.: Футбол. Тет-а-тет
Алексей Чистяков: «Мог достичь в карьере большего»
Э
ксклюзивное интервью «Независимой спортивной газете» дал Алексей Чистяков - известный кубанский вратарь, в прошлом защищавший ворота краснодарской «Кубани», майкопской «Дружбы», ростовского СКА и ворошиловградской «Зари». А ведь при удачном стечении обстоятельств он мог заиграть и в московских клубах. Ну а в качестве наставника Алексей Викторович работал с несколькими командами на постсоветском пространстве, а сейчас трудится тренером в краснодарской «Академии футбола», что располагается на улице 2-я Пятилетка. В обстоятельной беседе Чистяков рассказал о своем жизненном пути и насущных проблемах современного российского футбола.
- Алексей Викторович, кто был вашим кумиром в детстве?
- Прежде всего, Лев Иванович Яшин. Мне невероятно нравилась его игра, и я очень хотел быть на него похожим. Как правило, раньше в детских командах вратарем становился тот, у кого плохо получалось в поле. Но у меня другая история - меня сразу тянуло в «рамку» (улыбается).
фото: armsport.am
- Вы ведь являетесь воспитанником группы подготовки при команде «Кубань», верно?
- Да, правильно. Сначала я играл за «Сокол» - это был середняк первенства Краснодара в турнире «Кожаный мяч». Потом меня пригласил «Старт», одна из лучших команд города. Тренировал ее Валерий Владимирович Завьялов, нынешний директор «Академии футбола» на 2-й Пятилетке. Со «Стартом» я выиграл финал края, а в полуфинале другого турнира в Орджоникидзе мы уступили команде из Дагестана. Дальше было интересно. Выяснилось, что в составе нашего соперника играли несколько футболистов более старшего возраста, чем было разрешено, и дагестанскую команду дисквалифицировали. Получается, что на финал должны были ехать мы, но в райкоме комсомола Октябрьского района нам сказали: «Денег нет». В итоге ни на какой финал мы не поехали. Ну а потом я удачно сыграл в товарищеском матче с командой группы подготовкой «Кубани» - и меня пригласили туда.
- Кто тогда был там тренером?
- Юрий Михайлович Сосин. Но он поработал недолго, а вместо него пришел Петр Сергеевич Титов. Мне очень повезло, что я занимался под его руководством. Это бывший вратарь «Кубани», и он внес огромный вклад в мое становление как голкипера. К сожалению, Петра Сергеевича уже нет в живых…
- Чем конкретно вы обязаны Титову?
- Он подтянул мой уровень во многих компонентах. Научил, как правильно ловить мяч в различных ситуациях, как играть на выходах и руководить обороной. На тренировках Петра Сергеевича нужно было преодолевать себя, несмотря на усталость. Я уже тогда был трудолюбивым, но благодаря Титову еще больше развил силу воли. Я окончательно убедился: если у тебя что-то не получается, то надо сжать зубы и продолжать, пока не получится.
- Вы в детстве твердо решили, что останетесь футболистом и во взрослой жизни?
- Я верил в это, жаждал и мечтал. Петр Сергеевич заставил меня поверить в свои силы - и это очень важный фактор. Потому что уверенность вратаря всегда передается полевым игрокам. Причем на любом уровне - начиная с детей и заканчивая профессионалами.
- Читал, что ваша мама выступала против того, чтобы сын занимался футболом…
- Да, такой момент действительно был. Для начала надо сказать, что я рос без отца, мама и бабушка получали мало денег - а мне нужно было покупать форму, кеды и так далее. Вы же понимаете, что такое гаревое поле - костюмы на нем рвались очень быстро, даже на месяц не хватало! Кроме того, я стал хуже учиться в общеобразовательной школе. «Двоек», правда, не получал - но остальные оценки были вперемешку. И мама поставила условие: «Если не подтянешься в учебе, то запрещу тебе играть в футбол». Она считала, что мне нужно поступать институт и получить профессию, а футбол этому только мешает. Я рассказал об этом Петру Сергеевичу, и он переговорил с моей мамой.
- Удачно?
- Весь разговор я не слышал. Но при мне он сказал, что я трудоспособный и перспективный вратарь, что это мое будущее. И больше мама не препятствовала мне заниматься футболом. А вот «тройки» по некоторым предметам у меня так и остались до конца школы (улыбается).
- Как вы попали во взрослую команду «Кубани»?
- Это произошло в 1974 году. Желто-зеленые вышли в первую лигу и взяли меня сначала в дубль. К тому времени я уже набрался определенного опыта в международных встречах за юношескую сборную СССР. А вскоре заиграл и в основной команде «Кубани». Правда, здесь не обошлось без доли везения.
фото: ФК «Кубань»
- Что вы имеете в виду?
- Как уже отметил, я сначала попал в дубль, и моя кандидатура не рассматривалась на роль основного вратаря. Но в конце сезона в команде случился какой-то конфликт между руководством и футболистами. После этого нескольких игроков убрали, в том числе двух голкиперов - Артеменко и Волкова. В итоге я отыграл несколько матчей осенью, и «Кубань» сумела сохранить прописку в первой лиге.
- Трудно было выдержать свалившуюся на плечи ответственность?
- Конечно! Я сильно нервничал, переживал, ведь не хотел подвести команду. Но интерес и азарт у меня были такие, что я готов был хоть под танк ложиться, образно говоря! Спасибо партнерам по команде и тренерам за то, что поддерживали меня и дали почувствовать уверенность. А если бы они начали пихать за недочеты - то, конечно, могли сбить меня с толку.
- «Кубань» тогда тренировал Геннадий Матвеев. Охарактеризуйте его как наставника.
- Это знаменитый в прошлом ростовский футболист, который выступал за сборную СССР. Геннадий Михайлович отлично понимал футбол. Любил пошутить и поговорить на разные темы, но моментами был жестким. Если кто-то не выполнял его требования, то попадал в немилость. Тот факт, что при Матвееве мы выполняли задачу остаться в первой лиге, свидетельствует о его хорошей квалификации. Кстати, потом я пересекался с ним в волгодонском «Атоммаше».
- После Матвеева в «Кубань» пришел Руслан Дзасохов…
- Руслан Борисович - очень порядочный, интеллигентный человек, мне он нравился, Царство ему небесное. Он давал команде большие нагрузки, возможно, несколько перебарщивал с прыжками. Полевые игроки жаловались, но мне как вратарю это шло на пользу (улыбается).
- Слышал, в 1975-м вы могли перейти в московский «Спартак». Это правда?
- Правда. В начале сезона помимо меня в «Кубани» было 2 вратаря - Гвритишвили и Волокиткин. Сначала Дзасохов ставил в «рамку» Гвритишвили, но он играл неуверенно, и его отчислили. А Волокиткин получил на тренировке травму мениска, в результате по ходу сезона у команды остался один голкипер - я. И в такой ситуации приезжает Николай Петрович Старостин, приглашает меня в «Спартак», где уже на сходе был замечательный вратарь Александр Прохоров. Конечно, мне хотелось поехать в московский клуб, хоть я и болел за киевское «Динамо» (улыбается).
- Так почему же отказали красно-белым?
- Ребята и тренеры «Кубани» сказали мне: «Как ты уедешь? Ты же кубанец! Ты наш единственный вратарь. Если сейчас уедешь - то мы вылетим. Ты должен остаться». Ну я и остался, естественно. Подумал: «Как я брошу родную команду?»
- Потом жалели о таком выборе?
- Были двоякие чувства. С одной стороны, если бы я уехал в «Спартак», то мог достичь в карьере большего. А с другой стороны, испытывал гордость, что «Кубань» во мне нуждается, и я продолжу приносить ей пользу. Честно говоря, мне казалось, что «Спартак» пригласит меня еще раз в конце сезона. Но так получилось, что поезд уже ушел. В таких больших командах свято место пусто не бывает.
- Почему, на ваш взгляд, в 1976 году «Кубань» вылетела из первой лиги?
- Пришедший главным тренером Гуреев - это, конечно, футбольный проходимец. Всё, что можно в команде загубить, он загубил - и в игровом плане, и в плане атмосферы. Его не воспринимал вообще никто, кроме руководства. Все видели, что Гуреев пришел в клуб решать свои конкретные задачи, и по факту он не соответствовал занимаемой должности. А как громко он заявлял: «Вот, у меня конспекты Лобановского, это мой друг, мы сейчас станем по ним тренироваться и достигнем таких же успехов!» Ну а руководители часто поддаются напору уверенных аферистов, которые выдают желаемое за действительное и преподносят себя так, как будто они корифеи в футболе и всё знают. Как говорят, чем сильнее ложь, тем охотнее в нее верят. В предыдущем сезоне команда чуть не вылетела, а Гуреев наобещал сходу вывести ее в высшую лигу. Ну, бред, согласитесь! И закономерный итог - вместо повышения в классе вылет во вторую лигу.
- Тогда еще в краснодарском клубе был конфликт из-за квартир и машин…
- Не без этого. Денег тогда в «Кубани» платили мало - большими зарплаты стали уже при Королькове. А тогда получить квартиру или машину считалось большой удачей. Когда автомобили давали опытным футболистам, у которых уже были сбережения, те оставляли их себе. А более молодые продавали, чтобы выручить 2-3 тысячи рублей - серьезные по тем временам деньги. Причем, на собраниях в клубе принимались решения вне очереди давать машины таким-то футболистам - а по факту их получали другие. Конечно, это вносило дисбаланс в команду, шли раздоры и ссоры.
- После вылета на пост главного тренера пришел Виктор Корольков, и вскоре вы покинули стан желто-зеленых. Почему так произошло?
- Сначала всё было вроде нормально. Корольков пригласил в команду еще вратарей - Васильева, Подшивалова. На зимних сборах мы базировались недалеко от кишиневского «Нистру», который еще недавно выступал в высшей лиге. Тренировал молдавскую команду Полосин, друг Королькова, который раньше был в «Нистру» его помощником. Кишиневцы должны были проводить товарищеский матч с московским «Локомотивом», и у них не хватало вратаря. Тогда Корольков отправил в «Нистру» на время этого спарринга меня. После игры Полосин говорит мне: «Я приглашаю тебя в нашу команду. Даем квартиру, машину. Пойдешь?» Отвечаю: «С удовольствием». Но не всё зависело от меня: раньше действовало положение, согласно которому игрок команды, вылетевшей в низший дивизион, мог покинуть ее только с разрешения руководства.
Так вот, автобус «Нистру» довозит меня до гостиницы, где базировалась «Кубань», Корольков стоит на крыльце и курит свою трубку: «Иди купайся, потом на обед». А сам начинает беседовать с Полосиным. Потом Корольков подзывает меня и говорит: «Так, собираешь вещи и едешь в Краснодар». - «Не понял: как, зачем?» - «Не обсуждается. Едешь в Краснодар». Посадил меня и Сашу Семенюкова в автобус, водитель Петр Иванович Анисимов повез нас в Краснодар. А команда оставалась на сборах еще 2-3 дня.
- Что было дальше?
- Тренируюсь с командой в Краснодаре, вроде всё нормально. 22 апреля у нас субботник на Четуке - ходим, одуванчики с поля срываем. Тут ко мне подходит капитан команды Виталик Фурса: «Тебя Корольков зовет». Иду к тренеру, а он мне: «Так, Алексей, пиши заявление об уходе». - «Не понял. Почему?» - «Вот, я пообщался с руководством, и мы приняли решение, что лучше тебя освободить». - «Так а основания какие?» - «Игровые». Я был в шоке, просто в шоке! Я понимал, что не такой опытный, как Васильев - но по игровым кондициям ни в чем ему не уступал. А что касается Подшивалова, то был на две головы выше его по игровым меркам. Я думал: «Ну ладно, Васильева с Подшиваловым тащат, не первый раз оказываюсь в роли запасного вратаря. Все равно мое время придет, и я стану первым». Но Корольков всё сделал технично, и меня отчислили в то время, когда заявочное «окно» было закрыто. В итоге, я пошел играть на первенство края за «Садовод» из Тимашевска, и вскоре меня пригласил в майкопскую «Дружбу» ее главный тренер Георгий Безбогин.
- Что можете сказать о Георгии Константиновиче?
- У меня с ним произошел конфликт. Если хотите, то могу рассказать. У меня родился сын, и в этот день мы встречались в товарищеском матче в Майкопе с югославской командой «Железничар» из Сараево, которая до этого сыграла в спарринге вничью с «Кубанью» - 2:2. А премиальные у нас в «Дружбе» были 200 рублей за победу в международном матче. Для сравнения, зарплата у меня была чистыми 144 рубля, которых на жизнь не шибко хватало… Так вот, мы ведем 2:1, остается минут 7 до конца встречи, и вдруг на замену у «Дружбы» выходит мальчик, которого мы раньше в лицо никогда не видели. Он «привозит» один момент - я выручаю, потом «привозит» второй - нам забивают. Ничья - и премиальных нет. Тогда я в раздевалке высказал Безбогину всё, что в душе накипело, бросил ему бутсы в ноги и ушел. Никогда раньше не позволял себе так относиться к старшим, но это был, на мой взгляд, предел! Почему он выпускает мальчика, которого никто в команде не знает, которого ни разу не видели на тренировке? Это просто ужас! Мне коляску ребенку не на что купить, а он таким образом решает какие-то свои проблемы.
- Конфликт получил развитие?
- Безбогин прислал ко мне начальника команды, через которого передал, что простит меня. Но я бы его не простил! А потом он устроил мне неприятную ситуацию с армией, когда я полгода провел без футбола, что для вратаря очень много.
- Расскажите.
- Меня призвали в армию, привезли на сборный пункт на 9-й километр в Краснодаре. Я ехал с ребятами, которые были чемпионами Европы по дзюдо - в Адыгее сильная школа единоборств. Дзюдоистов на сборном пункте отобрали в спортроту, а меня - нет. Хотя меня вообще должны были отправить в ростовский СКА - в этом был заинтересован главный тренер армейцев Герман Семенович Зонин. Тогда я лично пошел к начальнику сборного пункта: «Можно к вам?» - «Заходите». Он посмотрел на меня: «Подождите, что-то ваше лицо мне знакомо…» Прочитал фамилию: «О, да вы же бывший вратарь «Кубани»!» Потом глядит в документы: «Вас собираются отправить в учебку в Читу, а дальше - в Афганистан…» И быстро переписывает: «Так, в спортроту я вас одного определить не могу, должен быть сопровождающий. Тогда отправляю в Грозный на курс молодого бойца, а потом вас переведут в ростовский СКА после запроса оттуда».
- И действительно перевели?
- Далеко не сразу. Из Ростова-на-Дону приходили два запроса, но мне их не выдавали на руки и никуда не отпускали. Хорошо, что я смог дозвониться до Матвеева и объяснить ситуацию. Он доложил об этом Зонину, и только за личной подписью командующего Северокавказского военного округа меня отправили в ростовскую команду. Зонин спросил у меня: «Давно мяч не видел?» - «Полгода». И отправил он меня восстанавливать кондиции на пару месяцев в волгодонский «Атоммаш», который выступал во второй лиге под руководством Матвеева.
- Как у вас складывались дела в СКА, когда вы вернулись из Волгодонска?
- Кроме меня, вратарями там были Радаев и Кушнарев. Кстати, с Радаевым я пересекался еще в юношеской сборной СССР. Считаю, что в период выступления за СКА он был лучшим голкипером страны. В составе армейцев мы оба получали игровую практику, потому что вратарь на каждый отдельный матч определялся в зависимости от стиля игры соперника. Радаев был реактивный, мощный и прыгучий, с отличной реакцией, поэтому он выходил против техничных команд - таких, как московский «Спартак», ереванский «Арарат», тбилисское «Динамо». А на выходах лучше действовал я, поэтому меня ставили в стартовый состав с соперниками, которые проповедовали фланговые передачи, - например, с киевским «Динамо» и краснодарской «Кубанью».
- СКА закономерно выиграл Кубок Союза в 1981 году?
- А почему нет? Встречались в Москве со «Спартаком». Игра была равная, интересная. Красно-белые не реализовал пенальти - удар с «точки» смазал центральный защитник Александр Мирзоян. А потом в концовке забил Сергей Андреев, и мы победили 1:0.
- Как отмечали успех?
- Прямо в раздевалке выпили шампанское из кубка. Администратор команды уже подготовил всё заранее, так сказать, на всякий случай (улыбается). Но долго праздновать у нас времени не было. Финал Кубка состоялся 9 мая, а уже 13-го числа мы играли в чемпионате Союза против «Зенита» в Ленинграде. Уступили 0:1.
- Правда ли, что СКА после победы в Кубке вылетел из высшей лиги не по игре?
- Думаю, да. Опять эти машины, конфликты, группировки… Зонин, который раньше работал в ворошиловградской «Заре» и сделал ее в 1972-м чемпионом СССР, привез оттуда Андреева, Гамулу, Заварова, Кузнецова. А потом им дали «Волги» в первую очередь…
- Как вы оказались в 1982-м в ворошиловградской «Заре»?
- Меня уговорили Саша Заваров и Игорь Гамула: «Все, давай-давай, поехали туда», тренер Добижа тоже хотел видеть меня в своей команде. Мне сказали, что Александр Ткаченко - вратарская легенда Луганщины, чемпион Союза - скоро перейдет на тренерскую работу, и основным голкипером стану я, будет задача выйти в высшую лигу. Я, в конечном итоге, согласился. Но в середине января Добижу снимают, приходит новый наставник и говорит: «Мне Ткаченко как тренер не нужен. Пускай остается вратарем». И я опять оказываюсь в запасе! Вновь появляется проблема, не связанная с моими игровыми кондициями. В общем, я считаю, что сделал неправильный выбор, ведь мог из СКА уйти вместо «Зари» в московское «Торпедо».
- И что же помешало это сделать?
- После поражения в составе армейцев в 1/8 финала Кубка кубков от франкфуртского «Айнтрахта» прилетаю в Шереметьево. И меня в аэропорту уже встречает начальник команды автозаводцев Филатов, конкретно говорит: «Валентин Козьмич Иванов приглашает тебя на разговор». Самолет в Ростов-на-Дону был через 4 часа, но меня все равно усадили в «Волгу» и повезли на встречу с Ивановым: «Обратно доставить успеем». Я встретился с Козьмичем, разговор получился плодотворный, и я дал свое согласие на переход в «Торпедо». Потом меня, как и обещали, отвезли назад в аэропорт. Прилетаю со СКА в Ростов-на-Дону, и главный тренер Владимир Григорьевич Федотов спрашивает: «А ты куда в Москве ездил?» - «Да к родственникам». - «И что же тебе родственники пообещали?» - «Играть в основном составе, квартиру и машину». Я и так не любил обманывать, а тут уже и смысла не было (улыбается). Но Гамула с Заваровым отговорили меня ехать в «Торпедо»: «Что тебе там делать, Вячеслав Чанов еще будет играть, а ты присядешь на лавку». Еще и жена не хотела отпускать: «Москва - нефартовый для тебя город, ты там чуть не умер». В итоге я сделал, как уже говорил, неправильный выбор, никто не дал мне хорошего совета. Как раз Чанов закончил играть за «Торпедо», а Ткаченко за «Зарю» продолжил.
- А почему жена сказала, что вы чуть не умерли в Москве?
- Это было еще в 1978-1979 годах. Осенью я поехал из «Дружбы» в столичный «Локомотив», но 31 декабря на тренировке получил два сотрясения мозга в течение 10-ти минут и попал в реанимацию. Это была просто жесть, и восстанавливался я очень долго. А в феврале меня попросили написать заявление по собственному желанию: «Чемпионат на носу, нам нужен вратарь, а ты занимаешь эту позицию». Я мог этого не делать, потому что меня должны были лечить после травмы. Но как это часто бывает: «Помоги, ты же понимаешь, ты же нас подведешь…» Тогда я написал заявление и вернулся в «Дружбу».
- Получается, что в «вышке» вы поиграли только за СКА. А «Заря» при вас в элите советского футбола уже не выступала…
- Да. Когда ворошиловградский клуб возглавил тренер Олег Базилевич, то он сказал, как Гуреев в свое время в «Кубани»: «На следующий год я вывожу команду в высшую лигу». Итог получился тот же самый - вылет во вторую лигу…
- Алексей Викторович, какой в целом итог подведете своей карьере?
- Если бы я не получал травмы и делал в нужные моменты правильный выбор, то, конечно, достиг бы большего. Не говорю, что играл бы на уровне Яшина, но, думаю, моя карьера сложилась бы по-другому, если бы я пошел не в «Зарю», а в «Торпедо». Дальше по ходу своей тренерской карьеры я старался использовать свой неудачный опыт и советовал трансферные решения своим подопечным - что им, на мой взгляд, лучше делать для дальнейшего прогресса.
- Какие, если без ложной скромности, у вас были сильные вратарские качества?
- Всё познается в сравнении. Например, у Радаева в СКА были лучше реакция и мощь. Но я грамотнее выбирал позицию и успешнее действовал на выходах. Еще отмечу, что мой детский тренер Петр Сергеевич Титов дал мне прекрасную школу ловли мяча. В то время был дефицит перчаток, и я научился играть без них. Поначалу, конечно, сушило руки, но потом привык. Во взрослом футболе тоже играл без перчаток - можете посмотреть на фотографиях тех лет.
- Когда вы решили ступить на тренерский путь?
- Стал задумываться об этом, когда еще был футболистом. Потом устроился в ворошиловградский интернат. Кстати, там тогда тренировался Сергей Семак. Причем он 1976 года рождения, а играл за команду на год старше и был лидером. Спокойный, уравновешенный, интеллигентный - всем тренерам было приятно с ним работать. Сергея не надо было подгонять, он сам всегда носился по полю. Закончил школу с золотой медалью - умница! Ну, ладно, а то мы уйдем от темы (улыбается).
- Читал, что после интерната вы тренировали женскую команду. Это верная информация?
- Верная. Советский Союз развалился, в интернате мне платили всего 25 долларов - а жена не работала и было двое детей. Местный меценат пригласил меня в женскую команду на зарплату 250 долларов и премиальные - от 50-ти до 250-ти. Куда было деваться? «Лихие» 90-е! Кушать надо, на одной каше не проживешь. Вот и пошел туда работать.
- Женщин тренировать труднее, чем мужчин?
- Конечно. Тем более в то время, когда детского футбола для девочек не существовало. И во взрослые команды женщин набирали из других видов спорта, их было тяжело переучивать. Естественно, случались у них «праздничные дни», когда им нельзя было давать нагрузки. Можно было делать уколы для переноса циклов, но не все соглашались, да я и сам был против - доктора говорили, что это очень вредно для женского организма. Еще момент: у девчонок большие перепады в характере, одни из них мужиковатые, а другие - неженки. Если в мужском футболе неженки отпадают в результате естественного отбора, то в женском - кого набрал, того и набрал, других нету. Так вот, мужиковатые бьются, а неженки, чуть что, полчаса плачут и сопли вытирают, образно говоря. Потом, у девчонок часто включается ревность: «Тебя тренер любит больше, чем меня». Я считаю, что женские команды можно успешно тренировать, когда они составлены из равноценных игроков, которые тебя уже очень хорошо знают.
- Поведайте вкратце о вашей работе после женской луганской команды и перед приходом «Краснодар».
- В 1998 году я тренировал в краснодарской школе «Юность» у Роберта Григорьевича Абаджана, далее меня пригласил заниматься с вратарями в днепропетровский «Днепр» главный тренер Владимир Кобзарев. Через полгода его уволили по причине отсутствия результата. Я подошел к Кобзареву и сказал: «Вов, ты меня сюда приглашал, я тебя не подставлял. Как ты смотришь на то, чтобы я продолжал работать здесь дальше? Если скажешь, что нет, - я уйду». Обычно же вместе с тренером уходят и его помощники, это нормальная ситуация. Но Кобзарев сказал: «Нет, нет, оставайся». И я проработал в «Днепре» 3 года, после Кобзарева - с Колтуном и Федоренко. Два сезона мы стояли на вылет, а в третьем стали бронзовыми призерами чемпионата Украины.
Потом я оказался в донецком «Шахтере». Сначала помогал главному тренеру основы Валерию Яремченко, экс-наставнику краснодарского «Колоса». Мы заняли 2-е место в чемпионате Украины, и Ринат Ахметов уволил Яремченко со словами: «Для меня блестит только золото». Новым главным тренером донецкого клуба стал немец Бернд Шустер, знаменитый в прошлом полузащитник сборной Германии, а я перешел в команду первой лиги «Шахтер-2». Но вскоре туда пришли голландцы и стали навязывать свою схему - как позже серб Марьянович в академии «Краснодара». После ухода из Донецка я поработал 2 года с Олимпийским чемпионом Сеула-1988 Евгением Яровенко в казахстанском клубе «Есиль Богатырь» из Петропавловска.
- А как вас пригласили в 2008-м в детскую школу «Краснодар»?
- Известные детские тренеры Александр Михайлович Рубцов и Владимир Иванович Шевелев отвезли меня на «Четук» и познакомили с Вахрушевым, а потом я переговорил с Галицким. Руководители «Краснодара» посмотрели одну мою тренировку и приняли решение меня оставить.
- Почему у вас не сложились отношения с Марьяновичем?
- Вы знаете, пока его не было в клубе, всё шло как по накатанной. А когда серб возглавил академию на Восточно-Кругликовской, то начал «включать свои дела». Всех тренеров, которые были старше и опытнее его, он стал убирать. Потому как они видели, что он непрофессионал. А позже выяснилось, что он еще и непорядочный человек. Очень непорядочный. Одним словом, интриган.
- Вас тоже отчислил Марьянович?
- Нет, я сам написал заявление. Пришел к гендиректору «Краснодара» Владимиру Хашигу за полтора месяца до окончания контракта и сказал: «Мне у вас нравилось. Спасибо за совместную работу, но я не хочу продлевать договор. Говорю вам заранее, чтобы вы могли найти мне замену». - «А почему вы тогда уходите, если вам здесь нравилось?» - «Из-за этого человека». Хашиг тогда говорит: «Хорошо, я переговорю с Галицким. Доработаете до конца контракта, но на работу можете не выходить». Я удивился: «Как?» - «Да не ходите, и всё». Как я потом слышал, в тот период под вопросом было пребывание в клубе самого Марьяновича. Руководство «Краснодара» выжидало, останется он или нет. Если бы серб уходил, тогда наверняка предложили бы остаться мне.
- После этого вас пригласили на работу в Армению?
- Да. Там здорово заиграл Арсен Бегларян, наш краснодарский воспитанник. У него разузнали, кто тренировал его в детстве, вышли на меня и пригласили работать сразу в трех командах. Я согласился и стал тренером вратарей в основной сборной Армении, «молодежке» и клубе высшей лиги «Пюник».
- Какой в Армении уровень футбола?
- Низкий. Там маленькие зарплаты, и заигравшие футболисты быстро оттуда уезжают. В армянском футболе есть большая проблема с голкиперами - они в основном невысокого роста. Я даже на местном телевидении выступал на эту тему и объяснил, почему так происходит. Дело в том, что у высоких ребят координация поначалу хуже, и детские тренеры делают ставку на более низких ребят в погоне за сиюминутным результатом. И тогда перспективные высокие вратари просто закисают. Мне возражали, что армяне в основном сами по себе невысокого роста. Но это неправда: я видел возле школ много высоких ребят, а какие гренадеры служат там в полиции! И как же Роман Березовский? Если бы он, будучи ребенком, не переехал в Россию и остался в Армении, то вряд ли сделал бы хорошую карьеру. В общем, я так и сказал в эфире: у вас будут хорошие вратари, если вы отмените систему, по которой детские тренеры работают не на перспективу, а на сиюминутный результат.
- Сейчас вы работаете в «Академии футбола» на 2-й Пятилетке…
- Да, после года, проведенного в казахстанском «Таразе». В «Академии футбола» подобрались отличные тренеры, со многими из них мне раньше доводилось играть вместе - с Чугуновым, Ворошиловым, Артеменко. Атмосфера здесь прекрасная, никто никого не плавит и не вставляет палки в колеса. Между нами есть взаимодействие и взаимопонимание, мы интересуемся друг у друга результатами наших команд.
- Кстати, игроков какого года рождения вы тренируете?
- 2007-го. Плюс так называемую «молодежку» - 1999 год. В ней также есть несколько ребят 1998 и 2000 годов рождения. Главный тренер - Сергей Григорьев, а я его помощник.
- Какие у вас тренерские принципы?
- Понятно, что футболисты должны обладать необходимыми антропометрическими данными, скоростными качествами и реакцией, но самое главное - это бойцовские качества и желание. Мяч должен быть для них огромным мотиватором и раздражителем. С другой стороны, ни на ком нельзя сразу ставить крест - у каждого свой период созревания, иногда лучшие качества проявляются постепенно. Кто-то не осознает свои сильные стороны - их надо подтягивать, это сложная и кропотливая работа. К сожалению, приходится дополнительно работать еще и с родителями - чтобы они не мешали росту своих детей. Потому что многие из них являются неуправляемыми, они вмешиваются в процесс, мнят себя специалистами футбола и считают своих детей самыми лучшими. Постоянно кричат им, что делать на поле, перебивают тренерские указания. Ну, нельзя же так!..
- Алексей Викторович, хотелось бы услышать ваше мнение про общее состояние детского футбола у нас в стране.
- К сожалению, оно далеко не оптимистичное. Первый минус - катастрофическая нехватка финансов. Большие проблемы с инвентарем, родители сами покупают форму - и на соревнования абсолютное большинство детских команд также ездит на деньги родителей. Даже в «Краснодаре» клуб оплачивает поездки только взрослым командам - а остальное за счет родителей. Даже в «Краснодаре»! Что же тогда говорить про нашу «Академию футбола» и другие школы?! Как правило, получается, что у детей хорошего уровня родители не в состоянии платить - и на соревнования едут те, кто слабее, но сдали деньги. То есть нарушается спортивный принцип, согласно которому играть должны сильнейшие на сегодняшний день. В итоге разбивается костяк команды, а хорошие игроки не имеют возможности закаляться в матчах с высоким уровнем морального давления и ответственности.
Второй минус - в России очень плохо выстроен переход из юношеского футбола во взрослый. Это у нас в «Академии футбола» директор Валерий Завьялов дает ребятам шанс хотя бы год после окончания школы поучаствовать в чемпионате края - чтобы они как-то адаптировались ко взрослому футболу. А обычно, как только дети в России заканчивают 11-й класс, так их сразу отправляют на улицу - и идите куда ходите. В Европе же дела обстоят по-другому. Я разговаривал с немцами, с голландцами, с сербами и хорватами - и они рассказывали, что в их странах проводятся официальные чемпионаты каждого возраста до 21-го-23-х лет. То есть у талантливых ребят, которые пока еще физически не готовы к выступлению в командах мастеров, есть период, чтобы окрепнуть. А в России на этом переходном этапе всё обрубается! Одного молодежного первенства среди клубов премьер-лиги мало - там всего 16 команд. Неужели у нас нельзя организовать полноценные чемпионаты по возрастам?!
- Какие еще видите проблемы в детском футболе?
- Игроков сейчас устраивают в команды агенты и селекционеры. Но они в основной своей массе не имеют тренерского опыта и не видят в футболистах перспективу. Они гонятся лишь за быстрым результатом и сиюминутной выгодой, из молодежи устраивают в клубы только акселератов, которые соответствуют уровню на сегодняшний день. А на невысоких техничных ребят со светлой футбольной головой внимания не обращают. В результате такие звездочки не могут пробиться даже в чемпионат края, где часто делают ставку на бывших профессионалов. Поэтому я не могу себе представить, чтобы у нас заиграли свои, российские Жоазиньо.
Еще проблема - поля. В России много тренируются на синтетике. Я понимаю, что есть осень и зима, но они же не круглый год. От синтетики летят позвоночники, колени, голеностопы, приводящие мышцы, паховые кольца. Постоянные тренировки на синтетике просто гробят здоровье.
- Нужен ли, на ваш взгляд, лимит на легионеров?
- Понимаете, если его убрать, то в премьер-лиге будет играть еще меньше отечественных футболистов. У нас ведь чересчур любят легионеров - и без лимита ими просто заводнят все команды. Я считаю, что наших игроков дискриминируют, когда платят иностранцам такие сумасшедшие бабки.
- Сборная России для многих неожиданно вышла из группы на чемпионате мира. Может, всё не так уж и плохо?
- Локальный успех национальной команды, конечно, радует - однако он не дает повода говорить, что наш футбол на верном пути. Посмотрите, сколько проблем я уже обозначил, и это еще не всё! Наши команды обычно могут обыгрывать европейские только за счет организации, самоотдачи плюс везения. Но вы сравните их работу с мячом, и всё станет понятно.
- Говорят, что Головиным активно интересуется топовые зарубежные клубы. В частности - «Ювентус», «Челси». Он сможет заиграть в той же «Старой синьоре»?
- Далеко не факт. Вы знаете, в Европе легионеров воспринимают не так, как в России. Если у нас вокруг них хороводы водят, то там - наоборот, душат. В Европе, если ты не соответствуешь требованиям - то сразу всё, до свидания, ты никому не нужен. Это очень тяжело психологически. Я имею возможность общаться с теми, кто поиграл в Старом Свете, поэтому знаю, о чем говорю.
- Не могу не спросить вас про новый краснодарский «Урожай», являющийся преемником «Кубани»…
- Вот вам и уровень развития нашего футбола. Точнее, уровень деградации. Жалко, конечно, что угробили легендарное название «Кубань». Но сейчас уже что поделаешь - пускай хоть «Урожай» будет, лишь бы профессиональная команда осталась.
- «Краснодар», как считаете, когда-нибудь станет чемпионом России?
- На мой взгляд, пока «Спартак» и «Зенит» твердо стоят на ногах, «горожане» могут максимум занимать 3-е место. Хотя питерский клуб, конечно, просто провалил последний сезон. Пришел Манчини, порешал свои вопросы - и гори всё синим пламенем! Дали ему карт-бланш, огромную зарплату, он понабрал легионеров - вы можете себе представить, чтобы такие условия предоставили нашему специалисту? А когда в «Барселону» приходил местный Гвардиола, ему позволили убрать звезду ЭтоО и некоторых других игроков, после чего он построил сумасшедшую команду. Надеюсь, что сейчас Семаку все-таки позволят в «Зените» нормально работать. Но надежды - это одно, а реальность - другое…
- Давайте вернемся к «быкам». Мурад Мусаев сможет тренировать «горожан» успешно?
- Конечно, это вероятно - однако я, честно говоря, сомневаюсь. Работать со взрослыми звездами - это не детский футбол. Я знаю, и все знают, что в «Краснодаре» всем руководит Галицкий: составом, заменами, стилем игры и селекцией. Должен сказать, что довольно успешно руководит. К тому веду, что если у Мусаева и будет какой-нибудь простор для творчества, то очень маленький. Тем не менее, я желаю ему успехов в решении поставленных задач.
Давид Арутюнов

Поделиться ссылкой на статью в социальных сетях: