.: Футбол. Тет-а-тет
Станислав Лысенко: «Я за негодяев свою душу отдавать не собираюсь»
С
танислав Лысенко - харизматическая личность в кубанском футболе. Неординарный игрок, большой энтузиаст и организатор в детском футболе, принципиальный человек с устоявшимися взглядами на жизнь.
В эксклюзивном интервью «Независимой спортивной газете» Станислав Лысенко вспомнил обо всех основных вехах своей карьеры, в том числе и неприятных, а также затронул ряд других злободневных тем. В общем, получился классный и откровенный разговор без обхода острых углов и замалчиваний.
ПОРВАННЫЕ КОНТРАКТЫ, БАЙКИ БРАЖНИКОВА, ТЕМНЫЙ ЛЕС
- Станислав Анатольевич, личность в нашем футболе вы, что и говорить, незауряднейшая. Наверное, нет людей, которые бы не знали вас или хотя бы не слышали о вас. Но время летит быстро. Болельщики со стажем ведают о Станиславе Лысенко, а вот новое поколение - не столь осведомлено. Поэтому, полагаю, есть смысл начать нашу беседу с самых азов. И потому первый вопрос таков: расскажите, как вы оказались в футболе?
- Я считаю, что уже с рождения был фанатиком этой замечательной игры - гонял мяч везде, где была такая возможность. А потом благодаря детскому тренеру Владимиру Ивановичу Шевелеву оказался в СДЮСШОР-5. Он как-то приехал на мотоцикле в общеобразовательную школу, где я учился, зашел в класс и объявил, что после уроков ждет в школьном дворе желающих поиграть в футбол. Мы вышли, поиграли, я ему чем-то понравился, и он записал меня в СДЮСШОР-5.
- Нетрудно предположить, что вы в восторге от Шевелева.
- Так и есть. Я и по сей день ему благодарен. Он, кстати, сейчас работает в моей краснодарской команде «Надежда». Я очень многим обязан ему и как футболист и как просто человек. Владимир Иванович - классный тренер и хороший педагог, такой харизматический отец-батька во всех отношениях. У него самого была нелегкая жизнь, и он достойно нас воспитал. Что касается именно тренировок, то Шевелев учил нас делать ставку на технику и интеллект, без каких-либо больших физических нагрузок.
фото: ФК «Кубань»
- На рубеже 1990 года вы попали в команду второй союзной лиги - «Кубань» из хутора Бараниковского, верно?
- Да, верно. Но нельзя сказать, что всё у меня шло как по маслу. После школы я поступил в Краснодарский институт физкультуры, а в футбольном плане оказался у разбитого корыта - никто меня никуда не взял, никому я оказался не нужен. Но я человек с сильной натурой и особо не переживал по этому поводу - сцепил зубы и ударился в учебу. Потом узнал, что меня хотят видеть в молодежном Центре олимпийской подготовки - ЦОПе. Я пришел туда на тренировку и оставил хорошее впечатление о себе, меня туда приняли. Там был достаточно неплохой уровень, мы выиграли первенство России. Из этого ЦОПа очень многие попадали потом в команды мастеров - и я один из таких. Меня приметил главный тренер «Кубани» из Бараниковского Николай Петрович Смирнов, и я отыграл за нее почти год. Хоть это и была вторая лига, но - подчеркну - вторая союзная лига, так что ее уровень был вполне сопоставим с нынешней ФНЛ, если не был выше.
- А в «Актюбинце», как в ряде источников сообщают, вы играли?
- Нет, это неверная информация. Меня просто иногда путают с моим однофамильцем, бывшим одноклассником и одноклубником Сергеем Лысенко.
- Слышал, что в 1991 году вы могли оказаться не в краснодарской «Кубани», а в новороссийском «Цементе». Это правда?
- Да, правда. Ранней весной я неделю потренировался с «Цементом», провел товарищеский матч, и мне сказали: «Всё, мы тебя подписываем». Я спросил: «Подождите, можно, я сейчас домой съезжу забрать вещи?» - «Да, конечно, отпускаем тебя на 3 дня». Ну, я поехал в Краснодар, пошел гулять, часа в 2 ночи возвращаюсь домой - и мама мне говорит: «Сыночек, к нам приходил какой-то тренер, представился, что он из «Кубани». Сказал, чтобы в 11 часов дня ты был в клубе». Я не верю: «Мам, что за шутки такие?» - «Да нет, серьезно». Я все равно не поверил, однако поехал в команду в назначенное время - мало ли. И не зря. Оказалось, что за мной действительно приходил главный тренер желто-зеленых Владимир Саныч Бражников. И в этот же день я поехал с «Кубанью» на сборы (улыбается).
- В «Цементе» вам высказывали претензии за нарушение договоренностей?
- Я объяснился и в «Цементе», и в Баранах, где в то время был еще на контракте. Сказал, что играть за «Кубань» - мечта моей жизни, попросил не обижаться, и ко мне отнеслись с пониманием. Вообще, раньше в этом плане всё было проще и свободнее - не было выстроенной системы контроля за контрактами, можно было в течение года поиграть сразу за несколько клубов. Например, ты подписал соглашение с одной командой, а завтра порвал его и ушел в другую - такое было вдоль и поперек.
- Какие у вас сложились первые впечатления от «Кубани»?
- Знаете, когда рядом с тобой играет сам Плошник, на которого ты, не отрывая глаз, засматривался в детстве, впечатления, конечно, нереальные! Мне в 91-м было 19 лет, а Плошнику - все 36. Еще мне сильно запомнился дебют в желто-зеленой футболке - на выезде против волгоградского «Ротора». Мы уступили - 0:1. По-моему, меня объявили лучшим игроком того матча - но не уверен, могу ошибаться.
- Все знают, что Владимир Бражников был весьма и весьма толковым специалистом, у него был отменный «тренерский глаз», но при этом он еще и травил разные басни, отпускал шутки. Приведите какие-нибудь примеры.
- Владимир Саныч - уникальный человек, я вспоминаю его с большим наслаждением. Он создавал непринужденную атмосферу и был с командой, что называется, на одной волне. Какие шутки были? Да разные, в том числе и нецензурные - сейчас расскажу (улыбается).
Однажды приехали на гостевой матч в Питер - мороз, холодно, снег. Выходим из поезда - а Бражникова нет. Ждем его на перроне. Потом видим: Саныч выходит из другого вагона… в одной майке, шортах, шлепках и с чемоданом (улыбается). И говорит нам: «Чего ждете, пойдемте!»
Еще случай. Президент «Кубани» Владимир Середа привез на базу в Четук страхового агента - а тогда всё это было так ново и непонятно! Нас усадили в холле, и этот агент долгое время рассказывал о прелестях сотрудничества со страховой компанией. Потом он говорит: «Есть вопросы?» И у нас один паренек тянет руку: «Скажите, пожалуйста, что будет, если во время матча мне сломают ногу?» Саныч тут же парирует: «Что будет, что будет? Выгоним тебя вообще отсюда, зачем нам инвалид нужен?!» (Смеется).
Другой раз играем как-то двусторонку на тренировке. Уже темнеть начинает, мы смотрим - а Саныча рядом нет, пропал куда-то. Ну, ладно, думаем, отошел куда-то, вернется скоро - и продолжаем играть. Уже совсем темно становится, мяча не видно - да елки-палки, сколько еще можно?! Ребята спрашивают у меня как у капитана: «Стас, что дальше делать?» Я говорю: «Ладно, пацаны, заканчиваем». Заходим в здание базы, проходим через кухню и видим: Бражников сидит и борщ ест. Мы ему: «Саныч, что такое?!» - «Ой, блин, а я и забыл про вас!» (Смеется).
- Действительно, весело было. А чем запомнились другие наставники «Кубани» середины 90-х - Юрий Марушкин, Игорь Калешин, Леонид Назаренко?
- Марушкин - это философ, уравновешенный и спокойный человек. На дни рождения сочинял для нас стихи. Калешин - человечище! Он долго со мной возился и научил меня хорошо бить штрафные, большое спасибо ему за это. Назаренко - своеобразный человек, властный и пунктуальный, который держит свое слово. Леонид Васильевич любит порядок, хочет, чтобы всё было четко и с иголочки. Он уделял очень большое внимание деталям - к примеру, мог оштрафовать, если кто-то надел не те гетры. По-моему, это правильный подход, но многие тренеры в этом плане проще. Лично мне Назаренко был симпатичен своими методами работы - у меня самого по натуре есть похожие качества. Жалко, что я поработал с Леонидом Васильевичем всего один год, и мы тогда ничего не добились - мне кажется, он заслужил большего. Я не застал его в качестве футболиста, а ведь говорят, что как игрок он тоже был классный. Но рано получил тяжелую травму, закончился с игровой карьерой и ударился в тренерскую деятельность.
- Я не спросил вас еще о двух других специалистах, под руководством которых вы играли в «Кубани» в 90-е - Федоре Новикове и Валерии Синау…
- Новиков - это спартаковец по духу, он прививал команде соответствующий стиль. Федор Сергеевич пережил военные годы, и это отразилось на его характере. Бывало, он нам что-то рассказывал-рассказывал - и вдруг начинал плакать. Тогда это нас немножко напрягало, но сейчас, конечно, уже есть понимание, почему так происходило. А вообще - матерый специалист. Не даром же легендарному Бескову долгие годы ассистировал. Что касается Синау, то его сложно как-то охарактеризовать. Типичный представитель волны тренеров, которые по кругу ходили из одной команды первой лиги в другую. А первая лига в то время была весьма своеобразной - там всё покупалось и продавалось.
- Не боитесь так говорить?
- А чего бояться? Я ничего не боюсь, поверьте мне. Я что, новость вам сказал? Я не перехожу на личности и не хочу вдаваться в подробности, но тогда реалии первого дивизиона были именно такие. А в высшей лиге в 1992 году вообще темный лес был. Просто темный лес. До истерики доходило, как мне всё это не нравилось.
ПЕРЕПРОДАЖА ПИВА, ТАКСОВАНИЕ, СТО ТЫСЯЧ ДОЛЛАРОВ
- Что мешало «Кубани» выступать на протяжении 90-х годов лучше?
- Бардак. Тогда и в «Кубани», и в футболе, и во всех сферах жизни страны было безденежье, везде царили полный упадок и развал.
- Сергей Лысенко мне рассказывал, что однажды игроки желто-зеленых оказались должны краснодарскому клубу и перепродавали «сникерсы», чтобы рассчитаться с ним. Было такое?
- Лично я «сникерсы» не перепродавал, но то, что в определенный момент «Кубань» вдруг заявила, что мы ей должны, это факт. Нам так пересчитали налоги, что многие оказались в минусах, когда подошло время отпуска. То есть, как было? Нам должны были премии и зарплаты, мы пришли их получать - а нам сказали, что это мы должны клубу.
- Вы зарабатывали тогда «левые» деньги?
- Да, и я не стесняюсь этого. Надо же было как-то выживать! В начале 90-х я перепродавал пиво. В 94-м у меня была серьезная травма, и те 8 месяцев «Кубань» не платила мне вообще НИ-ЧЕ-ГО. Чтобы иметь хоть какие-то деньги, как-то содержать маленького ребенка, приходилось таксовать и днями, и ночами.
- Хотелось вырваться из всего этого болота?
- Конечно. Вы знаете, я считаю себя фанатиком футбола - ни с кем себя не сравниваю, просто говорю, что я - фанатик. И, несмотря на то, что попал в атмосферу непорядочности и обмана, все равно долгое время оставался искренне предан «Кубани». Меня приглашали в другие клубы, давали квартиру в Ростове-на-Дону - но я туда не пошел, потому что играть за «Кубань» было на тот момент смыслом моей жизни. Но в 1998-м я уже поставил вопрос ребром и ушел в «Рубин».
- Руководство желто-зеленых не хотело вас отпускать?
- Меня водили к мэру города, и я ему объяснял: «Поймите правильно, у меня семья, дети. Завтра я получу травму и вообще останусь у разбитого корыта, мне жить будет не на что». «Рубин» предлагал мне бешеные по тем временам деньги, но даже в такой ситуации я пошел к президенту краснодарского клуба Середе: «Владимир Николаевич, я очень хочу быть в «Кубани». В «Рубине» мне дают такую сумму. Дайте мне половину - и я останусь». Он спрашивает: «А сколько тебе там дают?» - «Сто тысяч долларов». Я вам сейчас даже открываю коммерческую тайну. Ну и тогда Середа говорит: «О, иди, иди в «Рубин».
- Как бы там ни было, с болельщиками желто-зеленых у вас ведь остались хорошие отношения?
- Да, они очень преданные, и я искренне им признателен. Я играл не просто ради престижа Краснодара, а, в первую очередь, именно для болельщиков. Когда ушел в «Рубин», то сильно переживал - мне было тяжело перестроиться на жизнь другом городе. Я ценю таких людей, как Мальдини и Буффон, - которые кучу лет отыграли на высоком уровне в одном клубе. Они являются для меня кумирами, и я бы тоже с удовольствием провел всю карьеру в «Кубани». Но реалии у нас другие.
- Давайте подведем итог вашему выступлению за краснодарский клуб в 90-е годы. На каких позициях тогда выступали?
- Я был атакующим полузащитником, чаще действовал в центре поля, иногда по краям. Что касается сильных качеств, то пусть их лучше оценивают со стороны. Лично я считаю, что это характер, футбольный интеллект и техника. Впрочем, не сказал бы, что я прямо очень уж такой техничный игрок был.
- Какие голы за «Кубань» запомнились вам больше всего?
- Наверно, те, которые я забил со штрафных. Также очень хорошо помню свой первый гол за желто-зеленых - в домашней встрече в рамках первой союзной лиги против молдавской команды «Тилигул» из Тирасполя. На стадионе было много болельщиков, и я отличился при добивании - ощущения, конечно, нереальные!
«ТАТАРСКИЙ МЕНТАЛИТЕТ», БЛАГОДАРНОСТЬ ДОЛМАТОВУ, ТРАГЕДИЯ ПЕРХУНА
- Станислав Анатольевич, сколько времени вам понадобилось, чтобы адаптироваться в «Рубине»?
- Скажу честно: я там до конца так и не адаптировался, не почувствовал себя полностью в своей тарелке. Хотя с КПД у меня вроде бы всё было нормально. Я отыграл в Казани 2 сезона, в одном из них был лучшим бомбардиром «Рубина» после нападающего Александра Кузьмичева. Мне очень нравился город и его атмосфера, в команде тоже всё было душевно, однако меня немножко напрягал «татарский менталитет».
- В чем это заключалось?
- Трудно объяснить. Менталитет там не хороший и не плохой - он своеобразный. Там, в первую очередь, заботились о местных футболистах, а обо всех остальных - потом. Ты должен был каждый день доказывать в Казани свою состоятельность и быть в конкуренции именно по этим соображениям. Наверно, это правильно, так и должно быть. Но в «Кубани» было наоборот - приезжие футболисты чувствовали себя более вольготно в плане финансов, и к ним было особое отношение.
- Во время выступления за «Рубин» вы получили тяжелую травму…
- Да, в Астрахани мне сломали ногу. Причем, когда мы летели на эту игру в самолете, начальник команды спрашивал у меня, на каких условиях я оставался бы в «Рубине». Говорил, что ему нужно отчитаться перед мэром. Дело в том, что мой контракт с казанским клубом заканчивался, и у меня уже была предварительная договоренность с ЦСКА. Я сказал начальнику команды: «Давайте обсудим это после матча». И как раз в этой встрече получит тяжелую травму - в Казань возвращался уже с гипсом. Больше «Рубин» мне новый контракт не предлагал.
- А ЦСКА наоборот, не забраковал вас из-за травмы.
- И я за это очень благодарен армейцам, меня подкупило их внимательное отношение. Конечно, поначалу сильно переживал, что ЦСКА передумает меня брать, но на следующей неделе после получения травмы ко мне на квартиру приехал гендиректор ЦСКА. И я подписал контракт лежа на кровати, с гипсом на ноге. Когда гендиректор начал меня спрашивать, какую зарплату хочу получать, я ответил: «Послушайте, я лежу в гипсе, а вы хотите со мной торговаться. Готов играть вообще без зарплаты». Он: «Нет, это ты только сейчас так говоришь. А когда встанешь на ноги и будешь забивать, то заговоришь по-другому. Так что давай, пиши свою зарплату». (Улыбается).
- Как проходило ваше восстановление после травмы?
- Нелегко. Я сломался в октябре - а в январе уже надо было ехать на сбор с ЦСКА. В конце декабря я впервые попал в стан армейцев, и там все посмеялись: вот купили, мол, футболиста. В шутку, конечно, по-доброму. С меня сняли гипс, я спокойно наступал на ногу, но доктор команды Султанович, хороший мужик такой, сказал мне: «Пойдем, сделаем снимок на всякий случай». - «Я нормально хожу, зачем снимок?» - «Не-не, пойдем сделаем». И, представьте, рентген показал, что нога у меня не срослась вообще!
- Вот так поворот!
- Конечно же, встал вопрос о разрыве со мной контракта, собрался совет директоров. И я очень благодарен главному тренеру Олегу Васильевичу Долматову, который настоял, чтобы меня оставили в команде. Я перенес операцию, мне вставили в ногу штырь, и через 2 недели я уже занимался в тренажерном зале, бегал и прыгал. Перед стартом чемпионата начал работать с мячом и в общей группе. Но даже когда стал играть, мне говорили, что я до сих пор хромаю.
- В 2001-м в ЦСКА на должность президента пришел Евгений Гинер. После этого всё в клубе стало профессиональнее?
- Гинер - это, скажу вам, человек-монстр! В хорошем, разумеется, смысле этого слова. Он поднял игрокам зарплаты и всё делал чрезвычайно продуманно, очень здорово. Но я не могу сказать ничего плохого и про экс-президента Дадаханова - при нем в ЦСКА тоже всё было солидно и на высоком уровне - деньги выплачивались вовремя, к игрокам относилось бесподобно.
- Роковая травма вратаря Сергея Перхуна в матче с «Анжи» серьезно подкосила команду?
- Да. Я играл в той встрече, Сережа Перхун сам встал после столкновения и ушел с поля. Мы спрашивали у него про самочувствие, он отвечал: «Да нормально, нормально». А потом потерял сознание и впал в кому… Тяжело вспоминать о той трагедии. Конечно, это был огромный шок, и мы вообще не понимали, как нам теперь выходить на поле. Когда Серега умер - рыдали все. И не пять минут, а день-два-три… Мы играли с «Локомотивом», в перерыве в раздевалку зашел Гинер и сказал: «Ребят, может, на вас давят траурные повязки и лучше снять их?» Но давили не черные повязки, а сама ситуация. Мы выигрывали у железнодорожников - 2:0, но больше тайма играли вдесятером после удаления и в концовке забили 2 гола в свои ворота. В итоге проиграли - 2:3.
ПОДЪЕМ ЗАРПЛАТЫ, ДВА РОДНЫХ ДОМА
- Что скажете про Павла Садырина, который тренировал ЦСКА после ухода Долматова?
- К сожалению, он тоже умер в 2001 году… И мне до сих пор безумно жаль, что его нет с нами. Павел Федорович - это человечище! При нем в команде были очень теплые отношения, он делал многое для сплочения коллектива, любил вывозить нас за день до матчей на рыбалку. Садырин мог на эмоциях вспылить и обматерить тебя, но вскоре приходил к тебе в номер, садился на кровать и разговаривал о разных вещах как со сверстником. Когда мы ездили на сборы с семьями, моя дочка любила с ним общаться. Я в шутку говорил ей: «Подговори Павла Федоровича, пусть он зарплату мне поднимет» (смеется). Ну а тренером Садырин был, считаю, просто от Бога.
- Вы ушли из ЦСКА за 2 года до того, как армейцы впервые в российской истории стали чемпионами. Жалеете, что упустили шанс получить золотые медали?
- Нет, не жалею. Как вообще можно о чем-то жалеть?! Это моя жизнь, и я прожил ее так, как считал нужным. Не всё познается деньгами и медалями. Когда главным тренером стал Валерий Газзаев, ЦСКА взял курс на омоложение, многих возрастных игроков выставили на трансфер. Но меня Гинер сначала не хотел отпускать: «Никуда тебя не отдам, ты мне здесь нужен». Потом предлагал поехать за границу. Но я ответил: «Нет, я хочу домой». И ушел в «Кубань». А если бы остался, то, возможно, играл бы в ЦСКА еще долго и по сей день находился бы в структуре клуба - как Рахимич. Но повторюсь: я ни о чем не жалею.
- Краснодарский клуб сильно настаивал на вашем переходе?
- Да. «Кубань» звала меня домой на протяжении полугода. Сначала я отказывал, но потом согласился. Кто-то может посчитать, что это глупое решение - уйти в первую лигу на самом пике, когда у меня даже состоялся предварительный разговор по сборной с Романцевым.
- С ЦСКА вы расстались все-таки по-доброму?
- Вполне. Не скажу, что общаюсь с Гинером часто, но уверен, что мог бы приехать в клуб в качестве гостя. До сих пор созваниваюсь с некоторыми болельщиками армейцев. От пребывания в стане красно-синих у меня остались отличные впечатления. «Кубань» и ЦСКА - два моих родных дома.
МЕНТАЛИТЕТ ПОБЕДИТЕЛЯ, СКАНДАЛЬНЫЙ УХОД ИЗ «КУБАНИ»
- После возвращения в желто-зеленый клуб вы провели в нем 2 с половиной сезона. Наверное, оценивали «Кубань» уже как-то по-новому?
- Да, вы правильно говорите. Побывав в ЦСКА, я узнал на себе, что такое дух победителя. Это трудно объяснить словами. Выходя на поле в футболке армейцев, ты понимаешь, что всегда должен стремиться побеждать - это закладывается в подсознании. В ЦСКА в принципе неприемлемо и непозволительно довольствоваться ничьей. И вот этого духа победителя не хватало «Кубани». Если мы в спаренных выездах одерживали одну победу и один раз уступали, это уже считалось неплохим результатом. К сожалению, «Кубань» была не топ, и этим всё сказано.
- Но в 2003-м желто-зеленые все-таки вышли в премьер-лигу.
- Это случилось во многом благодаря хорошему подбору игроков. В команде появились футболисты, которые обладали этим самым победным духом и тянули за собой остальных, - например, Герасименко и Бесчастных. Всё сложилось удачно, и мы добились повышения в классе.
- Охарактеризуйте главных тренеров «Кубани» того периода - Долматова, Лагойду.
- Олег Васильевич Долматов - непростой человек, но самое главное, что футбольный. Еще раз скажу, я очень благодарен ему за то, что он вступился за меня в ЦСКА. Долматов - первый тренер в России, кто открыто начал использовать систему защиты в линию. Владимир Иванович Лагойда добивался хороших результатов в своей карьере. К слову, он играл в составе ленинградского «Зенита» - согласитесь, это дорогого стоит.
- В середине 2004-го вы неожиданно покинули «Кубань». Кто выгнал вас из клуба? Как это произошло?
- Когда мы выходили в премьер-лигу, то я поднимал вопрос: мне 32 года, мне футбол дается уже тяжелее, давайте, можем быть, как-нибудь планомерно закончим. Николай Южанин, тогдашний наставник, говорил: «Да ты что? Это только начало. Ты мне очень нужен. Ты личность, ты настоящий капитан и всегда им останешься». Я подписал контракт и продолжил профессионально относиться к своему делу. Но почему-то начали случаться нелогичные вещи: то меня не поставят в состав, опасаясь, что я продам игру, то по причине, что я якобы не попадаю в какую-то схему. Ну, бред какой-то!.. А ты на тренировках все равно доказываешь, доказываешь, доказываешь…
Для меня это всё было непонятно, тем более, я - капитан команды. Ну, если вас что-то не устраивает - то объясните мне ситуацию. Я не 15-летний мальчик, которого можно мариновать. Считаете, что в команде есть игроки сильнее меня - хорошо, я буду пахать и доказывать. Но мне долгое время никто ничего не говорит. Потом вызывает к себе Ешугов, он уже был главным тренером, за 2 дня до очередного матча: «Ты капитан, собери команду и сплоти ее». На следующий день Ешугов опять вызывает меня, и они с гендиректором клуба Молдовановым говорят: «Вот тебе трансфер, мы тебя увольняем». Почему? Зачем? По какой причине? Если считали, что мой уровень футбола не соответствует необходимому - то дали бы мне возможность доработать до конца года, просто до конца года… Или сделали бы прощальный матч. Или просто дали бы помахать болельщикам ручкой, чтоб душевно было. Я видел свой уход из футбола по-другому, по-человечески.
- Тяжело было пережить то время эмоционально?
- Естественно. Когда ты почти всю карьеру посвятил одному клубу, а потом с тобой так поступают - поверьте, руки сразу опускаются. Конечно, рубец остался неприятный. Даже не хочу говорить, что творилось у меня тогда на душе. А ведь потом еще начали выпускать статьи в прессе себе в оправдание, чтоб не гневить болельщиков - якобы Станислав сам принял такое решение и переходит на тренерскую работу. Когда эта версия не «прокатила», начали писать, что я меркантильный и продажный человек, думал только о деньгах и продавал матчи. Для меня это был такой удар, словно обухом по голове. Многие болельщики и корреспонденты просили, чтобы я сказал что-то в ответ - но я категорически отказывался. Считал, что всё расставит по своим местам время. Так и получилось.
ПИВНОЙ РЕСТОРАН, ФУТБОЛЬНАЯ ШКОЛА, УСТОЯВШИЕСЯ ВЗГЛЯДЫ
- После завершения профессиональной карьеры вы открыли в Краснодаре пивной ресторан.
- Да, долго не горевал. Это произошло как-то спонтанно. Самое парадоксальное, что я никогда не любил пиво и почти не пил его в своей жизни - только перепродавал в 90-е. Мой ресторан был действительно популярный и успешный - туда ходил народ, собирались очереди. Потом я открыл еще один такой ресторан, но сейчас отхожу от этого бизнеса. Я устал, я хочу вернуться в «Кубань»… Ой, в футбол - оговорка по Фрейду, что ли. Оставшуюся часть жизни я планирую посвятить детскому футболу.
- У вас в Краснодаре есть собственная футбольная школа.
- У меня есть стремление и тяга к этому, я люблю детей и хочу, чтобы они вырастали футболистами. А если не футболистами - то просто хорошими людьми. Мне это очень нравится. В первую очередь я директор, но могу и сам тренировать пацанов. У нас нет спонсоров, наша школа платная - выкручиваемся, как можем. Может быть, оно и к лучшему: когда у тебя нет больших благ, ты стараешься сам прикладывать максимальные усилия.
- Есть ли у вас цель - чтобы определенное количество ваших выпускников заиграло на профессиональном уровне?
- Нет. Я понимаю, что далеко не все из них станут футболистами - многие из них пойдут учиться на юристов и так далее. Здесь арифметика простая. Я преподношу детям и родителям следующий факт - всё без исключения зависит от самого ребенка. От его желания, стремления и характера. Потом уже идут факторы воспитания, тренера и атмосферы.
- А талант?
- Я знаю стольких талантов, которые не заиграли, что опираться на него не стал бы. Талант может просто немного помогать - но никто не играет за счет только одного таланта. Для меня самый талантливый футболист в нашей стране еще на 40 лет вперед - это Костя Коваленко. Но он не добился и десятой части того, чего мог добиться. Из-за своего характера.
- До какого возраста можно записываться в вашу школу? Возьмете туда пацана лет 14-ти?
- А почему нет? Вы спросите у Плошника, во сколько он начал заниматься футболом. Он гонял мяч во дворе, а в серьезный футбол попал только после армии. Плошник не занимался с ранних лет в специализированной футбольной школе - и это не помешало ему многого добиться. Вот вам замечательный пример.
- Читал, что вы не сторонник прививать детям тактическую выучку по схемам.
- Верно. Знаете, можно перечитать кучу умных книжек, можно изучить множество методик - но этого мало. В процессе своего взросления ребенок развивается разносторонне - он становится крупнее и мощнее, начинает быстрее бегать, обрастает мышцами, прибавляет технически. Но почему никто не задумывается, что мозг ребенка тоже планомерно развивается? И отлично, когда он сам напрягает свою голову, учится на своих ошибках и не действует шаблонно. Это как дважды два. А вместо этого у нас многие тренеры в погоне за результатом пытаются регламентировать каждый шаг детей на поле: беги туда, получи там, отдай сюда… И ребенок тогда вообще не знает, что ему делать - постоянно ждет подсказки со стороны, у него не развивается необходимым образом мышление. Вот это - самая главная мысль, которую я хочу донести до всех, кто приходит в нашу школу.
- У нее уже есть более-менее известные выпускники?
- Пока наш самый старший возраст - 17 лет. Однажды прямо с улицы к нам пришел вратарь Егор Бесаев, парень 2006 года рождения. На его характер и качества сначала нельзя было смотреть без слез. Но он стал прогрессировать, и год назад мы отдали его в академию ЦСКА, где он один из лучших. У нас ко всем будет одинаковое отношение - вне зависимости от того, пацан талантливый или вообще ничего не знающий и не умеющий, пришедший с улицы или из Академии «Краснодара». Да, большее игровое время получают сильнейшие в плане спортивной составляющей, однако я категорически против того, чтобы относиться к детям по-разному.
- Из Академии «Краснодара» много детей приходит?
- Много. Ведь как происходит: там их воспитывают, обучают хорошей технике, а потом бах - и происходит отчисление, 50-70 ребят разбегаются по чужим школам. Мы любым рады. Как я уже сказал, будем возиться с любым ребенком.
- Станислав Анатольевич, знаю, что вы на днях находились в Сочи. Чем занимались там, если не секрет?
- Конечно, не секрет - вся страна знает, чего тут секретничать (смеется)?! Мы с компаньонами проводим детский турнир «Hopes Cup» - достаточно известный и популярный. Его первый розыгрыш был 2 года назад в Темрюке, сейчас мы перебрались в Олимпийский парк Адлера. В «Hopes Cup» участвуют команды со всей России, в том числе «Спартак», «Динамо», ЦСКА, «Локомотив» и «Краснодар». Также приезжают хорошего уровня коллективы из других стран.
- Расскажите про краснодарскую команду «Надежда», которая выступает в первой лиге Кубка губернатора.
- После ухода из «Краснодара», где я работал селекционером, мне захотелось сделать что-то для души - и я открыл детскую команду. Здесь нет денег, здесь нет управленческой власти. Здесь ты радуешься эмоциям пацанов - и молодеешь вместе с ними. Это надо попробовать самому - чтобы понять, что это такое. С весны «Надежда» выступает в Кубке губернатора, и нас многие хвалят - порой мы играем даже лучше, чем наши взрослые соперники. Турнирных задач у нас нет: дети должны расти как футбольные личности, остальное - второстепенно. В первую очередь, должны стремиться побеждать сами пацаны, а не их школа с тренером.
- Вы и сами играете за «Надежду».
- Я и другие тренеры команды - Владимир Татарчук, Владимир Овчаренко, Александр Кайванов - иногда выходим на поле, когда не хватает народу или у команды что-то не получается. Но мы делаем это не для результата - а для того, чтобы помогать молодежи. Первыми скрипками должны быть дети, а мы им только подыгрываем. Если будет наоборот, тогда всё это напрасно.
- Ваш сын Никита Лысенко выступает за эту команду. Как у вас с ним выстраиваются футбольные взаимоотношения?
- Конечно же, когда ты причастен к тренировочному процессу и игре своего сына, у тебя двоякие чувства. С одной стороны, ты считаешь его самым лучшим и перспективным. С другой, находишь у него больше изъянов и чаще придираешься. Тебе нельзя его хвалить - иначе скажут, что ты подтягиваешь его, и будут правы. Надо ко всем относиться одинаково, в том числе и к своему любимому сыну. Это сложный процесс, но я считаю, что справляюсь. То, что Никита не без хороших задатков, это факт. То, что всё зависит от него, а не от папы, тоже факт.
- Интересно: думаете ли вы когда-нибудь поработать с профессиональными взрослыми командами?
- Понимаете, я человек амбициозный, со своими сильно устоявшимися взглядами. Может, оно и вредит мне в жизни, я не знаю. Но по-другому не могу. Со мной обязаны считаться. У меня есть знания, умения, интуиция - а многим не очень нужны люди с собственным мнением. Я не буду простым исполнителем, не буду куда-то пролезать, используя свое имя.
«А ДАВАЙТЕ ПОУПРАВЛЯЕМ!», НОВАЯ КОМАНДА В КРАСНОДАРЕ
- Краснодарская «Кубань» в год 90-летия лишилась места в ФНЛ и потеряла название. Мы не можем пройти мимо этой темы, все-таки вы провели в стане желто-зеленых большую часть игровой карьеры…
- Знаете, где-то год назад я зарекся ничего больше о «Кубани» в прессе не говорить. Но сейчас, наверное, скажу. У меня внутри клубится гнев - потому что слили мою команду. Это не громкие слова, «Кубань» - действительно команда, которая меня воспитала. И если бы сейчас было просто неудачное стечение обстоятельств - я, возможно, не был бы столь резок. Но когда негодяи - я не могу назвать этих людей по-другому - захотели поуправлять… Знаете, бывает, так говорят: «А давайте поуправляем!» Теперь же они рассказывают, мол, это не их проблема, они пытались что-то делать - но постоянно долги всплывают. Тогда послушайте: а чем вы занимались эти 2 года? Вы хоть с кем-нибудь рассчитались, вы кому-то зарплату отдали? Когда вы ехали на сборы в Турцию, вы думали головой или нет, что тратите лишние 2 миллиона? У них есть объяснение: «Ну, нам же нужны сборы». Или еще хуже: «Мы уже их проплатили». Подождите: вы что, уже на 2 года вперед проплатили? Это всё отговорки для бедных.
«Мы пытались, но не смогли». А как вы били себя в грудь, когда взяли эту команду с долгами! О чем вы говорили? «Мы поставим «Кубань» на ноги, мы будем играть в Лиге Европы!» Я был тогда на совещании у губернатора и сказал: «Что вы несете? Какая Лига Европы?! Опуститесь на землю!» Лучше было в то время признать, что они не в состоянии решить проблемы, опуститься во вторую лигу и начать с нуля - тогда болельщики бы всё поняли. А сейчас болельщики не поймут - и правильно сделают. Вы 2 года людям голову дурили, 2 года! «Прихватизировали» клуб, вообще никого к нему не подпускали - такое ощущение, что команда стала какой-то частной собственностью. Управлять только по своему усмотрению можно своей пивной лавочкой - там ты полностью хозяин и делай то, что хочешь. Но с «Кубанью» так поступать нельзя - это команда всего края.
- То и дело в последнее время можно услышать о скором создании в Краснодаре новой команды - то ли «Урожая», то ли «Екатеринодара»…
- Ради Бога, пусть создают свой клуб и собирают своих болельщиков. Если кто-то захочет болеть за новую команду - это его право. Но я считаю, что это плевок в лицо общественности. Насколько знаю, в руководстве нового клуба останутся те же люди - для меня это вообще неприемлемо и непонятно. Даже с учетом того, что объявляют об уходе гендиректора Крапивки, - никуда он не уйдет. Продолжит управлять командой - может, не по документам, но я убежден в этом. Пожалуйста, если хотите опять доверять им - то доверяйте.
- Вы за новую команду болеть не будете?
- Я? А за что болеть, за какие заслуги? Я просто не понимаю.
- Наверняка ведь ее объявят преемником «Кубани».
- Для меня она точно не станет родной командой и преемником «Кубани» - пусть они хоть Лигу чемпионов выиграют. Можете жирными буквами это написать. Я за негодяев свою душу отдавать не собираюсь.
СЕЛЕКЦИОННЫЕ УСПЕХИ «ЗЕНИТА», ЖЕЛАНИЯ ГАЛИЦКОГО
- Станислав Анатольевич, вы несколько лет работали в качестве селекционера «Краснодара».
- То было отличное время, при всей сложности работы 24 часа в сутки, когда ты очень быстро можешь стать выхолощенным. Я считаю, что успех в плане селекции - это когда ты копаешь-копаешь, и находишь не самого известного игрока за маленькие деньги, а потом он классно играет в твоей команде несколько лет и существенно поднимается в цене. Вот это - настоящая селекция. А если ты берешь яркого и дорогого игрока, который у всех на виду, - это просто покупка. Мне кажется, наши клубы сейчас стали более ответственно подходить к приобретению футболистов. Например, ЦСКА разглядел Головина в 15 или 16 лет на каком-то турнире в Крымске - армейцы молодцы. Считаю, что год назад «Зенит» купил хороших аргентинцев - там попали в точку, и зря на них выливают столько негатива. Почему у них не сложилась игра, это уже другой вопрос. Болельщики и газетчики критикуют футболистов, многого не зная - может быть, тренер давал им соответствующие задания на поле. Сейчас я очень рад за Семака и хочу искренне пожелать ему в «Зените» успеха.
- Давайте вернемся к «Краснодару». Когда «быки» уже станут чемпионами?
- Чтобы занять 1-е место, наверное, нужен так называемый чемпионский состав - футболисты и тренер соответствующего уровня. Зная Сергея Николаевича Галицкого, я думаю, что он сам хочет взять золото - но не всеми правдами и неправдами. Он за свои деньги выстроил нереально красивый стадион, базу и Академию - это всё его. Может быть, он хочет стать чемпионом со своими воспитанниками, и это его право. Он просто «тащится» от процесса руководства клубом! Не всё получается сейчас? Значит, получится когда-нибудь потом. Я не согласен, что «Краснодар» сейчас в тупике. Ну, какой это тупик?! 8-10 лет назад многие смеялись: та, это всё ерунда! А сейчас у «горожан» регулярно заполняется красавец-стадион, клуб на высоких позициях в России. Я даже не сомневаюсь, что в ближайшие десятилетия «Краснодар» останется популярным и на виду.
ШАРМ «АТЛЕТИКА», ГЕНИАЛЬНАЯ УСТАНОВКА САДЫРИНА
- Станислав Анатольевич, затронем еще одну актуальную тему. Каково ваше мнение по поводу лимита на легионеров?
- Возможно, я скажу глупость, и вы будете считать меня идиотом - но я сторонник того, чтобы у нас играли только российские футболисты. Наверное, я скучаю по старым советским временам, когда команды по большей части комплектовались игроками базовых городов и регионов. Возможно, мы к этому уже никогда не вернемся - но я хотел бы вернуться. Конечно, уровень футбола тогда упадет, но в этой философии есть своя фишка. Я болею за «Барселону», но очень ценю подход «Атлетика» из Бильбао. За него играют только местные футболисты - это такой шарм, которого больше ни у кого нет.
- Начался чемпионат мира, и, естественно, особое внимание в стране приковано к сборной России. Что скажете про нее вы?
- Я искренне за нее болею и хочу, чтобы у Черчесова всё получилось. Сейчас модно хаять нашу сборную, но я не буду этого делать. Это на кухне мы можем на эмоциях ругаться и так далее, однако мы должны оставаться патриотами. У нас и про Слуцкого говорили, что он плохой тренер - а теперь про Черчесова говорят, что он плохой тренер. Но вы посчитайте, скольких игроков он перепробовал в сборной за 2 года и сколько из них получили серьезные травмы.
Кто-то считает, что Черчесов неправильно выбирает тактику? Мне это просто смешно! Знаете, на одной из установок в ЦСКА гениальные вещи сказал Павел Федорович Садырин: «В футболе главное не тактика. Вы можете играть хоть в квадрат, хоть в треугольник, хоть в линию. Но если вы ни хрена не будете кататься по полю на заднице, то ничего у вас не получится».
Давид Арутюнов

Поделиться ссылкой на статью в социальных сетях: