пару дней назад заходил на ваш аккаунт - вы только ретвитите чьи-то записи, причем предпоследний ретвит сделал еще в марте 2017-го.
- Я вообще хотел удалить все записи. Мне неинтересно что-то писать, да и подписчиков у меня мало (446, - прим.ред.). Мне смешно, когда люди с тремя подписчиками пишут свои мысли о кино, о каких-то событиях в мире. Им никто не отвечает, и складывается ощущение, что они общаются сами с собой. У меня нет аудитории, поэтому я слежу только за новостями.
Жизнь в академии «Краснодара», общение с Галицким
- Многие слышали положительные отзывы об академии «Краснодара», но увидели ее только недавно в блоге Савина. При вас там было так же, как сейчас?
- Я не увидел никаких кардинальных изменений, они только улучшили некоторые детали. Например, у нас не было уроков танцев - были только шахматы. Не было сушилки для бутс. Отличные учителя, которые работали со мной, остались в академии. Они не только следили за уроками - например, их волновало, убрано ли в наших комнатах. За плохие оценки отстраняли от тренировок. Тренировочных полей стало больше, но нам всего хватало и тогда.
- Меня поразило, как всё упорядочено. Например, в столовой - каждый этаж выделяется для нескольких возрастов.
- Да, столовая новая. Когда я был в краснодарской академии, там была обычная столовая, где ели все: мы, тренеры, учителя, офисные работники. Места было маловато. Сейчас в этом смысле всё намного круче.
- До перехода в академию вы болели за «Кубань»? Почему ваш отец (бывший игрок майкопской «Дружбы» и «Кубани», - прим.ред.) вообще поверил в проект «Краснодара»?
- Я вообще никогда не болел ни за какую команду, только персонально за отца. Так осталось до сих пор - любимой команды у меня нет. «Краснодар» был шагом на более профессиональный уровень. До 14-ти лет я тренировался в общеобразовательных школах. Мы почувствовали с отцом, что хотим сделать более серьезный шаг и проверить мои способности. Меня звали на просмотр в другие города, но я не хотел никуда уезжать. И тут приглашение на просмотр из «Краснодара» - стало очень интересно. Плюс со мной была пара близких друзей. Получилось так, что мы перешли в «Краснодар» втроем. Это был как переход из ПФЛ в РПЛ.
- Что случилось с вашими друзьями?
- Андрей Батютин сейчас играет в курском «Авангарде», но принадлежит «Уфе». Женя Андриенко был с нами в дубле и во второй команде «Краснодара», однако потом решил закончить с игровой карьерой. Сейчас он работает в структуре «Краснодара». Мы до сих пор лучшие друзья, общаемся каждый день, они были на моей свадьбе.
- У вас были проблемы с учебой?
- У нас была доска почета, на ней висели 3-4 человека, я - один из них. Я не был отличником, закончил школу с четырьмя-шестью четверками. Просто был хорошим парнем, который нормально себя вел, старался делать уроки и со всеми общаться. Я ни с кем не зарубался - меня так воспитали. Когда говорили делать уроки, нужно было их чуть-чуть сделать. Ну, или хотя бы сделать вид, что ты занят уроками (улыбается).
- Телефоны отдавали только на час перед отбоем?
- Чаще всего нас просто проверяли, не сидим ли ночью в телефонах. Иногда заставляли сдавать - у некоторых было по два телефона. Помню, что кто-то даже однажды сдал муляж.
- И что, не спалили?
- Конечно, спалили. Еще у нас не открывали двери в комнаты - сейчас они у всех открыты. Когда воспитатели открывали дверь, у нас было время убрать телефоны. Понятно, что руководство всё продумало. Раньше можно было как-то найти общий язык, сейчас, как я понимаю, всё строже. Правда, нас не будили - можно было проспать, но потом получить выговор. В таких случаях доставалось и воспитательнице, поэтому мы старались никого не подводить.
- Галицкий уделяет огромное внимание академии. Как это влияет на пацанов - вы зажимались, когда он приходил?
- Я был счастлив. Да у всех сразу загорались глаза - все хотели взять мяч и показать Галицкому, какие они крутые. Если он видел хорошее действие, то хвалил - иногда даже прямо во время тренировки. После нее Галицкий мог не уйти с поля, а подойти к какому-то игроку и поговорить. Это было классно. После того как ко мне подходил Галицкий и говорил, в чем я прибавил, в чем - нет, я звонил отцу: «Пап, представляешь, меня знает Галицкий!» Это реально давало очень большой толчок.
- А за неудачные действия он критиковал?
- Критика высказывалась тренерам, которые потом ее передавали нам. Лично это могло случаться только после матчей - если мы проигрывали и плохо играли. Он говорил всё по делу, в том числе мне. Это нормально воспринималось - для всех мальчишек он был как отец. Он хотел, чтобы мы заиграли, поэтому злился.
- Самый запоминающийся момент с Галицким?
- Был период, когда мы с Батютиным хорошо играли за «Краснодар-2» и постепенно привлекались Кононовым к тренировкам с основой. После одной из них я общался с Олегом Георгиевичем, и тут подошел Галицкий: «Вы с Батютиным молодцы, сделали шаг вперед, мы вами очень довольны. Вам предстоит еще много работать, но мы вас хотим перевести в главную команду. И поднять вам зарплату». Это была суперфраза. Я почему-то очень хорошо запомнил тот день: было солнечно, но прохладно, тренировка закончилась где-то к обеду. Зарплату нам подняли совсем ненамного, но всё равно было очень приятно - тем более с учетом того, что об этом лично сообщил президент.
Аренда в «Черноморец», в чем польза ПФЛ для молодых игроков
- Ваша первая аренда - в новороссийский «Черноморец» в сезоне-2014/15. Как второй дивизион влияет на молодого игрока?
- Полгода можно, мне их хватило. Я работал на тренировках, спокойно себя вел. «Я приехал из академии «Краснодара», а вы тут вторая лига», - такого вообще не было. Через месяца два мне вообще стало комфортно. Из «Черноморца» у меня осталось много друзей, трое из них тоже были на моей свадьбе.
- Почему тогда аренда получилась неудачной? Отец, игравший у Долматова в «Кубани», не отговаривал от переезда к нему в Новороссийск?
- Чуть-чуть не сработался с Долматовым. Отец не отговаривал - наоборот, сказал, что через вторую лигу надо пройти. Объяснял, что это уже не команда сверстников, а команда мужиков, где очень важно поставить себя, показать, что ты из себя представляешь. Отец рассказывал, что Долматов может быть странным, со своей прибауткой, но это нормально. Я уважительно к нему относился - он тренер, босс. Не получилось - да, но так бывает.
- А что странного было в Долматове?
- Очень хорошо помню одну предматчевую тренировку. Был прострел, я замкнул его плечом, забил. Он разозлился, после тренировки вызвал к себе в кабинет, долго разговаривали из-за этого гола. На игру я должен был выйти в старте, но после этого он отправил меня в запас с мотивировкой, что я должен повзрослеть.
Не закрепился при Кононове, потому что не работал так, как должен был
- Когда вы вспоминали о периоде работы с Кононовым, то говорили: «Возможно, я не понимал, как правильно работать». Что конкретно имели в виду?
- Я должен был выкладываться на 120 процентов, потому что был молодым. А я думал: «Чуть-чуть поработаю после тренировочки - и всё». А во время самой тренировки должен был делать не только свою работу, но и чью-то еще, не важно какую: покатиться за уходящим мячом, не проигрывать борьбу. У меня такого не было. Даже если мастерства не хватало - нужно было пахать «через не могу». Просто потому что молодой. Я этого не делал, но мне никто и не подсказывал, что я так должен работать. Мне просто говорили, что я не работаю. А я не понимал, в чем смысл.
- Это вам говорил Кононов?
- Нет. Олег Георгиевич ко мне хорошо относился, это же он мне дал играть. Если бы он во мне ничего не видел или был чем-то недоволен, вряд ли бы дал мне шанс выйти за основу (за нее Комличенко сыграл 4 матча в РПЛ-2013/14, - прим.ред.).
- В какой момент вы поняли, что в вас что-то не так? Как вообще заставить себя пахать?
- На сборах после сезона-2013/14. Меня взяли с основой, сказали, что рассчитывают. Были определенные причины, по которым я не проявил себя, но и я сам точно не показал себя как человек, готовый работать на 200 процентов и биться за свою позицию. Всё идет от головы. Когда ты видишь ситуацию, которая тебя не устраивает, ты начинаешь по-другому смотреть не только на окружающие вещи, но и на себя. Всё довольно просто.
- Ваш отец говорил, что Шалимов сильно повлиял на ваше развитие, дав уверенность в себе. Что он сделал?
- Я получал всю информацию, которая была нужна, поэтому это и дало результат в «Краснодаре-2», где я стал лучшим бомбардиром исключительно из-за тренерской работы. Я двигался в основном в середине, не бегал в края, не открывался у углового флага. Была заготовка: я либо должен был сбросить мяч и оставаться в створе ворот, либо уже ждать мяч в створе. Но быть только в створе. Все ребята знали, где я буду в какой момент - всё это результат тренировок Шалимова.
- Абсолютно то же самое Шалимов говорил в отношении Смолова.
- Да. Шалимов знал мои сильные стороны и использовал их - был идеальный для меня расклад. Именно он сделал из меня игрока штрафной, я ждал передачи только там.
- С вами индивидуально работал Евгений Бузникин (отец Максима Бузникина, руководителя селекционной службы «Краснодара», - прим.ред.). Что это было?
- На тот момент он работал селекционером, сидел в офисе с Максимом и Юрисом Лайзансом. После одной из тренировок подошел ко мне: «У тебя много недочетов, хочешь поработать и сделать гарантированный шаг вперед?» После каждого матча я приходил к нему, мы включали «InStat» - разбирали все плохие моменты, хорошие почти не разбирали. Разбирали всё: открывания, приемы мяча - на видео же всё видно. Куда корпусом повернул, куда пробил - отрабатывали всё. Он говорил, что перед приемом мяча всегда нужно смотреть по сторонам и понимать, что ты будешь делать: отыгрывать мяч в касание, чтобы получить его позже, либо сохранять и делать еще одно движение. Потом в играх я уже старался посмотреть влево-вправо, как ногу поставить, как в штрафной открыться. Работа с Бузникиным мне очень помогла.
- Когда вы вернулись в «Краснодар» из чешского «Слована», у Шалимова спрашивали, почему вы совсем не выходите на поле. Он отвечал, что вам нужно стать координированнее и мощнее. Для этого вам разработали специальную программу. Расскажите.
- Да, на следующий день после каждой игры я отдельно работал с тренером по физической подготовке. В зале тягал железо, работал с резинкой. В основном мной занимался Николай Русу, который до сих пор работает в «Краснодаре». Мы работали не только в зале - на поле занимались техникой бега, разбирали, как правильно стартовать. Разбирали, как правильно ставить стопу при старте, как отталкиваться от земли, чтобы шаг был быстрее и мощнее, как должны работать руки и корпус. Думаю, это мне помогло стать чуть быстрее, поэтому и сейчас я провожу такие тренировки уже для себя. В «Младе» на таких тренировках никто не настаивает, но это всё равно полезно.
- Шалимов обсуждал с вами, почему вы не играете?
- Только в начале, на сборах и сразу после них. Для меня не находили времени в главной команде, поэтому я играл за «Краснодар-2», но это было уже совсем не то. На самом деле, играть за вторую команду у меня уже не было никакого желания. Понимаю, что я профессиональный футболист, но мне совсем не хотелось играть в ПФЛ. Думал, что перерос этот уровень - поэтому и уезжал в «Слован». Через полгода вернулся - и получилось туда же. Это всё оставляло депрессивный отпечаток. Получился очень скомканный год.
- Вы признавались, что перед «Слованом» вас приглашали в «Амкар». Почему не поехали? Потому что это РПЛ? Потому что это Пермь?
- Нет, город вообще ни при чем. Мне сказали, что меня хочет «Амкар», даже их начальник команды написал дату, когда я должен приехать на сбор. Мне было самому интересно, как смогу себя проявить на уровне РПЛ. Но потом внезапно позвонил чешский агент Виктор Коларж и рассказал, что за мной следит «Слован». Я посоветовался с отцом, с «Краснодаром». «Слован» был интересным вариантом, потому что это Европа, потому что они играли в Лиге Европы - это вообще было хорошим стимулом. Поэтому я решил, что «Слован» будет интереснее «Амкара».
- Во сколько раз меньше вы получали в «Словане», получаете в «Младе», чем могли бы получать в условном «Амкаре»?
- А я не знаю, сколько бы мне предложили в «Амкаре». Я даже когда в «Слован» и «Младу» переходил, не спрашивал о зарплате. Я просто хотел играть, мне понравилась идея отъезда в Европу.
- То есть что-то накопить на будущее сейчас непринципиально?
- Нет, почему. Я получаю какие-то деньги, всё не трачу, откладываю. Пока зарабатываешь какие-то деньги, должен их откладывать, а не покупать сразу очень крутую машину. По чуть-чуть мы с женой целенаправленно откладываем. Сейчас нет каких-то сумасшедших денег, по российским меркам они абсолютно обычные.
фото: sports.ru
- Раньше вы говорили, что хотите вернуться в «Краснодар». Сейчас говорите, что хотите остаться в Европе. Что изменилось?
- Я полгода находился в депрессивном настроении, после этого много чего поменялось. Если тебе не звонят, значит, нет интереса. У меня своя карьера, значит, нужно думать о другом.
- Три вещи, которые вам не нравятся в российском футболе? Возможно, раньше вы к этому даже спокойно относились, но изменили свое мнение после переезда в Европу.
- О чем-то плохом особо не думал. У нас боеспособная лига, мы входим в «топ-6» в Европе. Наша лига - хорошая. Да, есть команды, которые закрываются и не дают играть, но они есть почти во всех чемпионатах. Я смотрю матчи РПЛ, понятно, что мне не нравится, когда ребята играют в «минус 15» в Красноярске. Читал интервью защитника «Ахмата» Андрея Семенова - конечно, это безобразие, хоть это и особенность нашей страны. То, что мы можем играть в манеже или на искусственном поле, тоже не особенно красит РПЛ, но, опять же, это особенности России.
В Чехии грузят «физикой» с начала сборов
- За последние пару лет уровень чешского футбола несколько раз поражал Россию: «Спарта» обыгрывала «Краснодар» в Лиге Европы и была не хуже ЦСКА в квалификации Лиги чемпионов, «Виктория» дважды по сумме 2-х матчей была сильнее ЦСКА, «Славия» возила «Зенит» в Петербурге. Вы знали об уровне, когда сюда ехали?
- Если честно, ничего не знал о чемпионате. Конечно, за Чехией не следил. Когда только приехал, удивился, насколько все мощны физически, как все носятся. Нет супермастеров, но всё равно есть качественные игроки, которые стоят обычные 3-4 миллиона евро, однако классно играют: Стох - в «Славии», Станчу - в «Спарте», Грошовски и Кременчик - в «Виктории». Понятно, что могут говорить, что в Чехии есть только 3 команды, а остальные - так себе. Но остальные - совсем не так себе, все хорошие, боевитые команды. Как, собственно, и в России.
- В Чехии вас удивил уровень физической готовности, но иностранцы, которые приезжают из «топ-5» в России, про наш чемпионат говорят примерно то же самое. Получается, в Чехии упор на «физику» даже больше, чем у нас?
- Разная система подготовки на сборах. В Чехии сразу начинают с высоких нагрузок и держат на этом уровне все сборы. В России я был в командах, где мы набирали форму постепенно - тяжелая беготня была уже к концу сборов. Тут ты должен уже к началу сборов быть в порядке. Очень многое набирается за счет контрольных матчей. На сборах мы провели 8 игр - это много за месяц.
- В бытовом плане вам спокойнее в Чехии?
- Да мне и дома было классно. Дома всё рядом, а здесь я только с женой и собакой.
- Собаку завели уже в Чехии?
- Нет. Это йоркширский терьер, ей уже 10 лет, это собака жены. В начале этого сезона жена уезжала на учебу в Россию, мы перевезли собаку в Младу, чтобы всем было комфортно. Собака всегда встречает меня дома, всегда радостная. Чувствуешь, что ты не один, кто-то тебя ждет. Так что, это определенно плюс. Хотя до этого у меня не было домашних животных.
8-матчевая дисквалификация, работа с нынешним тренером «Славии»
- Николай, в прошлом сезоне вас дисквалифицировали на 8 матчей. Что случилось?
- Да, попал в книгу рекордов чемпионата Чехии - это то ли вторая, то ли третья по длительности дисквалификация за всю историю… Ничего особенного - просто в борьбе выпрыгнул, руки были на уровне головы защитника «Яблонеца». Я сломал ему нос, челюсть, в глазу лопнул сосуд. Причем, судья мне вообще ничего не сказал - просто соперник сделал замену. Потом «Яблонец» подал жалобу в местный КДК - и мне влепили 8 матчей. Я был в шоке. Думал, что максимум дадут 2 игры. Не было никакого умысла, я сразу же извинился. Зато этот парень потом в «инстаграме» написал: «Спасибо за травму, русак». Через 2 недели он снова играл. А я пропустил 2 месяца. В клубе к дисквалификации отнеслись нормально - были только шутки. Один раз мне даже хотели подарить боксерские перчатки (улыбается).
- В прошлом году за «Младу» сыграли 6 вратарей. Как это вообще возможно?
- Было 2 тренера, 2 «трансферных окна». Летом было 3 вратаря - все сыграли. Потом из них 2 ушли - на их место пришли двое новых. Конечно, это сказывалось на обороне. Но так решили тренеры, сейчас такого уже нет.
- В «Словане» с вами работал Индржих Трпишовски, который сейчас тренирует «Славию». Чем он хорош? Его «Славия» очень понравилась в первом матчах с «Зенитом» в Лиге Европы.
- Очень сильный тактик. Трпишовски проводит очень качественные разборы, поэтому все плюсы и минусы соперника его команда знает хорошо. Плюс «физика» - думаю, вы видели, как «Славия» бежала в Петербурге. Ну и человеческое общение даже с игроками, которые не выходят на поле - он объясняет, почему сложилась такая ситуация, будут ли шансы или ты уйдешь из команды в ближайшее время. Со мной он очень много работал над движениями в штрафной, открываниями при навесах.
Почему Комличенко так прибавил в этом сезоне
- После дубля в ворота «Славии» Трпишовски сказал, что вы превратились в «убийцу». В чем трансформация? Как изменения вы чувствуете сами?
- Основная причина перемен - смена тренера, случившаяся в конце прошлой зимы. Ребята знают, что меня надо искать в штрафной, когда нужно, я могу побороться за верховой мяч, скинуть. Тренер Йозеф Уэбер знает, чем я силен, и требует выполнения именно этих функций. Придя в команду, Уэбер сразу сказал, что знает меня и хочет, чтобы я у него играл. Летом на сборах мы еще больше начали работать индивидуально и разговаривать. Ну и, конечно, поперло - забил один, второй, третий…
- В этом сезоне у вас 7 голов после навесов и прострелов с флангов. При прошлом тренере вы нечасто оказывались в штрафной в створе ворот?
- Нет. При предыдущем тренере я всегда должен был бежать только на ближнюю штангу. Я полсезона пробегал туда и забил один гол. Окей, тренер говорит бежать на ближнюю - буду бежать туда. Сейчас я уже смотрю на защитников и на нашего игрока с мячом, рассчитываю, куда он плюс-минус будет подавать. Если он навешивает от лицевой, понятно, что он вряд ли будет это делать на ближнюю штангу - а даже если да, то там стоит защитник, и я не успею в эту зону. Может, лучше показать ложное движение и остаться на 11-ти метрах?
- Атакующую систему «Млады» как-то можно сравнить с тем, что было в «Краснодаре»?
- При Кононове было всё от креатива, при Шалимове было четкое распределение ролей и зон. То есть при Кононове была импровизация, можно было чаще идти в обыгрыш. Тогда был классный состав: Широков, Измайлов, Франсишко Вандерсон, Мамаев хорошо подключался. Шалимов же ждал, что мы будем в четких позициях ждать четких передач. Здесь всего понемногу. Понятно, что если мяч на фланге, то должна быть подача. Если должна быть подача, то 3 игрока должны быть в чужой штрафной: я, фланговый полузащитник (он замыкает одну из штанг) и один из центральных полузащитников. Плюс другой центральный хавбек на линии штрафной, а другой крайний защитник - на противоположном от фланга подачи углу штрафной.
- В матче со «Славией» 2 пенальти были назначены после использования системы «VAR». Встретить ее в чешском чемпионате было очень неожиданно.
- Она есть только на 3-х матчах тура. Если честно, не знаю, по каким критериям они выбираются: вроде бы «VAR» есть на всех матчах «Спарты» и «Славии», но он был, например, на нашей игре с «Дуклой», которая вообще идет предпоследней. Нам просто говорят перед игрой: «Сегодня есть «VAR». Ну, окей. Об этом забываешь в течение игры и вспоминаешь, только когда судья показывает телевизор. У нас было пару моментов, когда «VAR» не помог. Вроде смотришь видео - очевидный пенальти, а судья все равно его не назначает. Хорошо, что есть справедливость, но, с другой стороны, паузы в игре, ждешь - поставит судья или нет. Мне нормально и с «VAR», и без него.
Главное событие года - свадьба
- Николай, следите за высказываниями о себе из России? Например, бывший спортивный директор «Краснодара» Алексей Зинин писал в «твиттере», что за вами следят все наши топ-клубы. Станислав Черчесов говорил, что вы еще не готовы приносить пользу сборной.
- Если Черчесов сказал, что следит, значит, так и есть. Стимул выходить и забивать каждую игру у меня есть, а дальше всё зависит от главного тренера. Если он говорит, что есть кто-то сильнее меня, то я с ним согласен. Меня не особо волнует, что говорят о других клубах, потому что у меня есть арендное соглашение с «Младой» и действующий контракт с «Краснодаром». Если есть интерес - приятно, но не более.
- Вы говорили, что хотите играть в Германии. Важен ли клуб? Возможно, стоит учитывать как раз стилистические особенности?
- Гипотетически, конечно, интересно, как атакует команда, чего от тебя хочет тренер, на какой позиции он тебя видит. Мне кажется, каждый футболист перед переходом обязан знать эти вещи, диалог между тренером и игроком абсолютно нормален. Играть в «топ-5» хотят все. А так в целом - мне очень нравится в Европе.
- Что сильнее всего на вас повлияло в 2018 году?
- Конечно, свадьба. Для каждого мужчины это очень серьезный шаг, безотносительно от того, чем он занимается в жизни. Я точно стал ответственнее. Свадьба подтолкнула сделать еще один жизненный шаг вперед. И это главный итог года.

.: Другие материалы рубрики



Поделиться ссылкой на статью в социальных сетях: