.: Футбол. Тет-а-тет
Алексей Селин: «Кубани» нужны единомышленники»
В
оспитанник кореновского футбола полузащитник Алексей Селин провел в «Кубани» 4 с половиной года и был в краснодарской команде далеко не на последних ролях. Провел за желто-зеленых 135 матчей и забил 19 голов. Кроме того, свой след Алексей оставил и в другой дружине региона - новороссийском «Черноморце». За моряков в сумме он отыграл 45 поединков, в которых отличился 10 раз.
О мотиваторе Лагойде, негативной тенденции расставания «Кубани» со своими легендами, встрече болельщиков с игроками «Черноморца» - в интервью 39-летнего Селина «Независимой спортивной газете».
- Родом я из Кореновска, там же и начал заниматься футболом, - начал разговор Алексей. - Первым моим тренером был Борис Петрович Щербина, которого, к сожалению, уже нет в живых. Следующим, скажем так, подхватившим у него эстафету, - Анатолий Алексеевич Андреев, заслуженный тренер Грузии, работавший в свое время в тбилисском «Динамо». Два этих наставника заложили большой фундамент в становление меня как футболиста в детско-юношеский период.
 
- А изначально вы сами пошли в футбол, или, может быть, родители отвели?
- Сам. Когда учился в первом классе, то очень хотел играть в футбол и пошел на Центральный стадион Кореновска - а там была тренировка. Тренер записал меня в группу, и с тех пор я стал заниматься футболом.
- В ДЮСШ Кореновска?
- Знаете, в тот момент была неразбериха, и то ли была эта ДЮСШ, то ли ее не было… Скажу так: была детская команда, а как именно она называлась, я уже и не помню.
- Как попали в краснодарский «Колос-2»?
- Анатолий Андреев стал устраивать нашей команде товарищеские матчи против краснодарских соперников. На одной из таких игр меня приметил известный кубанский специалист Сергей Константинович Григорьев и позвал в юношескую команду «Колоса», которую он тренировал, это было, если не ошибаюсь, в 1994 году. У «Колоса» была первая команда, был дубль, а я находился как в спортклассе, что ли: заканчивал там 11-й класс и параллельно играл за юношескую команду в чемпионате края.
- Чем вам запомнился Григорьев?
- Сергей Константинович был для нас, молодых ребят, как второй отец. Он решал все бытовые проблемы, которые возникали у нас в незнакомом городе, оберегал, опекал и заботился о нас. Именно он помог нам безболезненно осуществить переход из юношеского футбола во взрослый.
- После «Колоса-2» вы поехали в «Ротор-2» из Михайловки, верно?
- Да. «Колос» стал разваливаться, а у меня появилась возможность поехать в дубль волгоградского «Ротора». Но так как я не успевал заявиться за эту команду, то для получения игровой практики отправился в «Ротор-2», представлявший город Михайловка, что в Волгоградской области. Это был мой первый профессиональный опыт - я играл в 3-й лиге чемпионата России. А, кстати, со следующего года, 98-го, этот турнир перестал существовать.
- Тяжело было вдалеке от дома?
- Не без того. Костяк той команды составляли ребята из Волгоградской области - из Волжского, Камышина, Волгограда. И когда нам выпадали выходные дни, то все они, естественно, разъезжались по домам, а я один оставался в Михайловке.
- Местные хорошо приняли вас в команде?
- Никаких проблем у меня не было ни в бытовом плане, ни в игровом. Ко мне в «Роторе-2» хорошо относились, я был игроком основного состава.
- Но надолго в волгоградском регионе вы не закрепились. Почему?
- В 1998-м я оказался уже непосредственно в дубле «Ротора»: жил на базе основной команды, а тренировался и играл с дублем во второй лиге. Но проблема была в том, что мне приходилось все это совмещать с учебой в кубанском политехе, что давалось нелегко. Дело в том, что пропуски занятий были чреваты исключением из института, поэтому мне пришлось в середине 1998-го вернуться в Кореновск, и тот год я доигрывал за местную команду в чемпионате края, параллельно заканчивая обучение в вузе. Кстати, в политехе судьба свела меня с Виталием Фурсой. Наша вузовская команда принимала участие в универсиадах, где первое место, понятно, занимал, инфиз, а мы в основном конкурировали с сельхозом. Так вот, Виталий Иллиодорович был нашим преподавателем физкультуры, и на тот момент я не знал, кто он такой - ну, преподаватель, и преподаватель. И только спустя время узнал, что Фурса - это же знаменитый капитан «Кубани» 70-х годов! Недавно узнал, что у него проблемы со здоровьем, и хочется пожелать ему скорейшего выздоровления.
- Расскажите, как вы оказались в «Кубани».
- В начале 1999-го мне поступило предложение поехать на сбор «Кубани», ее спортивный директор Федор Анатольевич Щербаченко перед этим специально приезжал на матчи турнира «Подснежник», чтобы посмотреть мою игру. Но тогда я чувствовал себя недостаточно готовым, для того чтобы проявить себя в главной краевой команде, поэтому начать сезон решил в Кореновске, однако сказал Щербаченко, что могу, если интерес у «Кубани» ко мне не пропадет, попробовать свои силы в ней несколько позже. Наша кореновская команда удачно стартовала в высшей лиге чемпионата края, кроме того, дела складывались хорошо и лично у меня: я забил несколько важных мячей, в частности, в матче в Горячем Ключе против «Нефтяника Кубани», который был в то время своего рода фарм-клубом желто-зеленых. И затем, в середине года, когда у «Кубани» был перерыв между кругами во втором дивизионе, мне поступило повторное предложение пройти с ней сбор и доказать свою состоятельность. Вот теперь я согласился. И, видимо, тренерам приглянулся, поскольку руководством краснодарского клуба было решено подписать со мной контракт. Я был, разумеется, очень этому рад, ведь все кубанские мальчишки мечтали оказаться в «Кубани», тем более выходцы из глубинки, как я.
- Тогда желто-зеленых тренировал Софербий Ешугов. Противоречивая фигура?
- Недавно читал интервью «Независимой спортивной газете» Артура Тлисова - так вот, он правильно про Ешугова сказал, что это тренер, скажем так, советской эпохи. Понимаете, я попал в «Кубань» еще совсем молодым игроком, неопытным, поэтому поначалу не мог оценить его тренерские качества в полной мере. Спустя годы могу подтвердить, что Ешугов действительно хорошо закладывал «физику»: гонял он нас прилично, а во второй лиге, наверное, хорошее физическое состояние было залогом многих успехов. Но в будущем для меня вся эта «физика», все вот эти нагрузки, возможно, аукнулись: пошли ранние травмы, и всё такое. Бегать по асфальту, таскать в гору на себе людей - я считаю, это не совсем правильно. Когда потом оказываешься в более профессиональных условиях, то понимаешь, что для таких тренировок нужна специальная обувь и так далее, однако в «Кубани» у нас ничего такого не было. Мы просто делали то, что нам говорили. Еще одна показательная характеристика, которую можно применить к Ешугову, - это то, как он расстался со Станиславом Лысенко. Практически в любой команде есть футболисты, которые являются легендами клубов, они пишут их историю, считаются примером для многих поколений - так вот, я считаю, что Стас является для «Кубани» одним из таких игроков. Я знаю и Ешугова, и Стаса, не знаю ситуацию изнутри, но считаю, что так расставаться в любом случае нельзя было. Все равно нужно было найти какой-то компромисс и разойтись так, чтобы у футболиста не возникло ощущения, что клуб его не защитил или не постоял за него. А в последнее время, и я убедился в этом, прочитав интервью Тлисова, - расставания знаковых футболистов с клубом происходят не так, как должны происходить. Тот же Артур по играм за «Кубань» обошел Стаса, тоже является знаковой фигурой для желто-зеленых, а получается, что ценят таких футболистов только истинные и преданные болельщики и фанаты. Вся слава и почести достаются им только от них, а руководство клуба остается в стороне.
- Бывший игрок желто-зеленых Константин Зуев рассказывал как-то, что Ешугов призывал игроков «Кубани» чуть ли не ноги отрывать соперникам…
- Действительно, Ешугов очень сильно мотивировал. Такого он, конечно, не говорил - чтобы отрывали ноги, но вести жесткую борьбу на каждом участке поля призывал.
- В чем была причина неудачи «Кубани» в переходных матчах за выход в первый дивизион-2000 с тольяттинской «Ладой»?
- Я думаю, что сама система стыковых игр, когда ты целый год отдаешь, чтобы занять первое место в группе, а потом всего в 2-х матчах решается судьба всего сезона, была неправильной. В Тольятти мы проиграли 1:2, поэтому дома нужна была победа, хотя бы с минимальным счетом. Увы, добиться ее не получилось, и «Лада» пошла наверх. Может быть, тольяттинцы на тот момент были больше готовы к повышению в классе, имели в своем составе более квалифицированных футболистов. Но сейчас уже тяжело об этом говорить, получилось так, как получилось. Хотя все мы, конечно, хотели уже в 1999-м шагнуть в первый дивизион.
- Кстати, тогда чувствовалось, что «Кубань» возрождается после кошмара-1998?
- В 98-м я не был в команде и не знаю изнутри, что в ней происходило. Когда же пришел в «Кубань», то увидел, что коллектив там подобрался довольно-таки крепкий и хороший: мы показывали добротную игру, добивались побед во второй лиге. Того развала, что был в 1998-м, я не почувствовал в полной мере, в клубе все делалось для того, чтобы команда добивалась результата. И руководство клуба в лице Ивана Александровича Паненко, и спортивный директор Федор Анатольевич Щербаченко все делали для команды, и я благодарен им за то, что оказался в «Кубани». Знаете, есть «варяги», которые приходят и уходят, а есть наши, местные, коренные, и я считаю, что Щербаченко и Паненко достойны того, чтобы войти в историю нашей команды.
- Чем вам запомнился Щербаченко, возглавивший «Кубань» в 2000-м после отставки Ешугова, как тренер?
- Его стиль и методики тренировок позволили нам завершить тот чемпионат на 1-м месте, а потом добиться положительного результата в стыковых матчах с саранской «Светотехникой». Еще хочу сказать, что Федор Анатольевич в «Кубани» мне, и не только мне, очень много помогал в вопросах по быту и по учебе, а для футболиста важно чувствовать, что ты действительно нужен команде, что тебя не бросают на произвол судьбы. А позже Щербаченко доказал свою состоятельность как тренера, работая с «Мордовией»: он не только вывел саранскую команду в премьер-лигу, но и дал шанс заиграть в ней многим игрокам, которые завоевали туда путевку.
фото: Валерий Крачунов
- Не было опасений, что повторится история предыдущего года с «Ладой»?
- Конечно, в голове сидело, что любая осечка может опять привести к обидному поражению. Но, я думаю, в 2000-м уже мы являлись фаворитами переходных матчей, а кроме того, у нас был опыт таких встреч.
- Что можете сказать о коротком периоде, когда «Кубанью» руководил Александр Ирхин?
- У большинства ребят сразу не сложились с ним профессиональные отношения. Он привел в команду своих игроков и хотел делать ставку на них, хотя они были не сильнее тех, кто завоевал путевку в первый дивизион. После увольнения Ирхин бросил в аэропорту шутку, что, мол, это я его уволил, так как не реализовал стопроцентный момент в проигранном товарищеском матче.
- От работы с Олегом Долматовым остались более приятные впечатления?
- Конечно! Олег Васильевич мало того что вернул многих игроков, которых Ирхин выставил на трансфер, так еще и дал шанс проявить себя большинству из них. С приходом Долматова началась новая веха в истории «Кубани»: нашу команду возглавил такой авторитетный тренер, ее пополнил ряд очень квалифицированных игроков. Естественно, мы с нетерпением ожидали начала сезона-2001.
- И он оказался для «Кубани» удачным или все-таки нет? Да, заняли 3-е место, но в высшую лигу-то не вышли…
- Если бы перед началом сезона нам сказали, что мы займем 3-е место, то никто, наверное, не поверил бы. Разумеется, хотелось побороться и за путевку в премьер-лигу, когда появилась такая возможность, но, полагаю, на тот момент мы все-таки не были готовы к повышению в классе.
- По слухам, в 2002-м в команде был какой-то конфликт…
- Это все по слухам. А непосредственно и по существу об этом могут рассказать только участники того конфликта.
- Также по слухам, игроки «сливали» тогда матчи.
- Такой информации у меня нет. Просто череда поражений привела к недовольству, и руководители сделали определенные выводы. Когда команда укомплектовывается, руководство идет навстречу пожеланиям тренера, а если при этом нет результата, значит, надо что-то менять. Думаю, отрицательные результаты повлияли на решение отправить Долматова в отставку. На тот момент руководством было решено, что команде нужна, скажем так, встряска, нужен новый тренер.
- Что изменилось после ухода Долматова?
- Тренером стал Вячеслав Комаров, который был помощником у Долматова. У Комарова был определенный костяк, которому он доверял. Если Долматов мог дать шанс любому игроку, то у его сменщика такого не было.
- С приходом на тренерский мостик Владимира Лагойды и Игоря Калешина стало лучше?
- Да, лучше. Лагойда стал доверять нашим, краевым ребятам, при нем в «Кубани» появился Виталий Калешин, будущая легенда. Владимир Иванович Лагойда и Игорь Викторович Калешин сами легенды нашего футбола, для них «Кубань» не пустой звук. Лагойда очень сильно мотивировал игроков на установках - после одной лишь его фразы «Ты, Кубань, ты наша Родина!» оставалось только выходить на поле и побеждать. В то время краснодарский футбол переживал бум: первые игры 2003 года на стадионе «Кубань» проходили при полном аншлаге. Состав подобрался у нас тогда хороший, квалифицированный, и не просто так мы очень удачно стартовали в первой лиге.
- Однако далее команда выступала лихорадочно, с перепадами…
- Как я понимаю, после хорошего старта к середине сезона мы подсели физически, поэтому и последовала череда обидных поражений, стали терять очки. И, естественно, если команда идет на первом месте, а потом начинает буксовать, то руководителям надо делать какие-то выводы: вместо Лагойды главным тренером назначили Николая Южанина. И если при Лагойде я был игроком основного состава, то Южанин доверял другим футболистам, а я, к сожалению, стал играть при нем гораздо меньше. Однако Лагойда и Южанин, я считаю, могут равноценно разделить между собой заслугу выхода «Кубани» в премьер-лигу, оба этих наставника внесли в тот успех команды заметный вклад.
- Как вы восприняли то, что при Южанине перестали быть игроком основы?
- Разумеется, любому футболисту хочется играть. Все, что зависело от меня, я делал: добросовестно тренировался, старался по максимуму использовать то игровое время, которое мне все же выделяли. Но - увы, как говорится. В начале 2004-го в клубе мне сказали, что в моих услугах больше не нуждаются, и выставили на трансфер.
- Вы говорили, что недовольны тем, как «Кубань» рассталась со Станиславом Лысенко и Артуром Тлисовым. А довольны ли, как «Кубань» рассталась с вами?
- Скажу так, для мелкого штриха: на момент моего расставания с «Кубанью» помощником Южанина был Ешугов. Понятно, мне не хотелось уходить из команды, тем более я прошел с ней путь из второго дивизиона в премьер-лигу. Конечно, не отказался бы попробовать свои силы в высшем свете или ждать своего шанса, даже будучи запасным игроком. А получится его дождаться или нет - это уже другой момент. Но такой шанс предоставлен мне не был. Я, если честно, не понимаю: зачем так быстро расставаться с местным футболистом? Ну, дайте ему шанс, а если не использует его - тогда в любой момент можете его убирать. А то потом говорят: вот, как мало местных игроков у нас в командах, а в других они выступают хорошо, и было бы здорово собрать их вместе у нас. Но тренеры же сами в свое время их убирали и не давали им шансов. Я не говорю, что у меня есть обида, что местным игрокам нужны привилегии, но Лагойда и Калешин почему-то давали такие шансы. Мама мне рассказывала, что когда спрашивала у знакомых в Кореновском районе, поедут ли они в Краснодар на «Кубань», то они отвечали, что нет, ваш сын же за нее уже не играет. Почему в свое время в Краснодаре были аншлаги? Потому что тогда за «Кубань» выступало много футболистов из края, и, естественно, на их игру приезжали смотреть родные и знакомые. За своих ведь болеют с особым энтузиазмом.
- Леша, какие матчи за «Кубань» запомнились вам в особенности?
- Хороший вопрос. Запомнилась, например, последняя игра основной части сезона-2000 против майкопской «Дружбы», а такие матчи почти что дерби, играются чуть ли не «от ножа» и только на победу. Так вот, от результата нашего очного матча в Майкопе зависело, какую строчку в итоге займет «Кубань» в чемпионате. Поскольку прямой конкурент - ростовский СКА - наступал нам тогда на пятки, от нас требовалась только победа. И мы ее добились - 1:0, а единственный мяч забил я. А в домашнем матче с «Дружбой» в том же году, в первом туре, к слову, мы тоже выиграли - 2:0, и первый гол забил тоже я. А еще в 2002-м мы схлестнулись с бывшим конкурентом за выход в первую лигу СКА в этой самой первой лиге. За день до матча в Ростове-на-Дону приехали на предыгровую тренировку: был вечер, темнело, но никто нас на стадионе, представьте, не встретил, свет нам не включили, никаких условий не предоставили. Мы просто пробежку совершили и размялись - ни о какой полноценной тренировке и речи не могло идти. А уже в самом матче одержали волевую победу 2:1, и оба наших мяча забил опять же я. Также хочу отметить первую встречу 2001 года, уже в первом дивизионе, с тольяттинской «Ладой». Дома, при полных трибунах, мы взяли у реванш у соперника, из-за которого не получили повышение в классе в позапрошлом году: одержали победу 5:1, один из мячей тоже забил я. Кроме того, хоть я и не забивал в них и не во всех принимал участие, но очень интересными и памятными для меня также оказались поединки на Кубок России с командами высшей лиги, в том числе с московским «Спартаком».
- А кого можете выделить из игроков, выступавших за «Кубань» в одно время с вами?
- Стаса Лысенко, Алексея Герасименко, Олега Терехина, Ансара Аюпова, братьев Андрея и Костю Коваленко… Очень много игроков оставили тогда в «Кубани» яркий след, трудно перечислить их всех, поэтому хочу, чтобы не обижались те, кого, может быть, забуду упомянуть. Очень сильный опорник был Павел Шкапенко, но, к сожалению, он получил травму. Теплые дружеские отношения поддерживаю с Валентином Окорочковым, с Максимом Ермаком. С Володей Пантюшенко, который забил гол в переходном матче «Светотехнике», я пересекся потом еще в краснодарском «ГНС-Спартаке», где он также продолжал клепать голы, проявляя свои незаурядные бомбардирские качества. Все это действительно те люди, у которых я учился, рядом с ними просто невозможно было плохо играть и не прибавлять в мастерстве. Еще Володя Бесчастных пришел в «Кубань» во втором круге сезона-2003, и хоть я вместе с ним сыграл всего пару матчей, но наблюдать за ним в тренировочном процессе было одно удовольствие! Во всем ощущалось, что человек прошел спартаковскую школу: игра в квадрат, пасы низом, стеночки, забегания… И никакого высокомерного отношения к остальным игрокам со стороны Бесчастных я не замечал.
- Что можете сказать о нынешней ситуации в «Кубани»?
- Очень печально, конечно, что команда переживает сейчас тяжелые времена. Хочется, чтобы нашелся человек или группа лиц, которым будет небезразлична судьба «Кубани». В свое время таким оказался Иван Александрович Паненко, взявший команду под свое крыло и выправивший ситуацию, не допустивший того, что наблюдается сегодня. «Кубань» - это флагман футбола Краснодарского края, клуб с богатой историей. Я думаю, что как бы то ни было, но она достойна быть хотя бы крепким середняком ФНЛ.
- Как считаете, предоставление поста главного тренера Евгению Калешину - правильный выбор руководства клуба?
- Правильный. Всегда можно дать человеку шанс, но главное - помогать ему дальше, оказывать необходимое содействие. Для исправления ситуации «Кубани» нужна группа единомышленников - начиная от работников базы и заканчивая руководителями команды и клуба.
- Вернемся к вашему карьерному пути. После ухода из «Кубани» быстро нашли вариант трудоустройства в новороссийском «Черноморце»?
- Я поддерживал форму, выступая на зимнем чемпионате Краснодара за команду налоговой инспекции, и в определенный момент меня позвали к себе бывшие руководители «Кубани», возглавившие «Черноморец», - Владимир Подобедов и Бачир Хут. А одним из тренеров в новороссийской команде работал Евгений Николаевич Бузникин, тоже краснодарский специалист. Для меня это было, считаю, хорошее предложение: тоже, как и «Кубань», команда с богатыми традициями, недалеко от дома.
- Не секрет, что между фанатами «Кубани» и «Черноморца», мягко говоря, не самые лучшие отношения. Вам довелось это прочувствовать на себе?
- Нет, как футболист я не ощутил на себе этого фанатского противостояния. Я знаю, что оно существует, но, честно говоря, мне непонятно, откуда это все идет. Про новороссийских болельщиков могу сказать, что они очень требовательны, и, если футболисты не отдаются полностью игре, то они могут смело высказать им свое недовольство. У нас даже была такая история: когда «Черноморец» неважно играл в 2004-м, то болельщики, представлявшие объединение «Синий туман», пришли к нам на базу и предъявили команде претензии, сказали нам, что мы защищаем цвета города-героя и должны выправить ситуацию.
- Обстановка на той встрече была накаленной?
- Нет, все прошло в цивилизованных рамках. К слову, эта же организация болельщиков, «Синий туман», признала меня по итогам сезона лучшим игроком команды и подарила мне символическую рынду.
- А в «Кубани» было, чтобы болельщики на базу приезжали?
- Не припомню такого. Не знаю, как в последнее время, а на тот момент это, наверное, в Краснодаре не практиковалось. Но и поводов для этого, скажу вам, тогда не было: в период с 1999 по 2003 годы, когда я находился в «Кубани», результаты команды несли болельщикам больше позитива, чем негатива.
- Лучшим игроком 2004 года в «Черноморце» вы были признаны заслуженно, как считаете?
- Считаю, что тот сезон был для меня в персональном плане одним из лучших в карьере. Из 42-х матчей я принял участие в 41-м и при этом стал лучшим бомбардиром команды, забив 10 мячей. В первом круге команду тренировал Александр Борисович Гармашов, во втором - Виктор Григорьевич Тищенко. И тот, и другой, особенно Тищенко, что было для меня важно как для футболиста, не сковывали меня определенными рамками на поле, предоставляя полную свободу действий. Если в «Кубани» я играл правого полузащитника, то в «Черноморце» стал больше действовать в центральной зоне и под нападающими. Думаю, результат таких перемен не заставил себя долго ждать, поэтому я и раскрыл там свой бомбардирский талант.
- Но в целом дела у клуба шли не очень хорошо…
- Команда у нас подобралась хорошая. Да, «Черноморец» сезоном ранее вылетел из высшей лиги, но многие игроки не стали его покидать - это легенды новороссийского футбола Максим Левицкий, Александр Призетко, Лев Майоров, Альберт Догузов. Также в «Черноморце» я играл бок о бок с Асланом Засеевым, который потом выступал и за «Кубань». Так что было приятно тогда играть за моряков и получать от этого удовольствие. Но, конечно, на результаты команды не могла не влиять финансовая ситуация в клубе. Были очень большие долги, продолжительное время мы не получали там зарплат и премиальных, и все это, понятно, сказывалось на игре. Во втором круге мы даже не хотели выходить на матч с «Анжи». Но все-таки тренерскому штабу и руководству удалось убедить игроков в том, что это будет не самый лучший шаг с нашей стороны. В итоге приехали на стадион за несколько минут до начала поединка и победили 5:0, а я забил 2 мяча - может быть, на эмоциях, на сильной мотивации. И это был лучший выход из ситуации - сыграть и победить. Ведь если ты не выходишь на поле, то клубу грозит крупный штраф, и хоть сейчас в клубе нет денег, но рано или поздно они все равно найдутся, и придется тратить их на выплату этого штрафа. Так зачем же, согласитесь, тратить их на штраф, если лучше отдать их нам, игрокам?
- «Черноморец» тогда так и не смог выправить свое финансовое положение…
- Зимой мы ожидали итогов процедуры лицензирования, и, к сожалению, из-за всех этих долгов клубу пройти его не удалось - «Черноморец» потерял профессиональный статус. К этому моменту мною было упущено драгоценное время зимней подготовки - почти все команды были уже укомплектованы, и найти себе клуб, особенно в первой лиге, было довольно-таки проблематично. Однако все-таки возник вариант с новотроицкой «Ностой», которая на тот момент выступала во втором дивизионе, в зоне «Урал-Поволжье». Так как других вариантов у меня больше не было, а условия, предложенные «Ностой», меня устроили, то я и оказался в этой команде. Сразу мы не смогли завоевать путевку в первый дивизион, ее взял наш сильный конкурент - «Содовик» из Стерлитамака. А вот в 2006-м, со второй попытки, нам уже удалось добиться повышения в классе.
- «Ностой» тогда руководил Сергей Подпалый. Как вам с ним работалось?
- Это как раз тот случай, когда я не могу сказать о тренере плохо. Я играл у Подпалого в основном составе, забивал и отдавал голевые передачи, он предоставлял мне на поле полную свободу действий. Тренировочный процесс мне тоже нравился: Сергей Иванович ездил на стажировки в европейские команды и «привозил» оттуда какие-то интересные упражнения, поэтому занятия были у нас разнообразные, увлекательные, в охотку, проходили на позитиве. Единственное качество, которое Подпалову мешало, я считаю, это чересчур сильная эмоциональность: не все молодые футболисты были готовы справляться с эмоциями, которые он на них выплескивал - отсюда, скажем так, шли ошибки на футбольном поле. Наверное, Подпалый просто сильно переживал, поэтому и реагировал на все так бурно, но, думаю, если бы он сдерживал свои порывы, то «Носта» могла бы добиться с ним больших успехов.
- Бытовые условия в Новотроицке вас устраивали?
- Естественно, когда футболист первый раз попадает в маленький город, где от химзавода идет дым разного цвета, где нет никаких развлечений, никуда не сходишь, то он испытывает дискомфорт. Однако в плане футбола в «Носте», если можно так выразиться, шло движение вперед. Нашим спонсором был металлургический комбинат «Уральская сталь», руководство все делало для того, чтобы футболисты не испытывали никаких проблем. Проживали мы в мини-гостинице, где был сделан отличный ремонт, для восстановления оборудовали зал с бассейном, для тренировок построили стадион с искусственным полем, постоянно модернизировали и основную арену.
- Не секрет, что на Урале климат гораздо холоднее, чем на Кубани. Вам нравилась тамошняя погода?
- Когда весной перед чемпионатом я ехал из Краснодара, где было уже тепло, в Новотроицк, то въезжая туда, видел, что на обочинах еще лежит лед и снег, - понятно, это вызывало уныние. После сезона же я покидал Новотроицк, когда там было уже довольно-таки прохладно, а въезжая в Краснодарский край, видел, что вдоль трассы деревья желто-зеленые, листва еще до конца не опала, тепло. Для меня как для южного человека, привыкшего больше к теплу, конечно, новотроицкий климат был немножко необычным. Такой момент еще: летом и ранней осенью, пока не похолодает, в Новотроицке летало очень много мошкары. И приходилось перед каждой тренировкой и игрой брызгать на себя средство от укусов насекомых.
- Что поменялось в «Носте» с выходом в первую лигу?
- Улучшилось финансирование, повысились премиальные, в команду стали приглашать более квалифицированных игроков. Экипировка была на уровне. То есть мы не бедствовали, до кризиса все это было. Как говорится: не для того выходишь в первую лигу, чтобы сразу вылетать. И сезон-2007 в первом дивизионе оказался для нас довольно-таки удачным - мы заняли 7-е место.
- Почему же покинули «Носту» в следующем году?
- В конце 2007 года у меня закончился контракт с клубом, а новый мне долго не предлагали. Тем не менее, перед новым сезоном со мной все-таки решили подписать соглашение еще на год. Но я понимал, что такого доверия, как раньше, ко мне уже нет. По каким причинам, я, честно говоря, не знаю, мне никто этого не объяснял - ни тренер, ни гендиректор. Я просто видел, что в команду берут много молодых ребят на мою позицию, меня, по существу, вытесняют из состава, в тренировочном процессе я тоже участвую не в полной мере. Вот такая резкая смена обстановки после того, как в 2006-м и в 2007-м я был в «Носте» капитаном. Летом мне сказали, что больше на меня не рассчитывают, с 1 сентября тренироваться с командой я не имею права и могу искать себе новый клуб. Причем тянули до последнего, и период дозаявок к тому времени уже закончился. Сидеть же просто так в Новотроицке мне не хотелось, и я уехал заканчивать 2008 год в Армавире. Местное «Торпедо» тогда участвовало в высшей лиге чемпионата края, но главной задачей команды было победить в Кубке России среди любительских команд и завоевать, таким образом, путевку во второй дивизион, чего мы и добились.
- Как можете охарактеризовать руководившего «Торпедо» Арсена Папикяна?
- К сожалению, я потренировался под его руководством недолго, поскольку он уезжал учиться в ВШТ, а замещал его тогда Артур Барменович Агабекян. Про Папикяна могу сказать только положительное: хоть он и довольно-таки молодой тренер, но все равно тренировки у него были интересные, видно было, что человек занимается любимым делом. Как показало время, энтузиазм и тренерские задатки Арсена Борисовича дали свои плоды - недаром он и в «Кубани» поработал, и сейчас «Армавир» с успехом возглавляет.
- После «Торпедо» вы попали опять в «Черноморец»?
- Да, новороссийскую команду возглавил Николай Николаевич Южанин и позвал меня к себе, что, конечно, стало для меня большой неожиданностью, учитывая мою с ним ситуацию в «Кубани». Между нами состоялась личная встреча, мы побеседовали, обсудили все вопросы, и я принял решение идти в «Черноморец» - все-таки хотелось еще поиграть в первой лиге. Но много поиграть не удалось: получил травму, по ходу первого круга пытался набрать необходимые кондиции, а в середине сезона тренером стал Ирхин, и меня убрали из команды.
- «Черноморец» стал для вас последним профессиональным клубом. Есть сожаление, что закончили карьеру не на мажорной ноте?
- Сожаление есть по поводу мышечных травм, которые замучили меня в конце карьеры. Если раньше я после них восстанавливался за 12-14 дней, то потом значительно дольше. Приходилось больше лечиться, чем играть. Плюс еще спина стала у меня побаливать, и, как выяснилось позже, возможно, от тех нагрузок, которые я неправильно получал в молодости. Конечно, считаю, что закончил профессионально играть рано, но сразу резко бросать не хотелось, и тут подвернулась отличная возможность, находясь дома, поиграть еще на хорошем уровне за «ГНС-Спартак». На тот момент налоговая была лидером краевого футбола, мы и чемпионами Кубани становились, и Кубок брали, и Суперкубок. Сейчас же, насколько могу судить, дела у команды ладятся не настолько хорошо.
- Что касается уровня: действительно ли высшую лигу края можно сравнить со вторым дивизионом?
- Я очень часто читаю, как футболисты говорят, что, мол, несколько команд чемпионата края не затерялись бы и во второй лиге. Но утверждать это голословно, считаю, неправильно. Говорить ведь можно все что угодно, а команда из чемпионата края, вдруг оказавшаяся во втором дивизионе, вполне вероятно, не покажет там хороших результатов. Да, когда я играл на край, много внимания региональному футболу уделял председатель краевой федерации Иван Александрович Перонко, было в высшей лиге турнира несколько действительно сильных команд и по подбору футболистов, и по игре, однако профессиональный футбол - это совсем другое.
- Чем занимаетесь после завершения и любительской карьеры?
- Сейчас, к сожалению, форму уже не поддерживаю - нет на это времени, да и не хочется больше мышечные травмы получать на ровном месте. Работаю в крупной краснодарской компании менеджером, на футбол хожу по мере возможности как болельщик. Из последних матчей, которые посетил, выделю встречу сборной России с Коста-Рикой на открытии нового стадиона «Краснодара» и матч «Краснодара» с «Амкаром». Очень хочется надеяться, что и у «Кубани» когда-нибудь появится подобный красавец-стадион, она того заслуживает. Также посещаю баскетбольные игры. Считаю, в Краснодаре сейчас настоящий баскетбольный бум, ведь очень хорошо выступает «Локомотив-Кубань», в прошлом сезоне ставший бронзовым призером Евролиги.
- А о тренерском футбольном ремесле, часом, не задумывались?
- Нет, никогда. Остаться в футболе и работать в структуре команды на какой-то должности мне, может, и хотелось бы, но не в качестве тренера. У меня нет даже физкультурного образования, я оканчивал другие университеты. А для того чтобы стать хорошим тренером, считаю, нужно призвание, у человека должно быть стремление заниматься этим, определенные навыки и умения, он должен быть разносторонне развитым, чувствовать многие нюансы. Если вы обратите внимание, то многие футболисты после завершения игровой карьеры идут учиться на тренеров, но не у многих потом получается хорошо проявить себя в новой роли. Посмотрите, какое количество людей каждый год получают в России тренерские лицензии, а хороших команд ведь по сравнению с их числом - единицы! Естественно, для всех мест не хватает, и получается так, что некоторые наставники подсиживают своих коллег, ждут, когда кого-то откуда-то уволят. Такая, с позволения сказать «конкуренция», мне не по душе.
- Ну и в завершение беседы хотелось бы, чтобы вы рассказали про интересные истории, свидетелем которых, быть может, стали за свою карьеру. Есть такие?
- Да, про парочку таких случаев могу поведать. Из стана «Кубани» (улыбается). Один раз ехали зимой на сбор в Кисловодск, ну и по дороге остановились на трассе. Вышли из автобуса, потом вернулись в него, сели, вновь поехали. Едем-едем, и вдруг смотрим: нет Андрея Коваленко, который до остановки сидел рядом со Стасом Лысенко. Елки-палки! Разворачиваем автобус, давай назад. Смотрим: а Андрей стоит на обочине, ждет нас, в одном костюмчике, без куртки. Ну, подобрали его, посмеялись, поехали дальше… Еще история была при Долматове. В 2002 году первый выездной матч проводили в Чите, вылет был у нас чартером из Краснодара поздно ночью. Нас разбудили в гостинице, посадили в автобус, поехали в аэропорт. Сидим уже в самолете, помощник главного тренера начинает нас пересчитывать. Считает-считает, и вдруг говорит: одного не хватает. Представляете? Как так?! Смотрим: Андрея Зуева нет. Я звоню ему: «Андрей, ты где?» Он в ответ: «Я в гостиничном номере с Димой Тетериным, а вы где?» Я говорю: «А мы в самолете». Не одного, как тренер насчитал, а двоих не хватало, - нормально?! Оказывается, забыли их разбудить, и нам пришлось ждать, пока они вызовут такси и приедут в аэропорт, чартер, понятно, немного задержали…
Давид Арутюнов

.: Другие материалы рубрики


Поделиться ссылкой на статью в социальных сетях: