.: Футбол. Тет-а-тет
Максим Ермак: «Рад, что дошел до премьер-лиги с «Кубанью»
У
роженец станицы Брюховецкой Максим Ермак получил свое футбольное образование в Харькове. Первые годы карьеры провел в первой и второй украинских лигах, но лучший период в его футбольной жизни - пять с половиной лет в «Кубани». За это время статный и габаритный форвард прошел с желто-зелеными путь от второго дивизиона до премьер-лиги и стал одним из любимцев местной публики.
О связках с Владимиром Бесчастных, Олегом Терехиным и Дидье Биангом, отношениях с тренерами и зрительской любви Ермак рассказал в интервью корреспонденту «Независимой спортивной газеты».
ЖАЛЕЮ, ЧТО НЕ ПОШЕЛ УЧИТЬСЯ НА ТРЕНЕРА
- Максим, вы играете за «Агрохим» в высшей лиге зимнего чемпионата Краснодара. Какой находите в этом интерес?
- Во-первых, поддерживаю форму. А во-вторых, любовь к футболу тянет меня на поле. Вот и все аргументы.
- Какие цели преследует вага нынешняя команда в турнире?
фото: Максим Герасин
- Официально о задачах от руководства я не слышал. Но по настрою игроков чувствую: есть большое желание одержать победу в чемпионате.
- Вам в ноябре прошлого года стукнуло 40. Как оцениваете свои кондиции?
- Сейчас готов на 70-80 процентов от того, на что способен в свои годы. А если сравнить с былыми кондициями, то от них осталась примерно половина (улыбается).
- Как поддерживаете форму?
- Прежде всего, режим и правильное питание. А еще физическая нагрузка: в течение трех последних лет я обязательно где-то играю. И мне неважно, во что играть - в мини-футбол, футбол в формате «8 на 8» или на все поле.
- Ваша нынешняя работа связана с футболом?
- Нет, совершенно. И сейчас я жалею, что в свое время не пошел учиться на тренера. Мне раньше казалось, что это неблагодарная профессия: когда играл, тренером быть не хотел. А сейчас мое мировоззрение изменилось, и я не прочь тренировать. В принципе, возраст мне позволяет начать, и, может быть, я еще поступлю на курсы в ВШТ. Пока думаю над этим.
- Чем тогда занимаетесь?
- Занимаюсь в основном домашним хозяйством. Хотя в Краснодаре у меня есть жилье, но мне больше нравится пребывание на свежем воздухе. Поэтому живу в станице Холмской, откуда родом моя супруга и где мы купили дом.
- То есть в вашем случае домашнее хозяйство - средство заработка?
- Скажем так, я до сих пор живу за счет тех ресурсов, которые приобрел за годы футбольной карьеры. А домашнее хозяйство - это скорее для души.
- Наверное, любите сельскую жизнь потому, что родились в станице?
- Наверное, да. Когда был молодой, в Брюховецкую меня не особо тянуло, но с возрастом нашел в сельской жизни свои плюсы. Футбольная жизнь не позволяла подолгу уезжать на природу: по возвращении домой сил хватало, только чтобы восстановить силы. Перелеты, переезды, сборы отнимали много времени, а теперь его у меня предостаточно.
- Какое у вас сейчас хобби?
- Езда на велосипеде. Больше люблю ездить не по станице, а по пересеченной местности. За день порой до 40 километров проезжаю! Мне это действительно нравится.
- Откуда такая страсть к активному отдыху?
- Организм мне подсказывает, что в день ему нужно потратить определенное количество энергии. Поэтому лежать сутками дома на диване или сидеть по 8 часов в офисе я не смог бы. Мне нужно постоянное движение.
- В родной Брюховецкой часто бываете?
- К сожалению, после смерти отца не очень часто. Но родня там осталась, и раз в 3 месяца туда езжу.
- А как вы из станицы попали на Украину?
- Когда родители развелись, мне было 3 года. И мама по стечению обстоятельств повезла нас со старшим братом в Харьков, где жили родственники. Там я прожил до 20 лет и там же начал профессиональную футбольную карьеру. Сначала выступал за «Металлург-2» из Донецка во второй лиге, а потом за винницкую «Ниву» и «Подолье» из Хмельницкого в первой лиге. А летом 1999-го меня пригласили в «Кубань».
- Украинская футбольная школа отложила отпечаток?
- Конечно. Мои природные данные хорошо подходят для силового футбола, а на Украине в него играли и играют почти все. Но сейчас задумываюсь над своими ошибками и пришел к выводу, что многое раньше в футбольном плане делал неправильно. Понимаю это, когда смотрю футбол высокого уровня. Матчи с моим участием? Не люблю их пересматривать: нужно учиться на лучших примерах. На них учусь сам до сих пор и учу сына.
- То есть свое футбольное образование считаете недостаточным?
- Могу сказать с уверенностью: сейчас детям дают более качественное образование, чем в моем детстве. Это касается и России, и Украины, где жил последние 3 года, помогая маме в Харькове по хозяйству. Там я наблюдал за работой детских тренеров и пришел к такому выводу. Комплекс упражнений, мячи, экипировка - для занятий футболом у детей сейчас все есть.
- Ваш сын уже твердо решил заниматься футболом?
- Ему пока 8, и он еще находится в поиске. Я стараюсь не влиять на его выбор - считаю, у нас в России много требуют от детей. Ребенку, на мой взгляд, нужно дать определенную свободу выбора. Не понимаю, когда родители много подсказывают детям даже во время игры в футбол - ребенок должен учиться думать своей головой. И лично мне не хочется, чтобы мой сын был как робот и делал на поле только то, что я скажу.
- А вы футбол в детстве выбрали сами?
- Да, сам. Когда я становился на ноги, то четко осознавал, что именно футбол сделает из меня человека. В ДЮСШ был на первых ролях в детских и юношеских командах, а когда подошло время перехода во взрослый футбол, во всем постсоветском пространстве тогда наступили тяжелые времена - середина 90-х. Но я все равно сказал самому себе, что буду заниматься спортом. Впоследствии пробовал заниматься бизнесом, но понял, что меня все равно тянет в футбол, к молодым. С ними я чувствую себя комфортно.
- Вы поиграли в первых лигах России и Украины. Где уровень выше?
- Скажу, что в России тогда и сейчас уровень футбола и жизни в целом процентов на 20-30 выше, чем на Украине. Но сказать, что по ту сторону границы глубокая нищета, тоже нельзя.
- Как сейчас на Украине, на сугубо ваш личный взгляд, относятся к России?
- Мнения у людей порой диаметрально разные. Лично я знаю много людей, относящихся к России совершенно нормально. Но есть и те, кто думает по-другому. Сейчас, мне кажется, общество на Украине проходит проверку на прочность самим временем.
С БИАНГОМ ХОРОШО ПОНИМАЛИ ДРУГ ДРУГА
- Что вас подвигло вернуться в конце 90-х на Кубань?
- Я понимал, что чемпионат России более интересный и зрелищный. К тому же, отец мой по-прежнему жил в Брюховецкой, пригласил вернуться. Я решил пробовать заиграть уже здесь, на Кубани.
- Вы сами поехали на просмотр в «Кубань»?
- Меня на просмотр пригласил тогдашний вице-президент клуба Федор Щербаченко. Но Софербий Ешугов, возглавлявший в 1999-м «Кубань», встретил меня довольно прохладно. Такие отношения между нами были и во второй его приход в клуб - в 2004-м. Он отчислил меня тогда из команды в разгар сезона в премьер-лиге.
- Разве вы со своими габаритами не подходили под его стиль игры? Он-то как раз любит атлетичных игроков…
- Я об этом думал. Наверное, были другие факторы, по которым я ему не приглянулся. А может, я просто, по его мнению, неправильно играл и тренировался. Но, в любом случае, на Софербия Бачмизовича ни капли зла не держу.
- Как вы при таком отношении тренера в 1999-м остались в команде?
- Я тренировался и забивал в двусторонках. Но все равно чувствовалось, что Ешугова не устраивает моя игра. Сначала мне сказали, что я не подхожу команде, но потом решили оставить. В итоге мне все-таки дали шанс, подписали контракт. Однако по окончании сезона, когда мы не решили задачу выхода в первую лигу, Ешугов сказал мне: «Всё, Максим. До свидания».
- И что случилось потом?
- Я не пал духом и начал готовиться к новому сезону самостоятельно. Но, видимо, Федору Щербаченко я приглянулся, и мне дали шанс поехать с «Кубанью» на сборы. В конечном счете, забил в том сезоне 11 мячей и мы вышли в первую лигу. Но сказать, что тогда был доволен собой, не могу. В принципе, не доволен ни одним своим сезоном в «Кубани». И, видимо, таков был мой уровень, раз в премьер-лиге я сыграл лишь один круг. Претензии у меня только к себе.
- Но ведь если бы у вас не было прогресса, то больше 5-ти лет в «Кубани» вы бы вряд ли провели.
- Да, я действительно прогрессировал. И во многом благодаря тому, что работал с более мастеровитыми партнерами и хорошими тренерами. Например, я много чего почерпнул у Олега Терехина. Я заметил, что верховые мячи после диагональных передач он принимал на носок, что было для меня настоящим откровением. Он делал это одновременно и красиво, и эффективно.
- В чем заключался бомбардирский талант Терехина?
- Он отлично играл на опережение. Олег пришел в «Кубань», будучи опытным игроком, но я наблюдал за ним, когда он еще играл в московском «Динамо». Терехин не был моим кумиром, но я старался почерпнуть у него что-то полезное для себя. Точно так же наблюдал за Стасом Лысенко, Лешей Герасименко, Вовой Бесчастных и другими ребятами. В «Кубани» тогда играло много классных футболистов, среди которых мне было приятно находиться.
- Бесчастных, как считаете, приехал в «Кубань» играть или доигрывать?
- В целом, Вова приехал уже на закате карьеры. Но ему удавалось играть на опыте, и он в любом случае демонстрировал в матчах свое мастерство. С кем мне комфортнее всего было играть? Если честно, то с братьями Андреем и Костей Коваленко. Они оба впечатлили меня видением поля и искусством паса, особенно Андрей, с которым мы дольше играли вместе. Еще комфортно было с Лешей Герасименко, а также с Андреем Топчу, который при мне начинал.
- В какой период в «Кубани» получали наибольшее удовольствие от футбола?
- В тот период, когда тренерами были Олег Долматов и Владимир Лагойда. Я чувствовал, что они оба мне доверяют. При Лагойде я играл чаще всего за все годы, проведенные в «Кубани». А Долматов мог дать 5 минут, но за это время я должен был сделать на поле все возможное и невозможное.
- Долматов - топовый российский тренер?
- Думаю, да. Даже сейчас, вспоминая тактику Олега Васильевича, прихожу к мнению, что он первым из моих тренеров приучил меня четко исполнять свои обязанности. От меня на поле требовались постоянный прессинг и соблюдение расстояние между линиями. Однако не всегда мне удавалось выполнять его требования, потому как соперник старался всеми силами сломать нашу систему.
- Вас Олег Васильевич переделал как нападающего?
- В целом он меня не переделывал. Я сам старался уцепиться за свой шанс, выполняя его требования. И от этого, считаю, мой уровень как раз повышался. Может быть, Долматов порой перебарщивал с тактикой, что кому-то в команде не нравилось. Но у меня никакого недовольства не было. Какое у меня могло быть недовольство, если столь авторитетный человек дает мне шанс себя проявить? Поэтому к Долматову отношусь с огромным уважением.
фото: Валерий Крачунов
- Насколько жесткой при нем была дисциплина в команде?
- Он старался не перегибать с ней палку, но угодным всем ты все равно не будешь. Кто-то, в любом случае, высказывал недовольство, но такое бывает в любом коллективе. Лично я понимал, что в «Кубань» пришел фактически никем и футболиста из меня сделали как раз тренеры, с кем работал. Даже у того же Ешугова, при котором преследовали конкретные турнирные задачи, я учился футболу. И то, что меня потом звали к себе элистинский «Уралан», «Томь» и столичное «Торпедо», не только моя заслуга.
- Почему вы не ушли в «Торпедо»?
- Предложение поступило летом 2003-го, когда команду тренировал Лагойда. Позвонил селекционер «Торпедо»: «Максим, как ты относишься к тому, чтобы перейти к нам?» Я для себя решил тогда, что хочу выйти в высшую лигу вместе с «Кубанью». Но отказываться от такого предложения напрямую было бы глупо. Поэтому сказал: «Звоните руководству». Гендиректором клуба тогда был Владимир Подобедов, и мы обсудили с ним предложение «Торпедо». По возрасту я к тому моменту уже созрел для премьер-лиги, однако понимал, что по игровым качествам еще не готов. Поэтому остался.
- Чем вас впечатлила премьер-лига, когда вы до нее добрались с «Кубанью»?
- Скоростью мышления. Не бега, а именно мышления. Только в премьер-лиге понял, что она у меня вкупе с технической оснащенностью не дотягивала до высшего уровня. После «Кубани» я играл в подмосковных «Химках», астраханском «Волгаре», белгородском «Салюте», но опять в первой лиге. Значит, это был мой предел.
- Разница в уровне между высшей и первой лигами в России громадна?
- И в «вышке» были матчи, которые по уровню не превосходили планку первой лиги. Но тогда в Россию уже приезжало много иностранцев, и с их приходом скорости возросли. Хотя я наверняка бы остался в команде, если бы забивал. А так, моя безголевая серия наслаивалась на плохую игру команды. Тренировавшему «Кубань» в начале сезона Николаю Южанину приходилось часто тасовать состав. Но претензий к Южанину у меня нет: мы виноваты в отсутствии результаты были сами.
- С кем из нападающих в «Кубани» вам было комфортнее играть в паре?
- С Дидье Биангом. В премьер-лиге Леша Герасименко действовал под нами, а мы с Дидье за полтора сезона совместной игры сдружились и хорошо понимали друг друга.
ТРЕБОВАНИЯ ЕШУГОВА НЕ СОВСЕМ ПОНИМАЛ
- В «Кубани» на вашем счету без малого полсотни голов. Как чаще всего забивали?
- Больше всего у меня было «трудовых голов». Но были и красивые: лично мне запомнились голы в сезоне-2003 в ворота ижевского «Газовика» и махачкалинского «Анжи». Причем оба раза моим ассистентом был Паша Шкапенко, и оба мяча стали для нас победными.
- Вас можно было назвать игроком штрафной?
- Нет. На меня шло много фланговых передач, и я был таранным форвардом, который, как правило, «продавливал» соперников. В мои обязанности входило зацепиться за мяч и либо пробить самому, либо отпасовать партнеру. Но пройти с мячом в штрафную на дриблинге я, в принципе, тоже мог.
- Раз вы принимали фланговые подачи, значит, хорошо играли головой?
- Я бы так не сказал. У меня лучше получалось сбрасывать головой мяч под удар кому-то из наших, чем бить самому. Что было моей «фишкой»? Силовые проходы, борьба за мяч и его сбросы на партнеров. А когда тренером стал Владимир Лагойда, я больше стал играть в штрафной, таким образом расширив диапазон действий.
- В «Кубани» ощущали сильное психологическое давление?
- Думаю, в «Кубани» так было, есть и будет. Напряжение в профессиональном спорте, и в футболе в том числе, всегда высокое. Но когда у команды случаются неудачные серии, а перед ней стоят конкретные цели, оно просто зашкаливает. На домашние игры «Кубани» в первой и высшей лиге ходило много народу, и мы ощущали громадную ответственность.
- А имело ли место давление со стороны руководства?
- Больше нервировала его частая смена. Новые руководители сразу требовали результата, поэтому большая текучка наблюдалась и в тренерском штабе. Собственно, я тоже ушел из «Кубани» в тот момент, когда в команде произошли очередные изменения. Хотя, уверен, забей я в первом круге гола три-четыре - и меня бы оставили.
- В вашей карьере особняком стоит кубковая победа по сумме двух матчей над московским «Спартаком». За счет чего прошли тогда действующих обладателей трофея?
- С одной стороны, «Спартак», как мне кажется, на нас явно недонастроился. А мы к тому моменту вышли в премьер-лигу и ехали в Москву психологически раскрепощенными. В конечном счете, мы выиграли со счетом 2:1 в гостях, а дома добились ничьей.
- Не выросли после этого у игроков крылья за спиной?
- Такого не припомню. Но после того успеха тяжело было осознавать, что в премьер-лиге мы чуть ниже по уровню других команд. Да, в «Кубани» были хорошие футболисты. Однако целостной игры, уверенного контроля мяча, каких-то комбинаций команда не показывала. И я не склонен все валить на тренеров: на поле выходили мы, а не они.
- Николай Южанин покинул свой пост после домашней игры с владикавказской «Аланией», которую сразу окрестили «странной». Что там было?
- До меня тоже доходили разные слухи, но правды я не знаю до сих пор. В кулуарах вроде поговаривали, что кто-то играл нечестно, но никаких достоверных фактов нет.
- Вам довелось сыграть в Москве против будущего чемпиона - «Локомотива»…
- Это был первый матч Ешугова после назначения, и мы проиграли 0:3. И, опять-таки, нам в игровом плане чего-то не хватило, чтобы достойно противостоять тому «Локо». Внутри коллектива чувствовалась неуверенность, и преодолеть ее мы не смогли.
- Кто вам запомнился из тех, против кого играли?
- Бразилец Карвальо из ЦСКА и Андрей Каряка из самарских «Крыльев Советов». На тот момент они были в премьер-лиге, пожалуй, главными звездами.
- В «Кубань» перед началом сезона из ЦСКА перешли Андрей Соломатин, Евгений Варламов и Олег Корнаухов. Они держались в команде обособленно?
- Со стороны это действительно выглядело так, но искать здесь причину нашей плохой игры не стоит. В любой команде есть приезжие ребята, которые держатся чуть обособленно, но не спускать же на них за это всех собак…
- С кем вы еще дружили в команде, помимо Бианга?
- С камерунцем Патрисом Тонгой, Лешей Селиным. Но в команде между собой дружили далеко не все. Порой приходилось выходить на поле и добиваться результата, преодолевая все личные разногласия.
- В 2001-м команда с Олегом Терехиным и Ансаром Аюповым в составе не вышла в высшую лигу из-за личных разногласий игроков?
- Нет, просто это футбол. Мы стали третьими, а нас обошли «Шинник» и «Уралан»: они были лучше. Тем не менее, именно в том сезоне в «Кубани» зарождалась команда. Олег Васильевич Долматов создавал ее упорным трудом, но из-за его ухода в разгар следующего сезона работа осталась незавершенной.
- Что было причиной его ухода, на ваш взгляд?
- Недопонимание с ведущими футболистами. Расхождения во взглядах были порой очень большими, и он решил уйти сам. Команду в известность об этом Олег Васильевич не поставил. Лично я расстроился, когда Долматов покинул свой пост.
- А в чем заключалась суть его недопонимания с игроками?
- Была часть футболистов, которая его требования элементарно не выполняла. А так как Долматов человек с именем, для него было важно, чтобы его требования выполнялись без лишних разговоров.
- У Ешугова со Стасом Лысенко в 2004-м возникла аналогичная ситуация?
- В целом, да. Я часто задумываюсь о наших отношениях с Софербием Бачмизовичем и до сих пор не могу понять его концепцию футбола. Не в обиду ему это будет сказано, но я ее действительно не понимал. Во-первых, после его сумасшедших нагрузок ногами ты очень плохо чувствуешь мяч. Во-вторых, он требовал от нас постоянно идти в борьбу, в кого-то врезаться, кого-то прессинговать, куда-то подавать и тому подобное. И осмысленности в наших действиях было не так много.
- В 1999-м «Кубань» проиграла «стыки» тольяттинской «Ладе». К концу того сезона после нагрузок Ешугова сил не осталось?
- Нет, силы у нас были, дело не в том. Просто, если честно, в тех играх «Лада» смотрелась предпочтительнее нас. У них была более сыгранная команда. И то, что в первой лиге они сходу стали девятыми, тому наглядное подтверждение.
- После того как вы ушли из «Кубани», вас хоть раз звали обратно?
- Однажды звали. Первую часть сезона-2005 я провел в Казахстане в клубе «Женис», а как вернулся летом в Краснодар, мне позвонил начальник команды Владимир Гапоненко. В то время «Кубань» тренировал чех Хованец, и мне предложили потренироваться, чтобы он на меня посмотрел. Как помню, на дворе была жуткая жара, а я бегал какие-то нереальные тесты… Видимо, в конечном счете, Хованеца я не впечатлил.
- Вы завершили карьеру в 32. Трудно стало искать мотивацию?
- К тому моменту у меня начала сильно болеть спина - наверное, от нагрузок. Лишь года два назад смог восстановиться, хотя периодически спина меня все еще тревожит. А до этого боли были такой силы, что я даже хромал при ходьбе… В общем, продолжать играть стало попросту невозможно.
ТАШУЕВА СЛУШАЛ С ОТКРЫТЫМ РТОМ
- В Белгороде вы работали с Сергеем Ташуевым, а в Химках - с Павлом Яковенко. Какие у вас о них воспоминания?
- Только положительные. В «Салют» я поехал в 31 год, но все равно слушал Ташуева с открытым ртом. Даже для меня, опытного игрока, некоторые услышанные от него вещи стали откровением. А в «Химках» я оказался сразу после ухода из «Кубани», и мы тогда под руководством Яковенко вышли в премьер-лигу. Нагрузки были, конечно, ужасные, зато был и результат.
- Вам доводилось после ухода из «Кубани» играть против нее?
- Да, в первой лиге. В 2006-м астраханский «Волгарь» проиграл оба матча, но в Краснодаре я заработал пенальти. А через два года «Салют» и вовсе взял здесь очки - сыграли 2:2. Но даже против «Кубани» мне было приятно играть, поскольку эта команда мне небезразлична.
- Зрительскую любовь здесь ощущали?
- Я чувствовал, что болельщики ко мне хорошо относятся. Наверное, в том числе потому, что я родился на Кубани. И даже сейчас бывает, что узнают на улицах! Конечно же, мне это очень приятно.
- Достать билеты на игру в свое время просили?
- Просили, особенно когда мы вышли в премьер-игру. И если у меня была возможность, старался людям помогать.
- Какие вещи остались в память о «Кубани»?
- Часы, которые вручил тогдашний губернатор региона Александр Ткачев за выход в премьер-лигу. Это случилось сразу после домашней игры с «Тереком», которая получилась очень нервной, но особенной. Я эти часы не ношу: все-таки вещь дорогая. А больше из памятного ничего и не осталось. Мои футболки? Я их раздарил болельщикам, еще когда играл.
- Современные футболисты после хет-триков и покеров часто забирают мяч себе. Не делали так?
- Не делал. Да и больше двух голов за матч я за карьеру, собственно, не забивал. Но меня это не расстраивает - главное, что я приносил пользу.- Каких вы придерживались футбольных суеверий?
- Никаких. Ни в футболе, ни в жизни. И раньше в них не верил, а сейчас - тем более. Любое суеверие, которое вижу на поле, вызывает у меня улыбку.
- А в везение верите?
- Верю. Но, опять же, с моей точки зрения, фарт - это не Божья помощь. А просто человек, допустим, удачно ударил с дальней позиции, и мяч залетел. Не более того. У нападающих же имеет место не фарт, а голевое предчувствие на базе футбольного опыта. В этом плане примером для меня были Андрей Шевченко и Златан Ибрагимович.
- Сейчас следите за «Кубанью»?
- Не пристально, но слежу. Мне кажется, в управлении клубом что-то делается не так. Нет стабильности в развитии, часто меняются тренеры и возникают финансовые проблемы. И эти проблемы преследуют «Кубань» еще с тех пор, как я за нее играл. В клубе постоянные перегибы с деньгами: то их много, то их нет вообще. Мне кажется, руководителям нужно лучше рассчитывать финансовые возможности.
- Российскую премьер-лигу смотрите?
- Смотрю. Мне всегда импонировал ЦСКА при Леониде Слуцком: игроков не покупали пачками, а точечно встраивали в состав. А еще в игровом плане нравится «Краснодар». Работа Олега Кононова радовала глаз, а работу Игоря Шалимова стоит оценивать уже весной.
- На новом красавце-стадионе «Краснодара» уже бывали?
- Пока нет, но очень хочу побывать. Весной схожу обязательно, тем более стоящих игр во второй части сезона будет предостаточно.
- На ваш взгляд, уровень чемпионата России в последнее время растет или падает?
- Считаю, что растет, но не так быстро, как многим хотелось бы. Рост уровня чемпионата можно проследить на примере «Краснодара»: команда регулярно участвует в еврокубках и борется за медали. А так как по стране сейчас активно строятся новые стадионы, то через год-два смотреть наш чемпионат наверняка будет еще приятнее и интереснее.
Максим Герасин

.: Другие материалы рубрики





Поделиться ссылкой на статью в социальных сетях: