.: Футбол. Тет-а-тет
Массимо Каррера: «Среди игроков «Спартака» у меня нет ни друзей, ни врагов»
Р
улевой московского «Спартака» Массимо Каррера крайне редко дает большие интервью. Но тут изменил своим правилам. И в пространной беседе с корреспондентом «Sport24» поделился мнением об итогах только что завершившегося сезона, а также порассуждал о конфликтах и предательстве.
С Глушаковым конфликта нет
- Массимо, у вас был конфликт с Глушаковым?
- Нет. Я просто вынужден был делать другой выбор. Естественно, кто-то может быть недоволен, что не играет, но, по сути, конфликта нет.
- Вы чувствовали недовольство со стороны Глушакова?
- Я ощущаю недовольство футболистов, которые не играют. Это может быть одной из проблем. Когда такое происходит, игрок не ощущает себя частью команды. В прошлом сезоне было наоборот: они думали о команде, о едином целом. У нас не было зависти. Играешь ты или нет, всё равно все были вместе. Порой я делаю выбор, отталкиваясь от того, как тренируется игрок, как он себя показывает. Конечно, есть позитивная реакция у тех, кто получает меньше игрового времени, но есть и негативная. Я сейчас говорю не о ком-то конкретно, а о том, как это работает. Игроки не должны своим негативом влиять на товарищей по команде.
- Таких игроков не должно быть?
- Не должно, но они есть в любой команде. Нелегко собрать 23 игрока, которые будут на одной волне.
- Кто в «Спартаке» тот, на кого все должны равняться?
- Роман Зобнин. У него есть желание достигать цели, он всегда готов! И даже если я заставляю его играть в разных позициях, он выполняет работу. У него есть все шансы, чтобы стать топовым футболистом.
фото: РИА «Новости»
- Но для этого он должен играть на своей позиции в центре поля?
- Да, хотя в прошлом году он играл хорошо и на других позициях.
Сказал игрокам в лицо, что они расслаблены
- Сколько в «Спартаке» игроков, которые негативно влияют на команду?
- Я не могу сказать, что кто-то в моей команде негативен. Просто у этой команды нет победного менталитета. Они не знают, что такое побеждать, не понимают до конца, насколько это приятно, я думаю, что это самый важный нюанс. Я всегда говорю, что если мы проигрываем, соперник должен быть лучше нас. Чемпионат России выиграл «Локомотив» - это заслуженно. Кубок России выиграл «Тосно». Но Кубок России проиграли мы, как и чемпионат - так как сделали меньше того, что могли. Мы сыграли много матчей, где вели в счете, но упускали победы (таких матчей 10 - прим.ред.). Если после чемпионата остается горькое ощущение, значит, что-то идет не так.
- Много травм в августе-сентябре, пропущенные мячи в концовках и, наоборот, набор формы к зиме. Получается, команду хорошо подготовили к отпуску в декабре?
- Когда ты играешь в 4-х турнирах, нужно очень хорошо работать. В графике «воскресенье-среда» у тебя нет времени на тренировки. Так что если в декабре ты себя хорошо чувствуешь, значит, хорошо поработал с тренером по физподготовке.
- То есть, это хорошо, что «Спартак» был крут в декабре, когда нужно было уходить в отпуск?
- Он был хорош еще потому, что игроки себя чувствовали психологически и физически хорошо. У них был кураж, потому что много очков потеряли на старте.
- Тогда почему «Спартак» проигрывал эти матчи, когда вел в счете и пропускал на последних минутах?
- Потому что соперник, повторюсь, больше хотел победить.
- Но в прошедшем сезоне были матчи, когда «Спартак» первым пропускал и в итоге проигрывал. Как вы пытались повлиять на команду в таких играх? Как мотивировали ее?
- Я всегда стараюсь ее мотивировать, в том числе между таймами в раздевалке.
- Как вы мотивировали команду в заключительном матче чемпионата с московским «Динамо»?
- Я сказал им в лицо, что они расслаблены. Сказал, что соперник злее и голоден до победы. Каждый стык в матче выигрывали динамовцы, у них было больше желания победить. Естественно, уровень игроков в «Спартаке» выше, чем у «Динамо». Но если качество не поддерживается объемом работы, то оно аннулируется. Побеждает та команда, которая этого хочет, у кого больше злости, больше эмоций.
- Игра с «Динамо» была за 20 миллионов евро, которые клуб получает за попадание в групповой этап Лиги чемпионов. Почему игроки не понимали этого? Вся мысль, которую вы транслируете, заключается в том, что виноваты игроки, а не тренер.
- Нет, нет, нет. Может быть, моя вина, из-за того что я не могу правильно передать свои эмоции, что я чувствую внутри. Я не виню игроков. Может быть, до них просто что-то не доходит.
- Что конкретно вы говорили игрокам? Почему до них не доходит?
- Еще на неделе при подготовке к игре мы обсуждали важность предстоящего матча, говорили о путевке в Лигу чемпионов, то же самое было перед кубковым матчем с «Тосно». Мы могли вписать новую страницу в историю «Спартака». Естественно, я не могу хватать игроков за грудь и прижимать их к стенке. Если человек не выкладывается душой, а я это вижу, я могу разозлиться.
- В перерыве матча с «Динамо» вы разозлились?
- Конечно. Человек может разозлиться, даже говоря спокойно, но произнося злые вещи. Тут необязательно кричать или бить бутылки. К этой реакции нельзя подготовиться заранее, всё происходит во время игры, на которую ты реагируешь. Нет такого, что я заранее сижу и думаю, что скажу в перерыве.
Пилипчук поступил неправильно
- По ходу сезона у вас были мысли, что вы потеряли управление командой?
- Нет, такого ощущения не было. Может быть, это проблема команды и того факта, что у нее нет менталитета победителей как на индивидуальном уровне, так и на уровне общекомандном.
- У вас есть эти амбиции?
- У меня, конечно, эти амбиции есть! Я стараюсь передать их команде. Я всегда стараюсь работать на максимуме возможностей. Всегда стараюсь сделать так, чтобы моя команда победила, но в футболе побеждать всегда невозможно. Я не довольствуюсь 2-м местом или просто выходом в финал.
- Складывается ощущение, что вы слишком критично к себе относитесь.
- Прежде чем что-то требовать от других, я должен требовать это от себя. Стараюсь найти решения любой проблемы, а не создавать ее. Когда меня спрашивают про сомнения, конечно, у меня они тоже присутствуют.
- В нынешнем сезоне был момент, когда после гостевого матча с испанской «Севильей» ваш помощник Атилла Мальфатти пытался обнять другого вашего ассистента Романа Пилипчука, но тот отвернулся и ругался матом.
- Я такого эпизода не заметил.
- Вы не замечали, что внутри вашего штаба не было единства?
- У меня на глазах оно было. Я же потом не ложусь спать с тренерским штабом, а еду домой. Может быть, ты выходишь за ворота базы и начинаешь посылать кого-то.
- Когда второй тренер, а речь о Пилипчуке, уходит из клуба и не благодарит первого - это показывает, что у него есть обида...
- Это вам лучше спросить у него. Что я могу ответить на это?
- Но вы начальник.
- У Романа были свои причины - не знаю. Я всегда корректно себя вел, пусть он скажет, почему не поблагодарил или не попрощался.
- Вы пожмете ему руку при встрече?
- Да, конечно, почему нет? Я не держу злости ни на кого. У каждого есть право на выбор.
- Не считаете, что Пилипчук поступил подло, сделав заявление о своем уходе из «Спартака» за 2 тура до финиша, причем, сделал это через прессу?
- Думаю, что это было более подло по отношению к руководству и команде.
- Теперь ваш штаб может сильно измениться.
- Мы пообщались с руководством, думаем над изменениями.
- Насколько мы знаем, ваши помощники в подвешенном состоянии. Будут ли они работать?
- Проблема в том, что вы всё время знаете всё до меня. Вы знаете то, чего не знаю я. Там слух, здесь слух - и это неправильные слухи. Проблема в том, что вы верите этим глупым слухам. Кто вам это всё доносит? Я не могу понять. Откуда берутся эти слухи?
- Мы тоже многого не понимаем: уходит ваш помощник, и вы якобы об этом не знаете. У игроков не получается настроиться...
- Да, я не знаю, почему он...
- Но вы же руководитель и обязаны контролировать ситуацию.
- Но я не могу сказать: «Ты остаешься», если человек не хочет работать со мной и в «Спартаке».
Не хочу в штабе людей, которые просто поддакивают
- Можно сказать, что какие-то люди в этом сезоне вас предали?
- Да.
- Ничего себе, Массимо, это громко!..
- Вы же это и хотите услышать. И здесь точка. Всё.
- Но неужели вы не чувствовали, что рядом с вами находится человек, которому вы не нравитесь или который обижен?
- Да, конечно, я это понимал.
- То есть, все-таки понимали?
- Да, я во многом ошибся в прошедшем сезоне. Если и говорить о том, кого я предал, то только об игроках, которые не выходили на поле. Вот их я могу как-то не порадовать. Но тренерский штаб - это люди, которых я выбрал. Я был бы глупцом два раза, если бы работал с человеком, который предавал бы меня.
- Но выбирали вы позже. Можно ли сказать, что в прошлом сезоне Каррера получил команду, а фундамент «от себя» выстраивал только в этом?
- Да, мы стараемся создать условия для роста. В том году я взял то, что уже было сформировано по-своему. Ведь обычно у специалиста есть свой штаб, а потом он идет тренировать команду, однако у меня всё было наоборот. Мне нужно было усилить команду людьми, которым я доверяю. Считаю, что никого не предавал и никого не обидел. Я же пригласил Мальфатти и ДУрбано, а не выгнал Пилипчука и Сальсеса. Я пригласил их, чтобы быть вместе лучше. Но, возможно, кому-то это не понравилось, потому что уже с июля 2017-го, что бы ни происходило, все указывали пальцами на них. Мы играли в 3-х турнирах, нам нужно было усиление.
- В лице Мальфатти и ДУрбано?
- Да.
- Если сейчас у кого-то из них (Мальфатти, ДУрбано, Риомми) не будет продлен контракт, вы сильно расстроитесь?
- Если им не продлят контракты, то только по моей воле. Только я решаю, кто будет работать со мной. Естественно, совместно с руководством, но людей должен подбирать я. Мне нужны помощники, которые говорили бы: «Погоди, Массимо, ты ошибаешься, сделай так, это будет лучше». Мы должны быть единомышленниками, и тогда это будет называться штабом.
- То есть на этапе до принятия решения могут быть какие угодно дискуссии, но последнее слово за вами?
- Да. Я не хочу видеть в штабе людей, которые просто мне кивают и поддакивают. Я хочу, чтобы помощники даже где-то заставили меня сомневаться в своих размышлениях. Но, когда я делаю какой-то выбор, они должны идти за мной, иначе будет невозможно работать.
- Вы бы хотели привлечь в свой штаб такого тренера, как Рауль Рианчо?
- Не знаю.
- Кто знает?
- Никто.
- Вы знакомы с его работой?
- Да, я знаком.
- Насколько мне известно, он ждет предложения от «Спартака». Он его дождется?
- Я еще ничего не решил.
- Нужен ли вам в штабе тренер-россиянин? Вопрос конкретно об Игоре Шалимове. Ходят разговоры, что он может войти в структуру «Спартака».
- Я о таких разговорах не знаю.
Могу оштрафовать игрока за отношение к коллективу
- Если посмотреть статистику, «Спартак» много пропустил в прошедшем сезоне.
- Начнем с того, что мы пропустили 12 голов в 3-х играх чемпионата. Я, конечно, предпочитаю, чтобы моя команда пропустила 12 в 3-х матчах, чем 20 в оставшихся 27-ми или по 2 гола в каждой игре. Но согласен, что это много. Мы совершили много ошибок, и эти ошибки никак не связаны с тактикой или схемой игры, это были результаты индивидуальных действий.
- Вопрос заключался в том, что вы пришли работать в «Спартак» как тренер по обороне.
- Я тренирую, мы отрабатываем игру в обороне на тренировках, но на поле выходят игроки. Моя ошибка, может быть, в том, что соперник играет в 4 нападающих, а я ставлю 2-х защитников. На тренировках я могу объяснять и учить ребят всему, но им потом выходить на поле. Если игрок в своей штрафной принимает мяч на грудь и дает его сопернику, или защитник не контролирует своего игрока на угловом, то что я могу сделать? Мы работаем на тренировках над обороной, как, к примеру, и над ударами по воротам. Важно также качество игрока. Ты можешь организовать и отрабатывать всё что угодно, но дальше на первый план выходит качество футболистов.
- Вы говорите об ошибке Комбарова в игре против «Ахмата»?
- Нет. Просто это первая ошибка, которая пришла мне в голову. Мы совершали и другие.
- Но в матче против «Ахмата» соперник «Спартака» часто создавал голевые возможности, находясь на вашей половине поля в большинстве. То же самое было в матче против «Тосно». Это не просто индивидуальные ошибки: соперник создает голевые возможности.
- Естественно, соперник также присутствует на поле и не бездействует, но есть индивидуальные ошибки. Голы зарождаются после таких ошибок.
- Однако у «Спартака» самые качественные игроки лиги.
- Да, но они также ошибаются. В том году это было менее заметно: мы выигрывали. А сейчас соперник бьет не в штангу, а забивает. В итоге в конце матча результат меняет взгляд на многие детали.
- Получается, что тактических ошибок не было?
- Были.
- Большинство мячей залетало в концовках матчей...
- Я родился до вас и знаю, куда вы клоните. Оборона-оборона-оборона?
- По ходу сезона возникали моменты, когда вам хотелось штрафовать своих игроков?
- Были некоторые ситуации, когда бы я хотел это сделать, но нельзя.
- Почему?
- Я не могу это делать, это должно идти от руководства.
- Но вы всегда можете прийти к руководству и сказать, что хотите оштрафовать того или иного игрока, и, скорее всего, ваши предложения будут одобрены.
- Я предпочел все-таки не делать этого, а пообщаться с игроком. Если штрафовать, это ни к чему не приведет. Я хочу, чтобы игрок понимал что и почему.
- За что может оштрафовать игрока Каррера?
- За поведение, за то, как игрок тренируется, за отношение к коллективу, к товарищам. Когда ты являешься частью команды, ты должен ее уважать. Есть некоторые вещи, которые мне не нравятся.
- Приведите пример.
- К примеру, если ужин команды назначен на 8 вечера, кто-то приходит без десяти, а кто-то - в десять минут девятого. Этого не должно быть. Если собрание в час, то оно должно быть в час. Есть нюансы в организационном распорядке дня, есть определенное поведение на поле. Я играл в футбол, и у меня есть опыт. Игроков, которые тренируются без желания, я вижу. Также я понимаю причины, почему это происходит.
- Когда вы были игроком, вас когда-нибудь штрафовали?
- Нет.
По блату игрок попасть в «Спартак» не может
- Правда ли, что вы отвечали за селекцию летом 2017-го и зимой 2018-го?
- Сказать, что я был ответственным за это, нельзя. Когда у тренера карт-бланш - это значит покупать того, кого хочешь. Естественно, я участвую в этом процессе. Стараюсь искать игроков для усиления «Спартака». Есть исполнители, которые очень дороги для клуба в данный момент. Если хочешь купить даже не топового, а просто игрока хорошего уровня, у тебя должно быть 20-25 миллионов евро. Это рынок. Мы стараемся или находить игроков в аренду, или ищем приемлемые варианты.
- Аренды полузащитника Пашалича из «Челси» и центрального защитника Максимовича из «Наполи» себя не оправдали?
- Им есть куда расти. Но если бы у меня было 200 миллионов, я бы тратил их на дорогих игроков. Когда у тебя нет такой возможности, приходится выходить из положения как получится. Конечно, я всегда стараюсь дать направление руководству, но деньги из кармана вытаскиваю не я. Конечно, президент клуба может сказать, что какой-то игрок дорогой. Или найти другие причины, и он имеет на это право.
- Но Леонид Федун наверняка не обещал вам, что у вас будет 200 миллионов?
- Нет.
- К примеру, у тренера ЦСКА нет и 1 миллиона евро на протяжении последних лет...
- Да, но у него уже была исторически сформированная команда.
- То есть у них был дух победителей и костяк?
- Да, у них есть костяк, который держит команду вместе, и они передают молодым игрокам и новичкам свою страсть и любовь к ЦСКА. Важно иметь в команде 6-7 человек, которые наводят на правильный пусть остальных.
- Почему у Глушакова и Комбарова не получается делать это?
- Я не знаю.
- Но в чемпионском сезоне получалось?
- Тогда - да. У нас получилось делать это всем вместе. Когда единство есть - всё получается. Когда каждый думает о себе - всё становится сложнее, и ты потом не побеждаешь.
- В этом году 200 миллионов не появилось. Значит ли это, что вы будете покупать списанных звезд или арендовать игроков?
- Постепенно будем взвешивать ситуацию и думать, где и как искать новых игроков.
- Вы бы хотели видеть в своей команде Романа Еременко?
- Я не знаком с ним как с игроком, никогда не видел его в действии. Но наслышан, что он является сильным футболистом. Естественно, иметь сильного игрока в составе - это всегда хорошо.
- Даже если он не играл 2 года, причем, из-за дисквалификации?
- Само собой, ему нужно какое-то время, чтобы набрать форму.
- Ваши хорошие отношения с футбольным агентом Марко Трабукки могут помочь приобрести его.
- Если будет желание, я могу пообщаться с Марко на эту тему, но это не значит, что Еременко обязательно придет в «Спартак» из-за того, что он связан с Трабукки.
- Еременко может попасть в «Спартак» по блату?
- Нет! Такой ситуации нет. У Трабукки 200 игроков - это же не значит, что все они придут в команду.
- Вы будете просить руководство приобрести хавбека московского «Динамо» Александра Ташаева?
- Это еще не обсуждали. На совете директоров мы говорили о других вещах.
- Скажите, вас раздражает лимит на легионеров?
- Нет. Не могу сказать, что я не люблю этот лимит, просто с ним сложновато жить.
- Лимит обязывает команды собирать русский костяк. Где брать этих игроков? Нужно искать их у соперников или пытаться разговаривать с Глушаковым и Комбаровым?
- Надо общаться с каждым игроком.
- Но с капитаном надо говорить в первую очередь.
- Общаться с капитаном, да, но нужно пытаться понять и всех остальных. Капитан может объединять команду, но этого должны хотеть и все остальные.
- Еще раз о ЦСКА. У них другая ситуация: денег нет, они подтягивают молодых игроков из своей школы. Вам не кажется, что вся система там функционирует лучше?
- Возможно, у них есть интересная молодежь. Вообще, у нас тоже, но она еще не готова играть в основе. Игрока нужно смотреть в деле. Если он допустит ошибку, вы же сами его убьете своей критикой. Поэтому я буду ставить молодых, когда они будут готовы. Нельзя их просто кидать в пекло.
- Но вы же не враг себе и вряд ли откажетесь от сверхталантливого футболиста. Значит, в академии «Спартака» таких просто нет?
- Естественно, я не враг себе. Но я общаюсь с тренерами «Спартака-2», дубля. Интересуюсь у них, кто может быть психологически готов к игре за основу. На матч с «Ростовом» я хотел ставить Артема Мамина - поговорил с тренером, и он мне сказал: «Это лучший защитник «Спартака-2», но я не знаю, выдержит ли он давление». Играть в основе - это все-таки немножко другое.
- Сколько игроков нужно приобрести «Спартаку» этим летом при оптимальном раскладе?
- Думаю, 4-5.
- А избавиться?
- От 4-х-5-ти. Мы же не отправим на выход 10, если возьмем 5! Но вообще было бы здорово собрать определенный микс из игроков «Спартака-2». Я слежу за ними - чуть меньше, чем в позапрошлом сезоне, так как у нас было много игр. Но слежу.
- Вы хотите, чтобы Глушаков, Комбаров и Ребров остались в «Спартаке»?
- Почему нет? Почему я должен их выгнать?
- Потому что сейчас они не могут создать нужный костяк.
- В этом могут быть виноваты не только они, но и другие футболисты, а также тренер. Виноваты все. Я готов с ними работать.
- Массимо, у вас нет ощущения, что возрастные игроки защищены длинными контрактами?
- Я тоже в свое время играл с «долгим» контрактом, но не чувствовал себя защищенным, так как договоры можно разрывать. Даже когда у тебя соглашение на 3 года, там тоже можно многое потерять. Например, игроку с «длинным» контрактом можно сказать, что он должен уйти в аренду.
- Но критика болельщиков направлена именно на этих игроков. Вы понимаете почему?
- Нет. Я не знаю, почему именно их критикуют.
- Вас устраивает их работа на тренировках?
- Да. По ходу сезона случались такие моменты, когда я заканчивал тренировку и отправлял всех в раздевалку, так как был недоволен подходом и самоотдачей. Но это касалось всех, а не отдельно Глушакова, Комбарова или Реброва. В позапрошлом сезоне такое тоже случалось. Просто тогда мы победили, поэтому всё отошло на второй план.
Будем искать опорника с российским паспортом
- Вы понимаете феномен уникальной любви болельщиков к вам? Вы чувствуете, что есть культ личности? Вам легко с ним жить?
- Мне очень приятно принимать любовь фанатов. Я - Каррера и всегда им останусь, для меня цель - победы «Спартака», а не победы Карреры. Мне приятно, что ко мне относятся тепло, я тоже уважаю болельщиков. Но повторюсь, моя главная цель - победы «Спартака».
- К вам относятся как к волшебнику, который выиграл чемпионат, хотя этого вообще никто не ждал.
- Если бы я им был, мы бы победили и в этом году. Волшебников нет.
- С кем из руководителей клуба вы общаетесь чаще всего?
- С президентом клуба Леонидом Федуном и его заместителем Наилем Измайловым.
- Вы учите русский язык?
- В следующем году буду говорить по-русски. В прошлом году я занимался с репетитором, сейчас мне намного легче, намотал на ус многие слова, которые понимаю. В предложениях из десяти слов уже понимаю пять, улавливаю смысл.
- Если представить, что «Спартак» не попал в групповой этап Лиги чемпионов, что будет с вами?
- Об этом нужно спрашивать президента клуба (улыбается).
- Можно ли сказать, что следующий сезон станет для вас определяющим?
- Да. Я знаю свои ошибки и постараюсь их не повторять. От поражений можно взять многое в плане опыта.
- Вам поступали предложения о работе из Италии за последний год?
- Поверьте, нет.
- В связи с травмой Александра Селихова, вы будете инициировать покупку еще одного вратаря?
- Нет.
- Правда ли, что главная цель летнего «трансферного окна» - найти центрального защитника и опорного полузащитника с российским паспортом?
- Да, это так
- Кто, на ваш взгляд, лучший тренер РФПЛ в прошедшем сезоне?
- Юрий Семин.
- Вы можете смириться с тем, что Квинси Промес когда-то покинет команду?
- Если Промес уйдет, то мы будем искать похожего Промеса.
- Такого можно найти?
- Надо суметь.
- При выборе новых игроков «Спартак» будет отталкиваться от чемпионата мира или будет искать игроков до мундиаля, чтобы их цена не повысилась?
- Конечно, лучше найти игроков до начала чемпионата мира, чтобы не попасть на цены, которые могут вырасти в два или три раза.
- Когда вы только пришли в «Спартак», то сказали, что никогда не обращаете внимания на то, что пишет пресса. А сейчас?
- Я обращаю внимание на злые статьи. Мне не важно, когда пишут, что Каррера молодец. Я уделяю внимание материалам, которые пишутся со злостью, или реагирую на раздутые темы, чего бы они ни касались.
- Если журналист пишет, что Каррера ошибся, вы можете это принять?
- Я могу принять, но отталкиваться от результата легче. Я тоже могу стать журналистом и критиковать какие-то решения тренера, зная финальный результат. Я общаюсь с журналистами, но если ты хочешь поговорить о футболе, можно спросить, почему мы играли 4-2-3-1, а не 4-3-3. В таком случае я принимаю критику.
- А если журналист говорит, что Каррера ошибся с заменами - например, как это было в матче с «Тосно», когда вы поменяли всю центральную линию и команда проиграла?
- Да. Я знаю, что ошибся.
- Еще пример: пресса в начале сезона пишет, что в команду приходят новые тренеры и это может плохо закончиться, так как теряется «командная химия». И в конце сезона примерно так и получается.
- Вы создали эту проблему, обсуждая подобные темы. Вы долбили эти темы не с 13 мая, когда закончился чемпионат, а с первого дня подготовки ко второй его части, когда мы уехали на сборы. У меня хорошая память (улыбается).

.: Другие материалы рубрики



Поделиться ссылкой на статью в социальных сетях: