.: Футбол. Тет-а-тет
Александр Балахнин: «Душой я ростовчанин, а сердцем - краснодарец»
З
а шесть отличных сезонов в «Кубани» уроженец Белой Калитвы, что в Ростовской области, Александр Балахнин стал в Краснодарском крае своим человеком. Перебравшись в Краснодар в 1980-м из грозненского «Терека» по рекомендации Игоря Калешина, этот прыгучий и трудолюбивый голкипер с ходу занял место в «рамке» желто-зеленых, выступавших тогда в высшей лиге Союза. Правда, в 1984-м конфликт с усилившим тиранию в команде главным тренером Александром Кочетковым вынудил Балахнина уйти, однако через 3 года Александр Николаевич совершил впечатляющий камбэк: «Кубань» при его непосредственном участии в 1987-м не только стала чемпионом России, но и пропустила меньше всех в своей зоне.
 
Вот уже 13 лет Балахнин работает с киперами в дубле «Ростова», но о трех сезонах в «вышке», капитанском таланте Семина, великолепном сэйве после удара Юрия Гаврилова и таланте Александра Беленова он поведал корреспонденту «Независимой спортивной газеты» с превеликим удовольствием.
СЕМИН СКАЗАЛ: «ЧЕГО БОИШЬСЯ? КРИЧИ!»
- Александр Николаевич, насколько я знаю, «молодежка» ростовчан вышла из отпуска 20 июня. Уже «вкатились» в рабочий ритм после коротких каникул?
- Признаюсь, отпуск не почувствовал - все время думал о своих ребятах. Один из моих воспитанников, Влад Суслов, поехал вместе с первой командой на сбор в Турцию, а второго, Женю Гошева, Курбан Бердыев взял с основой на второй подготовительный сбор в Сербию. Не сомневаюсь, что Витальич (Кафанов, тренер вратарей в «Ростове», - прим.М.Г.) вложил душу при работе с ними, но мне как тренеру все равно боязно: а вдруг парни психологически сломаются, а вдруг еще что… Вот и переживаешь за них 24 часа в сутки без всяких каникул.
- С другой стороны, как еще расти парням, если не перенимать опыт у того же Сослана Джанаева, много поигравшего в премьер-лиге?
- На самом деле, я тоже считаю, что молодежные команды не должны быть оторваны от главных. Например, когда я только пришел в «Кубань» зимой 1980-го, то на сборах в Сочи месяц числился в дубле, но даже не почувствовал этого - мы тренировались с основой. Если нужно было, тренер команды Владимир Михайлов заигрывал за первую команду в спаррингах кого-то из дублеров, и меня в том числе. Мы чередовали матчи с Сашей Артеменко, который нравился мне еще по выступлениям за майкопскую «Дружбу», а в 1979-м был единственным вратарем «Кубани» и безупречно справился с колоссальной нагрузкой. Честно сказать, я многому у него научился и во многом благодаря его примеру стал быстро прогрессировать.
- У вас в карьере было много таких примеров для подражания?
- После сезона-1976 моим кумиром стал Владимир Астаповский, вратарь ЦСКА, в том году блестяще отыгравший на бронзовой для сборной СССР Олимпиаде в Монреале и заслуженно получивший приз лучшему голкиперу страны. А уже в 1977-м я оказался в первой лиге в грозненском «Тереке» вместе с экс-спартаковцем Юрой Дарвином, который учил меня, 22-летнего паренька без опыта игры на серьезном уровне, многим вратарским нюансам. В «Кубани» же в 1982-м работал бок о бок с наследником Яшина в московском «Динамо» Владимиром Пильгуем. Он был для меня сродни «дядьке-наставнику», а его хладнокровию в воротах могла позавидовать добрая половина коллег.
- На примере Пильгуя чувствовали, в каких компонентах вам нужно прибавлять?
- Игра на выходах и прием мяча - в полной мере я осознал свои недостатки именно в «Кубани» в высшей лиге. Никогда не считал себя выдающимся голкипером, но при всем при том обладал необходимыми для голкипера качествами: прыгучестью, трудолюбием, а самое главное - взрывной и скоростной силой, без которых вратарем не стать. Конечно, я много работал над устранением своих недостатков на тренировках, но в игре они не были так заметны благодаря подстраховке наших защитников. Юра Чеботарев, Игорь Гришин, Володя Комаров, Валера Еркович, Вася Шитиков, Юра Сеничкин - с такими мастерами чувствуешь себя гораздо увереннее в «рамке». Например, при подаче углового наш левый «краек» Еркович мне всегда говорил: «Стой в воротах, я буду на ближней штанге». И если мяч летел именно туда, я мог не волноваться - Валера играл головой безошибочно.
- В чем еще проявлялось благотворное влияние партнеров на вас?
- В 1980-м мне было уже 25, но громко подавать голос при игре на выходах я по-прежнему стеснялся. До тех пор, пока на одной из тренировок наш капитан Юра Семин меня не «вылечил»: «Саша, кого ты боишься? Кричи во всю силу голоса!» И я стал кричать - авторитет Юры в команде не подвергался сомнению. А от того же Артеменко «унаследовал» манеру играть эффектно: на высшем уровне от вратаря требовалось не только качественно выполнять свою работу, но и делать это красиво по примеру Яшина, Рудакова, Чанова, Банникова и других наших прославленных киперов.
- Можете вспомнить ваш самый эффектный сэйв?
- В игре с московским «Спартаком» в сентябре 1980-го. Тогда на стадионе «Кубань» еще не были установлены осветительные мачты, поэтому встречу назначили на 3 часа дня - на дворе было за 30 градусов жары! Дышать и так нечем, а тут еще выходишь на поле, видишь переполненные трибуны, узнаешь в красно-белых футболках Вагиза Хидиятуллина, Сергея Шавло, Юрия Гаврилова, Федора Черенкова, Сергея Родионова - и дух захватывает окончательно. Но мандраж длился только первые 10 минут матча: затем я полностью погрузился в игру. И вот на исходе тайма Юра Гаврилов решил пробить метров с 20-ти в правую от меня «девятку». Он умел проворачивать такие «штучки». Удар получился по-гавриловски мягким и точным, и мне пришлось вытянуться в струнку, чтобы отвести угрозу - когда два года назад виделись с Юрой, вспомнили тот момент. Более того, мы тогда сыграли 0:0, и к репортажу в одной из газет прикрепили именно фото с моим сэйвом! Потом журналисты прислали мне эту фотографию, и сейчас она висит дома в гостиной - на самом видном месте, разумеется.
ДИНАМОВСКИЕ ТЕСТЫ И «ADIDAS»
- Три сезона в высшей лиге наверняка полны памятных моментов?
- Не забуду, как в июне 1981-го дома принимали тбилисских динамовцев - за месяц до того они обыграли немецкий «Карл Цейсс» в финале Кубка обладателей кубков. От имен мурашки шли по коже: Отар Габелия, Нодар Хизанишвили, Александр Чивадзе, Шота Хинчагашвили, Виталий Дараселия, Давид Кипиани, Владимир Гуцаев, Рамаз Шенгелия… И представляете, мы сыграли с ними вничью! В начале встречи Рамаз Шенгелия забил крученым ударом с линии штрафной, а минут за 15 до конца матча Саша Чугунов после сольного прохода пробил в дальний от Габелии угол. Признаюсь, такие встречи являлись своеобразным тестом «Какой из тебя футболист». Точно такой же тест мы проходили три года подряд в поединках с киевским «Динамо».
- 24 сентября 1980 года, когда «Кубань» добыла историческую ничью в поединке с киевлянами в родных стенах - дата особая?
- За все три года это была единственная игра, в которой мы не уступили динамовцам. Что уж говорить - тогда это была, по существу, сборная Союза, а каждый их игрок был звездой мирового уровня. Обычно киевляне решали исход матча в первые 20 минут, когда я даже не знал, куда вбрасывать мяч: они включали высокий прессинг, и каждый из наших футболистов оказывался закрытым. Потом минут на 10 они ослабляли хватку, как бы делая паузу, но к концу тайма вновь добавляли, так что зачастую вторая половина встречи превращалась в формальность. Но в той игре мы сумели выстоять.
- «Кубань» избрала правильную тактику?
- Каждый из ребят персонально очень здорово действовал против своего подопечного. Например, Юра Чеботарев и Игорь Гришин сумели сдержать Олега Блохина - в следующем сезоне в Краснодаре он оформил дубль, а на этот раз был не слишком заметен. Правда, по истечение часа игры киевляне все же забили - это Виктор Колотов «зарядил» издали. Но у нас обнаружился свой «козырь»: Юра Семин, которого в команде прозвали «кубанским Кройфом», минут за 10 до конца встречи ворвался в штрафную и был сбит, если не ошибаюсь, Владимиром Бессоновым - пенальти. Ну, а дальше уже дело было за нашим штатным пенальтистом Володей Лагойдой - он тогда с «точки» развел вратаря Михаила Михайлова и мяч по разным углам.
- Подбор футболистов в «Кубани» не уступал уровню завсегдатаев «вышки», например, алмаатинского «Кайрата» или бакинского «Нефтчи»?
- Лично мне жаль, что так и не поиграл в высшей лиге Виталий Фурса - я видел его в игре на предсезонных сборах-80 - его мастерство определенно пригодилось бы команде. С другой стороны, у нас в составе было много ребят, завоевывавших для «Кубани» путевку в элитный дивизион в 1979-м. А символами «Кубани» были два ее лидера - Саша Плошник и Игорь Калешин. Плошника, например, часто сравнивают с Виталием Старухиным из донецкого «Шахтера» по мастерству игры головой, но я бы не стал проводить таких параллелей: Саша, считаю, один в своем роде, как и Блохин. А вот Калешин по манере игры напоминал мне чемпиона Европы-1984 в составе сборной Франции Алена Жиресса. Оба были сколь по футбольному умны, столь и фантастически оснащены в плане техники, поэтому обидно, что в свое время Игорь не принял предложение Константина Ивановича Бескова перейти в столичный «Спартак». Но вот что значит - клубный патриотизм!
- Правда, что именно Калешин поспособствовал вашему переходу в «Кубань»?
- По окончании сезона-1979, когда «Терек» вылетел во вторую лигу, я вместе с другом полетел в Чехословакию по приглашению его тети - согласно тогдашним законам о выезде за пределы страны, она оформила на нас официальный вызов. И вот там, за тысячи километров от дома, меня настиг телефонный звонок: уж не знаю, как, но на меня вышли представители «Кубани». На тот момент еще тренировавший команду Виктор Корольков подыскивал сменщика Саше Артеменко, и Игорь Калешин, с которым мы в Грозном отыграли вместе сезон-1978, предложил мою кандидатуру.
- И представить не могли ранее, что будете выступать в высшем дивизионе одной из сильнейших на то время лиг мира?
- Еще когда я только начинал играть за таганрогское «Торпедо» в 1975-м во второй лиге, уже тогда мечтал о «вышке». И через 3 года такой шанс представился - меня позвали на просмотр столичные торпедовцы. Получив извещение о вызове, поначалу я сильно робел и даже не хотел ехать, но все тот же Игорь Калешин «благословил», так сказать, меня на поездку, и боязнь как рукой сняло (улыбается). В «Торпедо» меня поражало всё - от великолепной клубной базы Мячиково до формы «Adidas», которую помимо автозаводцев имели только киевские динамовцы и спартаковцы Москвы. А партнеры? Владимир Сахаров, Евгений Храбростин, Юрий Миронов, Николай Худиев, Владимир Юрин… - все они брали союзное золото осенью 1976-го, когда победитель чемпионата определялся после каждого круга. И я, представьте, оказался в этой компании!
- Имела ли место личная беседа с легендарным наставником торпедовцев Валентином Козьмичом Ивановым?
- Плодотворно пообщались с ним уже по окончании сборов, когда я отстоял «на ноль» в спарринге против донецкого «Шахтера». Козьмич показался мне человеком строгим, но справедливым - собственно, во многом благодаря этим качествам он и создал то легендарное «Торпедо». Иванов предлагал мне остаться в команде, но я чувствовал: мне будет отведена роль второго кипера. И отказался - был уверен, что в 23 нужно играть, а не сидеть на скамейке. И что вы думаете? Толик Зарапин, который в том сезоне был основным вратарем автозаводцев, в первых 5-ти турах не пропустил ни одного мяча! Собственно, после этого я окончательно убедился, что поступил правильно.
ТЕХНИКА МИХАЛЫЧА И ГРОЗНЫЙ КОЧЕТКОВ
- Между тем, в «Кубани» вам предстояло выдержать конкуренцию с Александром Артеменко…
- С Зарапиным у нас была разница в возрасте в 7 лет, плюс к тому, он защищал ворота торпедовцев той самой чемпионской осенью-1976. А Саша был старше всего на 4 года и тоже не имел опыта выступлений на высшем уровне. У нас была с ним абсолютно здоровая конкуренция: на тренировках мы соперники за место в основе, а в свободное время дружили семьями и могли даже выбраться вместе на море. И, считаю, свою работу выполняли неплохо: например, в 1980-м «Кубань» пропустила всего на один мяч меньше бронзового призера чемпионата - ленинградского «Зенита».
- А в 1982-м в графе «пропущенные мячи» «Кубань» оказалась лучше киевского «Динамо» - 48 против 52-х. Насколько велика в этом заслуга Владимира Пильгуя?
- Владимир Михалыч руководил обороной, будто волшебной палочкой - ему даже не нужно было сильно повышать голос. Такой вратарской техники, как у Пильгуя, я не видел больше ни у одного голкипера, потому его и считали в московском «Динамо» прямым наследником вратарской «вакансии» Яшина. В «Кубань» он пришел уже зрелым мастером, после 11-летнего динамовского периода карьеры, полного всевозможных титулов, и я смотрел на него как на небожителя. У Михалыча была великолепна поставлена ловля и прием мяча, и, что самое главное, он с удовольствием делился своими знаниями со мной - мы оставались после тренировок и отрабатывали те или иные моменты. За два года работы с Пильгуем я вырос в мастерстве, пожалуй, больше, чем за все предыдущие годы.
- Смогли свыкнуться с ролью второго вратаря?
- В 1983-м принявший «Кубань» после вылета из высшей лиги Александр Петрович Кочетков проводил между нами активно ротацию, поэтому я провел игр не многим меньше Михалыча. А вот сезон-82 мне скомкала травма, полученная на летнем сборе в болгарском Бургасе. Причину травмы даже смешно называть: пошли с ребятами на море после тренировки, они дурачились и решили кинуть меня со всего размаха в воду. Ну, что же, кинули, а до дна было рукой достать… Итог - ушиб позвоночника и месяц постельного режима. В итоге к первому после летней паузы матчу с донецким «Шахтером» я восстановился, но на последних минутах поединка почувствовал резкую боль в спине. А окончательно встал на ноги только к началу сентября, когда «Кубань» уже находилась в затяжном «пике».
- В чем видите причину той 8-матчевой безвыигрышной серии, отправившей желто-зеленых на дно турнирной таблицы?
- Помню, как в 5-м туре мы благодаря дублю Володи Кобзева дома в пух и прах разнесли московское «Динамо» - 4:1, после чего весь Краснодарский край стоял на ушах: «Кубань» вторая после киевлян в таблице! В результате, на летний перерыв мы ушли седьмыми, а в газетах о нас писали как о новой «грозе авторитетов». Вот это как раз нас и подкосило - мы чересчур уверовали в себя. Опустить нас с небес на землю должны были тренеры, но возглавлявший «Кубань» Владимир Белоусов, для которого это был первый опыт на таком уровне, не смог взять ситуацию под свой контроль. К тому же, осенью 1982-го был смещен со своего поста первый секретарь крайкома КПСС Сергей Федорович Медунов, которому «Кубань» во многом обязана своим взлетом. А с его отставкой ушли и победы.
- В чем проявлялось повышенное внимание Медунова к команде?
- Помню случай, как однажды он прибыл к команде на базу «Четук» с делегацией помощников - узнать, хорошо ли нам живется. Собрал нас в располагавшейся на первом этаже бильярдной: «Ну, братцы, на что жалуемся?» Никто не осмеливался рта открыть, как тут послышался голос капитана Юры Семина: «Сергей Федорович, тут такое дело…» Минут 10 говорил! Медунов внимательно слушал, а потом повернулся к помощникам: «Надеюсь, вы это записали?» Но они-то не записали! Нагоняй ребята, думаю, получили страшный, раз уже через пару дней все требования Юры были выполнены полностью (смеется).
- В материальном плане футболистам тоже не на что было жаловаться?
- В начале 1980-х раздел «на футбол» был самым затратным для краевого бюджета. Стадион «Кубань», который благодаря Сергею Федоровичу обзавелся вторым ярусом аккурат к нашему дебютному матчу в высшей лиге против московского «Локомотива», мы с ребятами по-прежнему называем «памятник Медунову» - не представляете, каких финансовых затрат он стоил. О чем говорить, если установка одной осветительной мачты стоила в переводе на нынешние деньги несколько десятков миллионов рублей! С жильем тоже проблем не возникало: сразу после переезда в Краснодар мне предоставили 3-комнатную квартиру недалеко от Красной, так что Колхозный рынок (сейчас Кооперативный, - прим.М.Г.) находился от дома в пяти минутах ходьбы. После отставки Медунова прибывавшие в «Кубань» новички могли о таких условиях только мечтать…
ОМСКАЯ ТРАГЕДИЯ И РОСТОВСКИЕ КОШМАРЫ
- В таком случае, как Кочеткову удавалось приглашать в Краснодар в первую лигу звезд уровня экс-динамовца Николая Колесова?
- Колю звали под задачу - в 1984-м «Кубань» должна была вернуться в высшую лигу. В команде тогда было предостаточно ребят, поигравших в «вышке» - Володя Подобедов, Юра Чеботарев, Володя Лагойда, Игорь Калешин, Сережа Горюнов, Саша Семенюков, Вася Шитиков, Сережа Андрейченко, Саша Плошник. Они и составили костяк команды, которая весь сезон дышала в спину воронежскому «Факелу» и кутаисскому «Торпедо». За 6 туров до финиша у нас были реальные шансы на повышение в классе, и в середине октября наш пресс-атташе Женя Селезнев поехал в Омск, где местный «Иртыш» тогда принимал как раз торпедовцев. В задачу Селезнева входило «простимулировать» хозяев, что даже в советское время практиковалось сплошь и рядом. Но поездка закончилась трагедией - при приземлении на омский аэродром у самолета отказало шасси. Насколько я знаю, из-под обломков Женя выбрался сам, но в больницу уже доставили бездыханное тело…
- Насколько трагедия повлияла на обстановку в коллективе?
- На поле мы выходили сами на свои, а соперники, как назло, были словно на подбор - все из первой восьмерки. В итоге в 6-ти последних встречах мы одержали всего одну труднейшую победу над батумским «Динамо», и о возвращении в элиту речи уже не шло. Все это стало сильнейшим ударом для Кочеткова - мало того, что Селезнев был его близким товарищем, так еще и труд, в который он вкладывал душу два сезона, пошел насмарку. Тут и началась черная полоса в жизни команды: деспотический характер Александра Петровича, в предыдущие годы проявлявшийся лишь эпизодически, давал о себе знать все чаще. Он не терпел, когда ему перечили, мог «вспыхнуть» от одного слова поперек, и мы с Сашей Плошником, никогда не стеснявшиеся говорить людям правду в лицо, попали под его горячую руку. В итоге вынуждены были уйти - перебрались в ростовский СКА, тогда выступавший в высшей лиге.
- На ваш взгляд, почему, имея в атаке ударный тандем Сергей Андреев-Александр Плошник, армейцы в том году вылетели из элиты?
- Сашу и Сергея нужно было расположить на поле так, чтобы никто из них не тянул одеяло на себя, а тренерскому штабу это не удалось. Алексей Еськов, сам в прошлом прославленный форвард, пытался наладить между ними взаимопонимание, но его отставка посреди сезона тому помешала. А сменивший Еськова Анатолий Полосин, подобно Белоусову в «Кубани», не смог удержать нити управления в своих руках, и команда «посыпалась», словно карточный домик - 10 матчей без побед на финише сезона. Мне кажется, по отдельности Андреев и Плошник могли сделать больше, чем вместе - двум лидерам было тесно в атаке. Ведь в 1986-м мы с Сергеем оказались вместе в «Ростсельмаше», и в первой лиге он забил больше 15 мячей, причем один краше другого.
- В чем заключался секрет почти не берущегося удара Андреева?
- Мяч после его «выстрела» летел, будто пущенный из пращи - ты порой даже не успевал отследить его полет. К тому же, Андреев умело подкручивал мяч в противоположную от вратаря сторону, зачастую впритирку со штангой, и многим голкиперам не хватало длины рук, чтобы достать его. Я вроде был длиннорукий, но в сезоне-1980, когда мы за пару минут до конца матча выигрывали в Ростове у СКА 1:0, Андреев «зарядил» в самую «паутину», и я оказался бессилен.
- Часто вам снилась в кошмарах игра в августе 1981-го, когда в гостях вы пропустили от ростовчан аж 6 голов?
- Четвертый мяч мне тогда забил Игорь Гамула, с которым мы уже четвертый год вместе работаем с «молодежкой» «Ростова». И когда «Кубань» приезжает в Ростов на календарную игру, у Васильича (Гамула, - прим.М.Г.) появляется повод для подколов: «Сашка, а помнишь, как мы тогда вас в 1981-м?..» Я-то помню, но хотелось бы забыть (горькая улыбка). На тот выезд мы поехали с тяжелым сердцем - перед этим обидно уступили в Баку «Нефтчи». Причем при счете 1:1 минут за 10 до конца я отразил 11-метровый от их штатного пенальтиста Игоря Помномарева, но тут же при подаче углового он «перевисел» всех в воздухе и отправил мяч в сетку. И не успели мы «переварить» это поражение, как случился разгром…
- Вините себя в пропущенных мячах, или это результат коллективных ошибок в обороне?
- Скорее, причина в силе ростовской атаки - квартета Андреев-Заваров-Гамула-Воробьев в то время опасались даже киевляне и спартаковцы. В первом тайме он творили на поле, что хотели, были быстрее в скорости паса, в передвижении по полю, так что к перерыву на табло уже горели жуткие цифры «1:4». Но пара мячей точно на моей совести, особенно третий от Заварова: Саша пробил не сильно, но я не сумел толком зафиксировать мяч в руках, и тот укатился за линию. Однако хорошего вратаря отличает умение не накручивать себя, а уметь анализировать и извлекать пользу из ошибок. И в следующем сезоне, когда СКА все с той же грозной четверкой в составе приехал на Кубань, я учел свои предыдущие огрехи, и мы дали армейцам достойный отпор - 4:0.
- В так называемом «южном дерби» между Ростовом и Краснодаром за кого болеете, если не секрет?
- На самом деле, душой я ростовчанин, а сердцем - краснодарец. Я бы с радостью остался жить в столице Кубани, где мне было очень комфортно, но семейные обстоятельства вынудили в 1989-м продать здесь квартиру. Кстати, мой младший брат Сергей, всю свою карьеру проведший в «Ростсельмаше» и в середине 2000-х дважды спасавший «Ростов» от вылета из премьер-лиги, тоже был в «Кубани» - в 1981 году. На тот момент он, 21-летний парень, уже успел поиграть за ростовских армейцев в высшей лиге, и начальник нашей команды Георгий Константинович Безбогин мне сказал: «Парень техничный, хорошо видит поле, работяга - зови к нам!» В итоге Сергей сыграл за дублеров против московского «Спартака», понравился тренерскому штабу, но тут пришло письмо из «Ростсельмаша» - они готовы были сразу сделать брата игроком основы, тогда как в «Кубани» в центре поля с Игорем Калешиным ему тягаться было рановато.
СЕКРЕТЫ ПОХУДЕНИЯ И «НАСЛЕДНИК» АКИНФЕЕВА
- Брат в свое время сам выразил желание заниматься футболом или вы на него повлияли?
- Наш отец, Николай Дмитриевич, играл защитника в середине 1950-х в «Крыльях Советов» из Белой Калитвы на первенство Ростовской области - так и полюбили футбол. Я с детства как встал в ворота, так больше и не хотел менять свое амплуа, а Серега любил возиться с мячом: обвести двух оппонентов или пробросить мяч сопернику между ног для него было сущее удовольствие. Однако в большом футболе наши пути-дорожки долгое время не сходились - я уехал в Таганрог, затем в Грозный, а Серега сразу перебрался в Ростов. Вместе мы оказались только в «Ростсельмаше», куда я вернулся после того, как стал с «Кубанью» чемпионом РСФСР.
- В 1987-м в Краснодар вас позвал возглавлявший желто-зеленых Хамза Багапов?
- На одну из последних домашних игр «Сельмаша» в сезоне-86 приехал начальник команды «Кубань» Илья Миронский: «Саша, мы собираемся в первую лигу возвращаться - поможешь?» Отказываться даже не думал: поговорил с руководством ростовчан и рванул в Краснодар. И по приезде сразу понял, что задачу мы решим. Хамзе Абдуловичу удалось вернуть в родные пенаты «сосланного» Кочетковым Плошника, компанию которому в атаке составили два опытных Валеры - Рудько и Сидоренко. В средней линии главному распасовщику Саше Багапову активно помогали Юра Соболь и Коля Колесов. Но наиболее внушительно выглядела линия обороны: бровки «закрывали» Сережа Горюнов и Саша Маховиков, а в центре обороны конкуренцию Юре Чеботареву и Васе Шитикову составил проведший блестящий сезон Володя Подобедов. В итоге мы забили в своей зоне больше всех, а пропустили меньше всех и в финальной «пульке» за выход в первую лигу изначально считались фаворитами.
- В 8-ми матчах «пульки» вы пропустили всего два мяча. В свои 33 были на пике формы?
- Это был, пожалуй, один из лучших моих сезонов в карьере - он пролетел, как одно мгновение. Казалось, только недавно мы стартовали в сезоне с домашней победы на белгородским «Салютом», и вот уже после решающего матча с пермской «Звездой» в конце ноября нам вручают Кубок чемпионов России… С другой стороны, наша победа абсолютно закономерна: под начальством Хамзы Абдуловича оказались опытные мастера, которых нужно было лишь организовать тактически и отладить до автоматизма игровые связи. С чем он, собственно, великолепно и справился.
- Был ли у вас шанс вернуться в Краснодар уже по окончании игроцкой карьеры, в качестве тренера?
- В 1990-е футбол на Кубани, по сути, был никому не нужен, зато Саша Гармашов, с которым отыграли вместе два сезона при Кочеткове, позвал тренером по вратарям в курируемую им тольяттинскую «Ладу». Что интересно, именно в «Ладе», в возрасте 34 лет, после двух лет отсутствия игровой практики мне пришлось на время… возобновить карьеру. Случилось это в 1994-м, когда мы поднялись в высшую лигу: в конце сезона наш основной кипер Витя Гаус порвал ахилл, второму вратарю Славе Дусманову тоже нездоровилось - пришлось мне приводить себя в форму. Представляете, за неделю тренировок скинул 17 килограммов! В результате я провел три встречи: ставропольскому «Динамо» мы уступили с минимальным счетом, от московского «Локо» пропустили решающий мяч на последних минутах, а камышинский «Текстильщик» одолели 3:2. В последней игре сезона с сочинской «Жемчужиной» играл уже Дусманов, но болельщики еще долго называли меня лучшим вратарем команды (улыбается).
- В «Ладе» тогда играли кубанцы Сергей Доронченко и Юрий Соболь. Поддерживаете с ними связь?
- На 60-летие, которое я праздновал в начале апреля, звонил Серега - от всей души поздравил и пожелал оставаться в профессии как можно дольше. Было безумно приятно, что поздравили и руководители «Кубани», в частности, ее гендиректор Евгений Муравьев. Но больше всего приятно шокировало, что звонили простые болельщики! Говорили, что помнят мою игру и ждут возвращения в клуб… Признаться, было очень трогательно.
- Насколько пристально следите сейчас за ситуацией в «Кубани»?
- Знаю, что в клубе не ахти как с финансами, но уверен - это временно. Что касается состава, то уход Ивелина Попова, конечно, скажется на атакующей игре желто-зеленых, но при этом удалось сохранить Каборе и Беленова, которые олицетворяют собой «Кубань» последних двух сезонов. Касаемо Беленова хочу сказать, что парню при столь же упорном труде прямая дорога в сборную: он хорош в игре на линии и на выходах, а также стабилен в плане психологии. Думаю, если в течение грядущего сезона он подтянет такие компоненты, как игра ногами и выбор позиции, то у Капелло не останется других вариантов, как признать Беленова «наследником» Акинфеева в сборной.
- Но при всем при том в Краснодарском крае нет доморощенных вратарей уровня премьер-лиги. «Черная полоса» или закономерность?
- В 2005-м, когда я помогал брату в «Ростове», мне довелось поработать с двумя кубанцами - Андреем Чичкиным и Романом Герусом. Первый выделялся стабильностью и хладнокровностью в «рамке», и во многом благодаря Андрею мы смогли в концовке сезона выдать 8-матчевую беспроигрышную серию и спастись от вылета. А Рома по-прежнему в строю и порой вытаскивает для пермского «Амкара» тяжелейшие матчи. Что касается новых кадров, то здесь стоит учитывать тот провал в методике подготовки футболистов, который наблюдался в стране в 1990-е - откуда взяться новым Акинфеевым, если дети на протяжении десятка лет были никому не нужны? Но сейчас возрождается школа подготовки резерва «Кубани», активно развивается Академия «Краснодара», поэтому есть уверенность, что ситуация с вратарями в регионе будет меняться.
- В минувшем сезоне молодежного первенства вам больше приглянулась игра дублеров желто-зеленых или «горожан»?
- «Краснодар» «обкатывает» ребят одного-двух годов рождения, поскольку помимо дубля у них есть «Краснодар-2» и множество команд по возрастам. У «Кубани» же «второй» коллектив появился только этим летом, и мы с ними были в одном положении - к опытным ребятам приходилось подтягивать молодежь из клубной школы. Собственно, мы с подопечными Игоря Осинькина расположились на соседних строчках в таблице: «Ростов» стал восьмым, а кубанцы поднялись на одну позицию выше. А вот в плане привлекательности игры я бы выделил не «Кубань» или «Краснодар», а дублеров динамовцев Москвы под руководством Димы Хохлова, ставших чемпионами. В их футболе меня привлекало наличие четко подобранной тактики, различных вариантов ведения игры и управляемости команды тренером. Надеюсь, в «Кубани» Дима сможет воплотить в жизнь свои задумки и вывести желто-зеленых в Европу - ее болельщики заслуживают больших побед.
Максим Герасин, Ростов-на-дону - Краснодар


Поделиться ссылкой на статью в социальных сетях: